Столица. Полдень. Двадцать первый век.
Вокзал, толпа, девчонка-скороспелка,
Прервав на миг свой голоногий бег,
Суёт бомжу червонец на похмелку.
И вижу я - за это, как стилет
В худую спину девочке вослед,
Толпа вонзает злобы взгляд крысиный,
Но даже здесь во мне сомнений нет,
Что, вопреки наплывам чёрных бед,
Жила, живёт и будет жить Россия.
Эх, русская широкая душа!
Когда за нею нету ни гроша,
Сама себя для всех располосует
И по кускам раздаст – как не раздать,
Когда чуть что – Христову вспомнишь Мать,
Да и Его не раз помянешь всуе...
