"Я пишу эти песни в конце декабря,
Голый, в снегу, при свете полной луны.
Но если ты меня слышишь, наверное это не зря."
БГ.
Глупой улыбки с лица,
увы,
не смахнуть рукавом.
Мысль,
как игла, колет нерв,
заряженный едким глаголом:
я здесь не первый
и, видимо, не последний,
кого
снежный декабрь
мимоходом
оставил
голым.
Всё потому,
что я понял,
будто поймал благодать
за беспричинное место,
скрытое от наважденья:
всё,
что могу без притворства –
радоваться и страдать,
и научился тому
в первый свой
день рожденья.
Это пройдёт. И наутро
я,
поумерив пыл,
всыплю в заварочный чайник
горсть
каждодневной заботы
и, как старик Чжуан Цзы,
забуду о том,
кем был
в миг пробужденья
от хваткой
вселенской
дремоты.
