Мне приятно сделать именно эту подборку.
Содержание:
Генрих Фарг. Между ничем и ничем. 02.01.2008 17:09
Леонид Именных. Петлеобразные пунктирные пути. 08.10.2008 14:44
Камила Назырова. Сумерки неонового шёлка. 28.12.2006 18:03
Павел Лавриненко. Романс. 15.06.2008 19:27
Естесственным образом композиция имеет несколько тем, проступающих друг в друге вплоть до отчётливости, отдельности, обособлености. Аккомпанимент - любой: солиста всё равно не перезвучать.
ПОРЯДОК: Урбано-Романс
Раздув тугую петлю табака,
Я выпустил густое зеркало,
В котором кажется, что смерть легка,
А жизнь – немного исковеркана.
Я видел сквозь пустую тень песка
Песчинки каждой черноту окаменелую,
Она тянулась, словно белая рука,
К моим глазам. Такая чёрная и белая…
На дне зеркально-сумрачная гладь
Хранила лица ворожащих хоровод:
Немых, Глухих и Обезличенных.
Настало время ложе стлать –
Свой жертвенник в пучине чёрных вод,
И быть ничем. Неограниченным.
Ах, эти циклы, заведённые вполоборота.
Ах, эти ночи акварельные мокротой.
И эти осени, прозрачнее желёз,
Ответственных за слюноотделенья.
И бытия глоток летит из под колёс
В сосредоточие дыхательных решений.
Влачит себя по лестнице ломоть-нога,
Одна, вторая, третья, там ещё ступень…
О суть подземных переходов! Ты блага,
Даруя путнику спасительную тень,
Вельветовую сизость переливов
Рублёвых пересохших табаков.
Я поднимаюсь через лестничный пролёт
И вновь вступаю в мякоть мокрой суши:
Диавол окружил и что-то продаёт,
В кочевнические вселившись души,
Расстлавшие живот на медно-кислых сливах,
Вживившие себя в чреду людских оков
А далее, за смогом Самаэля,
Таится бледным полотном пустот
Бетонно-пряничный, волшебный Горгород,
Раскрошенный на фрески Рафаэля.
Осенним утром, насыщаясь площадями,
Приоткрываю рот, шарлаховый Алголь.
Ах, эти осени, прохладнее, чем Гйоль.
Ах, эти сутки, прокажённые дождями.
Дыханье тьмы, застывшей на песке,
И сумерки неонового шелка,
Я вновь тону, тону в своей тоске,
И горько слезы льются втихомолку,
Что на снегу осталось от могилы,
Так потонувшей в безвести времен,
Прости меня, прости меня, мой милый,
За то, что я забыла твой поклон,
За то, что я забыла обещанья,
Которые в слезах тебе дала,
За все непережитые страданья,
Что вынести в себе уж не смогла,
Твой черный свет храню,
Мой падший ангел,
И в исступлении люблю твою лишь власть,
Из тьмы я вынесу недогоревший факел,
Что не позволил навсегда пропасть....
Позволь мне быть немного не в себе,
Позволь мне быть немного зрячим.
Среди парадных в кокаинной маете,
Разбиться на осколки без отдачи…
А черный шарф затянет больно в кольца
Мою безудержную шею.
И лунный свет от верхнего оконца,
Согреет руку ту, в которую я верю.
Перевернётся знак и упадёт звезда,
Ещё четыре с половиной длинных ночи.
Ещё дышу, но тихо так - едва
И с каждой каплей ливня я короче…
Позволь мне быть немного не в себе…
