Двум звукам, оттолкнувшимся от клавиш,
предельно удалённые октавы
экзотикой казались – не представишь
такое лево и такое право!
Отправиться туда, одолевая
пространство чувством тона, полутона, –
и партитура, и передовая!
Фаланги... Чёрно-белые препоны…
Рояль настроен поиграть оскалом,
рулит, ведёт мелодию по нотам,
когда б не пляске рук рукоплескали,
на деле разглядели бы: "Да вот он,
виновник треволнений!" В главной роли
собой любуясь, прозевал ведомых:
один диезом, а другой бемолем –
давно лавируют вдали от дома.
Слух приохотился по ходу бунта
болеть за обе линии атаки:
"В пике! На пик!" Сметая контрапункты,
братались звуки!
Воздух стих и плакал…
