Неизвестный читатель двадцать пять
посещал страничку мою на стихире,
как о том поведал сухой отчёт.
А пред этим читатель был двадцать четыре
неизвестный тож… И вот с этого места
поподробней, пожалуйста, понеспешней.
Ты мой друг иль враг? Человек иль бот?
Ни-и-чегошеньки мне о тебе неизвестно!
Хоть бы вставил свои пять копеек. «Т-а-ак», –
написал бы в клеточке для рецензий.
«Так» не может согреть, но когда не так,
всё не так, то согрело бы, без претензий
я-я-я-я-я! Тили – тили – бом!
Мне читатель «хм» написал в альбом!
Но ни «хм», ни «так», ни-и-чего, ку-ку.
Что ты делал вообще на моей странице?
Странник? Странница? Чародей? Черница?
Чёрный человек? Ищущий напиться
живой воды или мёртвой славы?
Или ещё какой-такой отравы?
Двадцать пять неизвестных имён, солдат,
раненых, как и я, по жизни. Или убитых
пулей, делом, словом на сломе эпох, времён,
с ограниченными возможностями, куда вы идёте,
идиоты, мышкины? О, my God! Мой Бог!
Я не знаю ответов. Идите… Идите.
Здесь не подают, не дают взаймы. Только просят смыслов,
как просят воды и хлеба.
В яви я тебе не подам руки,
потому что не знаю, ты был иль не был,
неизвестный читатель двадцать пять.
Не последний, не первый, чужой, прохожий,
не оставивший отзыва, ни кожи ни рожи,
неизвестный мечтатель, ни дать ни взять,
бессловесный мычатель на букву ять.
Раз, два, три, четыре и двадцать пять.
Выходи на вы. Я иду искать.
