Я пришла рассказать о солдатиках нашей Вселенной,
что вернулись сюда навсегда в сотый раз умирать
за тебя и меня, за идею простых переменных,
что устало качает хромые весы и опять
поднимает с восходом пропахшие порохом мысли
и въедается в кровь с остановками в точке "Дуоль",
разлагая "да", "нет" в "может быть", и слезливой промывкой
превращает оторванный путь в осязаемый ноль.
С виду, точно такие как мы, без петлиц и шевронов,
только грусть, что не верит давно в притяженье Земли
в каждом взгляде, от старых светил до безликих притонов,
и в немом, не имеющем срока, призыве: "Пошли".
За стеной огневой оставляют солдатики Слово,
что в начале начал стало меткой незримой игры,
в ней охотятся дни-близнецы за зеркальной основой,
отражающей острое жало двуликой луны.
Я хотела так много сказать, но поймут единицы,
те, кто смотрят на небо, а видят кристальное дно,
кто прошел каждый кубик пространства и знает границы
между жизнью и твердыми мыслями «Предрешено».
Отмеряют солдатики время своими шагами,
что проходит сквозь них от рожденья до горькой золы
и ночами гуляет по сонным дворам сквозняками.
Слышу я в переулках рассвета немое: «Пошли».
