***
Гроза забирает последние крохи,
из рук вырывая мой сломанный зонт;
последние дети ушедшей эпохи
в экстазе сгорают под клубный музон.
Дорога сквозь слезы безумно хохочет,
глотая подошвы глазницами луж;
свисают заката кровавые клочья,
огнем обдавая сердечную сушь.
В ноктюрне дворов истончается кожа;
событий состав исчезает в депо.
Без нот сожаления время проложит
на старом пожарище новый окоп.
