Конечно, ты не вспоминаешь
Меня средь важной суеты.
И философия иная
Ложится гримом на черты
Твои, тебя преображая.
И ты становишься другим.
Мне улыбается чужая
Страна твоя. И тот же грим
Скрывает и на ней порочность,
И этим-то тебя влечет.
Ты думаешь, что видишь прочность,
А я – продажность и расчет.
