Восточный ветер поднимает пыль,
У набережной сходятся безумцы,
Гроза близка. Ломает небо шпиль.
Бог выше человеческих презумпций.
Дописан «Реквием». Внутри черновиков
Осталось имя. Цокают подковы.
Собор открыт всю ночь, там - хор учеников,
Но голоса зовут и надо править снова...
Пусть холоден камин и дороги дрова,
Мир сочетал прекрасное с нелепым,
Горит бумага – не горят слова,
И ноты слёз возносятся над пеплом.
