Падам.. падам... Из репертуара Эдит Пиаф

Александр Рюсс
Слова- Анри Конте, музыка - Норбер Глансбер, 1951

Padam... Padam...

Cet air qui m'obs;de jour et nuit
Cet air n'est pas n; d'aujourd'hui
Il vient d'aussi loin que je viens
Tra;n; par cent mille musiciens
Un jour cet air me rendra folle
Cent fois j'ai voulu dire pourquoi
Mais il m'a coup; la parole
Il parle toujours avant moi
Et sa voix couvre ma voix

Padam...padam...padam...
Il arrive en courant derri;re moi
Padam...padam...padam...
Il me fait le coup du souviens-toi
Padam...padam...padam...
C'est un air qui me montre du doigt
Et je tra;ne apr;s moi comme une dr;le d'erreur
Cet air qui sait tout par c;ur

Il dit : « Rappelle-toi tes amours
Rappelle-toi puisque c'est ton tour
'y a pas d'raison pour que tu ne pleures pas
Avec tes souvenirs sur les bras... »
Et moi je revois ceux qui restent
Mes vingt ans font battre tambour
Je vois s'entrebattre des gestes
Toute la com;die des amours
Sur cet air qui va toujours

Padam...padam...padam...
Des « je t'aime » de quatorze-juillet
Padam...padam...padam...
Des « toujours » qu'on ach;te au rabais
Padam...padam...padam...
Des « veux-tu » en voil; par paquets
Et tout ;a pour tomber juste au coin de la rue
Sur l'air qui m'a reconnue
...
;coutez le chahut qu'il me fait
...
Comme si tout mon pass; d;filait
...
Faut garder du chagrin pour apr;s
J'en ai tout un solf;ge sur cet air qui bat...
Qui bat comme un c;ur de bois...

             Из  Эдит  Пиаф.

По  улицам,  по  площадям
Звенит:  падам…падам…падам.

Роса  как  Аргусовы  очи
На  плицках  вогнутой  листвы.
Ручей  заливисто  бормочет,
Гремит, кобенится  как кочет
И  струи  пенистые  точит
Из  белизны  и  синевы.

Плывёт  мелодиями  детства
Хорал  нетронутой  любви
Как  память, доброе  наследство
Издалека, из  малолетства
Запечатлённое  в  крови.

Смычками  тренькают  цикады,
Зовут  назад  сводя  с  ума,
Туда, где  светлые  наяды
Былой  любви…  и  я  сама
В  цветах  девичьего  наряда.

Как  плёс  беснуется  весна
Звучаньем  тысячи  оркестров,
В  её  мелодии  слышна
И  зрима, и  отражена
Сакральность  мимики  и  жестов.

Здесь  неуместно: «Почему?»
Её  божественное  скерцо
Заключено  в  биеньи  сердца:
«Аз  есмь!  И  будет  посему!»

Падам… падам… Подобно  чуду,
Подобно  грёзам  или  снам
Меня  преследует  повсюду…
Падам… падам…
            Я  не  забуду
Твой  зов:  падам… падам… падам…

Звучанье  длится, настигает
Как  тень, как  эхо, как  двойник,
То  отстаёт, то  набегает,
Зовёт  и  снова  отдаляет,
И  как  живительный  родник
Сухую  жажду  утоляет.

Несу  его  как  наважденье
Несуществующих  миров,
Как  призрак  святочных  даров,
Как  роковое  заблужденье.

Падам… падам…
          Ничто  не  ново
Под  солнцем, небом  и  луной.
Любовь – единая  основа
Грядущей  славы  неземной.

Падам… падам…
          Напрасны  слёзы.
Минулых  лет  не  воротить.
Сменяются  метаморфозы,
Но  вечно  длится  жизни  нить.

Падам… падам…
         О  смерти  сплетни
Забудьте!  Молодость  чиста
Как  поле  белого  листа,
Где  чаша  совершеннолетних
Всегда  до  краю  налита.

Падам… падам…
            Нам  не  до  злата.
За  медный  грош  себя  отдам.
Любовь – она  не  виновата
Что  продаётся  с  недоплатой,
Почти  за  так…  Падам… падам…

Падам… падам… 
          Бери  со  скидкой,
Я  не  привыкла  к  господам.
Пусть  полупьяною  улыбкой
Босой, под  рваною  накидкой
Меня  приветит  франт  со  скрипкой
Здесь  на  углу…   Падам… падам…

Падам… падам… 
          Я  вся  на  взводе
На  парапете  у  Notr-Dame…
Пьяна, одета  не  по  моде
И  выдаю  при  всём  народе
Своё:
       Падам…падам…падам…

Ко  мне  бродяги,  санкюлоты!
Располагайтесь  по  рядам.
Я  вам  спою  родное  что-то,
Как  сердца  стук:
                Падам… падам.

Кто  слёзы  точит, кто  пророчит,
Расхристаны,  едва  живы…

Роса, как  Аргусовы  очи
На  плицках  вогнутой  листвы.