Я радостный свет, я погибну в бою,
пусть гор и ущелий уже не достану,
но зло проросло у жующих в раю
префектов, ВиПлиц, социальных Адамов.
Господи, Господи сделай меня ...
дай чудо мне в захмелевшую осень,
но мирно бока прогревает земля
себя подставляя огромным лососем.
Я радостно тих, пусть меня не возьмут,
последний патрон он по праву последний,
мы-всё преломление-судный уют,
достигших высот утомлённых стремлений.
Ползёт от стрелявший по солнцу закат,
безногий хватает меня за одежду
и всё, что за ним превращается в ад
утратит скрижали разбив о надежду.
Улиц кипит фаршированный марш
солнце осеннее больше не греет
тебе-не дадут, но и ты не подашь
своё откровеннее каждый имеет.
Лишь ставшим единым без Бога-собой
тогда понимаешь значение слова,
слово как пуля, летит дурой в бой,
но попадает на редкость хреново.
С неба растут к облакам этажи,
души устали от яркого света
им кажется здесь без него лучше жить
и выстрел не сделан, и песня не спета.
Я крест у дороги, гниющая-сыть,
когда нибудь может я стану Иудой,
а без Кириафа христовым не быть,
осень на ствол листья бросила-чудо.
Нельзя прощать хамство, привить себе блуд
чужой не желай, с тобой также поступят
и не укради, и всех вас не убьют,
а мир так стремительно крутит и крутит.
Довольно, и красок, и силы перу
осеннее тело лишь пепел подстрочник
и светел мой лик, я погибну в бою,
а это уже мне назначено точно.