Обленился мужик. Измельчало племя.
Греют пузо да спорят, кого кто круче.
Я с друзьями привык отпускное время
проводить на охоте. Был, помню, случай...
Кабанов мы тропили, встав спозаранок.
Лишь под вечер поднялся секач огромный.
Только вот, незадача: Ушёл подранок.
Затаился, забившись в чапыжник тёмный.
Вепрь коварен, могуч и охоч до мести.
Всё ж по следу пошли. Ну, а вдруг, где помер?
Я один был оставлен на старом месте:
Мог зверюга, крутнувшись, прийти на номер.
Так стоял, озираясь на лес, сторожко.
Вдруг, почувствовал, как в животе запело.
И, поставив ружьишко, сошёл с дорожки
я в кусты, чтобы справить большое дело.
Как могло так случиться? Ну это ж надо!
Не заметил совсем (иль увлёкся, может),
как вернулась неслышно моя бригада.
На охоте, понятно, шуметь негоже.
А в бригаде был Лёха, прикольщик местный.
Без подначки не мог он прожить минутки.
Хоть и сам я в деревне шутник известный,
но его не забуду дурацкой шутки.
Этот Леха, подлюка, подкрался с тылу.
И в момент самый важный, как раз "под руку",
сапогом меня в задницу тихо двинул
и при этом, зараза, противно хрюкнул.
Я летел без оглядки, кусты пронзая,
вереща заполошно, похлеще гончей,
у которой под носом поднялся заяц.
Говорят, голосил однозначно громче.
Из порток, что мешались, я сразу вылез,
когда с места сорвался в истошном визге.
Говорят, в полумраке мелькал мой вырез,
распыляя медвежьей болезни брызги.
А опомнился только верхом на ёлке.
Говорят, огрызался рычащим задом.
На ежа, говорят, был похож в иголках...
Умирала со смеху весь год бригада.
Я, конечно, пытался смеяться тоже,
не ходить же с друзьями темнее тучи.
Удержался и Лёхе не дал по роже...
Но потом отыгрался... Другой был случай...
