***

Здесь не воздвгинешь земную ось,
не истолкуешь знак.
Разве что душу прожжёшь насквозь, -
как с ней такой? Вот так.
Видишь - зарылся в сухой шалфей,
в пыльные сорняки,
радости лёгонький скарабей,
выпавший из руки.
Степь припадает к морской воде,
стелет в могилы мак,
и: никому, никогда, нигде,
ни для чего, никак.

Будешь хлебать из солончака,
камнем песок толочь,
и победишь, а пока, пока
только тоска и жёлчь.
Гикает скиф, торопя коня
в знойной тягучей мгле.
Свет, как заначку, берёт меня,
чтобы отдать земле, -
тверди нагой, золотому дну
горечи и стыда.
Я не оставлю её одну
даже тогда, когда.