С тех пор там ничего не изменилось. Каждый вечер
Почти старик и завсегдатай бара,
Бормочет о женитьбе и о бабах,
И глушит виски в ожидании встречи
С лицом, где расписался взрыв картечи.
Распущенность для женщин не порок, тому
Благоволит сама природа!
Твердил он проклиная бога.
И в отвращении к собственному дому,
Перебегал от одного бара к другому.
Он вздрагивал на каждый скрип двери.
Тучное тело выдавало собой ком,
Мягкую глину, так и не ставшую горшком.
Хозяин бара клялся смазать петли,
К утру, когда уйдет клиент последний.
Быть может нет ее вообще? И это сделка
Нетрезвой выдумки и полу сна?!
В чем там клялась тебе она?
Спросил хозяин, протерев тарелки-
Фарфоровых солдат одной шеренги.
Над отражением в зрачках, вольфрама вязь
От хохота хозяина тряслась.
Так, каждый день. В королевстве мазутной топи
Почти старик бродит пьяный по кабакам,
И имя той, что мелочь бросила в стакан,
На протяжении ста лет не может вспомнить...
Это божий сарказм - самый ужасный вид.
Он не мог ведь не ждать ее, не любить.
