Когда в забой спустился мой отец,
А бабушка крестила шахты кровлю,
Я вдруг услышал крик и стон сердец
Шахтёров, муравьёв истекших кровью.
Где Мёбиуса вечный транспортёр
Смешал тела с километровой толщей,
Там уголь, превратившийся в костёр,
Не гаснул от слезы скупой и тощей.
Мечтал, лепя модели кораблей,
О море, что подарит мне просторы.
С теченьем дней я становился злей
На перекрёстке горестных историй.
Всегда несу в душе Донецкий кряж:
Закованные в боль мемориалы,
Любовь и детство вдоль смертельных краж,
За ними степь в раздолье маков алых.
2010.
