Я тифлисский озорной гуляка,
Чачу я люблю сильней, чем водку,
В Сакартвело каждая собака
Знает мою легкую походку.
Гордые, но честные поляки
Всех нас в раннем детстве научили:
Там, где есть танкисты и собаки,
За рулем всегда Саакашвили.
Будучи помазанным на царство
Правильный грузин не портит дело,
Я готов сожрать свой лучший галстук,
Чтобы процветала Сакартвело.
Раньше я мотался, как святоша,
От норвежских скал до устья Нила,
Там одна задрипанная лошадь
Все мне про соседей объяснила.
Мне теперь грядущее открыто,
Пусть и остальным все будет ясно;
Сам Сунь-цзы говаривал сердито:
"Северные варвары - опасны".
Там меня считают хулиганом,
Иногда и вовсе скандалистом,
Малодружелюбные Иваны,
Дети недобитых коммунистов.
Мы готовы взять обратно в руки
Все что упустили ненароком,
Ждем, пока Россия не отступит,
Ей уже не справиться с востоком.
Упокоить в каменном завале,
Или притопить в ближайшей луже
Всюду, от Сухуми до Цхинвали,
Тех, кто говорит: "Скрипач не нужен".
От самой Колхиды до Телави
Собирая старые обломки,
Мне огромный памятник поставят
Очень благодарные потомки.
И, собравшись в круг, они, я знаю
(В Грузии не может быть иначе),
Благодарным словом поминая,
Будут разливать все ту же чачу.
Это увидав с небесной дачи,
Я скажу соседу по алькову,
"Спор наш разрешился однозначно,
Твой эцих - с гвоздями, дядя Вова!"
