Весь день нещадная морока,
нагроможденья требухи,
и тут почти что ненароком
вдруг получаются стихи.
Зачем-то средь обычной речи
звучит ритмическая речь,
и суматохе дня перечит,
ей поперёк стремится течь.
Вернее - ввысь взлететь неглядя,
взрывая косность и предел,
наложенные как заклятье
всей сутолокой нужных дел.
Откуда-то из горлового
дыханья возникает звук,
совсем иной, иное слово,
и мир преображает вдруг,
сплетая мягкость женской рифмы
и ограниченность мужской,
согласных властность и порывы
и гласных вольность и покой....
