;Кажется странной она, задумчивая, ночами
Укладывая себе в сознание кирпичами
На совсем не железную психику заплатки -
Слагаемые того, что должно выглядеть гладко.
На тени под глазами накладывает белила
Утром, говоря себе что ничего не забыла.
Уходит, ссылаясь на миллион неотложных дел,
Обращается к небу, где же будет ее предел.
И только перед ним готова стоять на коленях,
Дыша ощущением, что ее действительно ценят,
И, кажется, на его плече весь ее страх утих,
Но ведь теперь у нее болит голова за двоих...!
А она продолжает бояться простых вопросов
И идет напролом, где ее об этом не просят.
Презирает сыплющиеся добрые советы,
Хотя сама другим охотно способствует в этом.
А пока крутится планета, надо улыбаться,
И от миллиона дел осталось всего лишь двадцать.
Значит, можно с подругой оценивать вид прохожих,
Полагая, что вот они - непременно похожи
На то, чего обязательно стоит добиваться -
Тогда все станет по местам, элементарно, Ватсон.
А пока есть время научиться казаться стройной,
Не отказывая себе в сладком, и быть довольной,
Что длина ног и рост позволяют носить кроссовки,
Избегая трамвайные/прочие остановки.
Созерцать откровения, что на стенах подъездов;
Самой бы выразиться, но уже не осталось места.
Да и вообще, или она лишняя на шаре,
Или наоборот, ей все остальные мешают.
Пока - время научиться думать на иностранном
Все о том же, откуда-то сверху ей кем-то данном,
Зачем и за что, по большому счету неизвестно
Тоже. А со стороны смотришь - кажется прелестно.
Обнимая, надеется, что понять ее сможет
Он, и для нее это всех мудрых мыслей дороже..
И что такого он в ней нашел? Ведь наверно в каждой
Прорастает насквозь неуемная жизни жажда
