В просветлённом сознании, только не любящий голода,
к островку моего тела прильнувший, как тёплый Гольфстрим,
кот не видит различия между булыжником, галькой и золотом,
потому что он йог – беспристрастен, несуетен, невозмутим.
- Харе Кришна, - мурлычет вполголоса, - харе, харе...,
пока я смотрю по телеку отечественный боевик,
где президент оппозиционного Дракулу бьёт по харе,
а у того изо рта вырастает кремлеобразный клык.
Открываю книгу, а там – вампиры-авангардисты
сидят на стихотворениях, смотрят в глаза мне, и я
наливаю кому по двести, кому по триста
грамм своего отравленного бытия.
Мужики, в образАх, а не в Образах гибель язычества!
Лучше верить в Ахурамазду, чем в Бабу Ягу.
Ласкаю кота, под рукой искрит электричество,
а вурдалаки вполголоса гонят свою пургу.
