Лунная готика смешана с каплей солнечной нежности,
полита ежевичным соком и ледяным "Кюрасао"...
Осторожность ласковой кошки, говорящей так вежливо,
и берущей все, что видит, по данному Богом праву
под тихий шелест бамбуковых листьев в рассветной заводи
с легким, приятным касанием рук к проснувшейся флейте,
рыжие волны, бегущие к стенам золотой пагоды,
и поющий бесконечную песню янтарный ветер...
Соты из мятных степей, сохранившие сонную негу,
капельных эльфов звенящий полет под радугой счастья,
красных арбузов слеза, что стекает по жаркому телу
под шатром из цветущих лиан, что в беспечности власти
тех, кто готов создавать целый мир в бесконечности мысли.
Грация львицы, жадно рычащей от приступа страсти,
смешана с мускусом вновь пробужденного лунного зверя,
в легком скольжении тел есть и грубость отчасти...
Сопки, впитавшие сладкую боль и волнение бриза
в лучиках теплых матовой зелени дикого риса,
мед вересковый, сочащийся каплями в такт, и реприза -
светлый голос ручья, что журчит с переливом под тисом.
Все для Тебя, потерявшая всех, но нашедшая Веру,
буйный танец муаровых фей в золотой День Рожденья!
Королева Цветов и Любви, ты прижмись к своему кабальеро,
мы опять поплывем на восход, обретя вдохновенье...
© Джон
