А когда мы умрём, всё равно
будет рано, не к сроку, некстати.
Дождь в раскрытое настежь окно
упадёт к изголовью кровати.
Недосмотренный, прерванный сон,
стопки книг, грязь на кафельных плитах.
До седьмого ирмоса канон
кое-как накануне прочитан…
Как кричали: «Мгновенье, замри !»
и ловили ладонями лето -
так застынут теперь фонари,
создавая иллюзию света.
Словно просто закончился день,
и легко от такого затишья.
Растворяется в сумраке тень.
«Ибо прах ты, и в прах возвратишься».
