Восход окрасил в цвет багряный
Миг пробужденья.
Дул тёплый ветер с океана.
Мои сужденья,
Те, что доселе возвышали,
Теперь лишь грызли.
Узорами цыганской шали
Клубились мысли.
На глаз давили капители,
Пилястры, лепка.
Руины скомканной постели
Держали крепко.
Просунутый под дверь «El Mundo»
Лежал у входа,
И длилась каждая секунда
Не меньше года.
Мой страх готов был к преисподней,
К сдиранью кожи,
Ан нет, пришедшее сегодня
Страшней, похоже.
Полоска света озаряла
Сей мир субтильный,
И навалилось одеяло
Плитой могильной.
Я сознавал, что причитанья,
Мол, каюсь, грешный...,
Не отвратят от воздаянья.
Засим поспешно
Вскочил, предельно возбуждённый,
Нырнул в кроссовки -
И, точно к смерти осуждённый,
Шагнул к концовке.
