Я слушал удручённо, он ходил,
Всё руки гнул, заламывал запястья,
И говорил, и взвизгивал, язвил
В моё лицо осеннего ненастья.
Он говорил, что там и крокодил,
Где антилопы к водопою ходят...
Я намекнул: "Что пьёте, господин?
Когда тоска и грусть в закатах бродит"
Но он в ответ: "Тоска и грусть для слабых;
Жизнь - это дар, бери, не размышляй,
Где плохо всем, не будет тебе равных,
Россия, в этом смысле, просто рай!
А пью коньяк под вечер, для здоровья,
Здоровье-то оно всегда одно,
И начинается оно всё с изголоавья,
Не думай лишнего, и на душе светло!"
И он сказал, что дружбы вовсе нету,
Любовью страсти за нос водят нас,
И что в миру меднейшая монета
Всего отрадней для смышлёных глаз.
"А водку вы не пьёте?" "Нет, конечно...
Хотя, могу под трюфели и сыр"
Тут, между прочим, я спросил о вечном
(Но он умело это пропустил), и говорил:
"Нам должное и солнце, и луна.
Луна ж бледна здесь, солнышко не греет,
А где-то в море белые суда,
Я жду и не дождусь, когда уеду.
На палубе, поверь, иная жизнь,
Ах, не поймёшь, пока не испытаешь...
Что здесь ты видишь? Жмись, не жмись;
Денатурат! Который ты глотаешь
Подумай ты! На что уходят годы?!
Не думай ты о том, кто дал их нам...
Свой домик в Каннах, коньячок и воды -
Вот верх желаний! Грандиозный план!"
"А знаешь, кто есть власть?" - сказал мне в ухо -
"Да все они вот тут!" - и сжал кулак -
"Гадёныши! Я их кормлю от брюха,
Попробуй возрази мне, что не так...
Короче, предлагаю только раз.
На нет - суда нет. Да - оформлю мигом,
Но нравственностью не слези мой глаз.
Духовное богатство - это иго.
Чего молчишь? Ну думай в такт!
Лечить тебя устал я. Брызни водки...
Обидно за державу? НУ ДУРАК!"
И удалился быстрою походкой.
****************************
И я вздохнул, когда он вдруг ушёл.
Ржаного хлеба дух вдохнул приятно,
Искал, искал, но всё же соль нашёл...
Что было дальше, думаю, понятно.
21.01.2010 г.
