Мое сомнительное право -
пририсовать к чужой судьбе
тропинку к мостику – направо,
и домик – к дыму и трубе.
Мне все мерещатся овраги,
болот озябший полумрак,
где без моста идти – коряги,
без помощи моей – никак.
Я все старательней рисую,
ломаю копья, карандаш…
А дети – без меня рискуют,
на взлетный вырулив вираж,
и вновь, не подстелив соломку,
летят, как мошки в янтаре…
И мой рисунок, тихо скомкан,
пылится в мусорном ведре.
