«То, что открывается не сразу,
ценится всегда намного больше.
Все пути не выпестуешь глазом,
все грехи до смерти не замолишь, -
потому-то проще и понятней
жить грибом во влажном перегное,
насыщая углеродом мякоть,
распуская гифы под сосною». -
Думал так бухгалтер Диогенов
душным днём в траве, под сенью клёна,
слушая рассеянно степенный
гул пчелы над звёздочкой паслёна.
Парило. Стекали струйки пота.
Отмывались деньги на Кайманах –
Диогенов не спеша работал,
ускользая мыслью постоянно
от оффшоров в прелую прохладу,
жухлую листву, иголки хвои.
На лэптоп пристроилась цикада -
заскрипело брюшко жестяное -
тремоло качнулось и поплыло,
заполняя шарик лесопарка.
«Гражданин, пройдёмте, - вы бескрылы» -
серафимы в униформе маркой
на плечо бухгалтерское длани
опустили, явно порицая.
«Не бывает ничего поганей,
чем вот так, в извечном отрицаньи
жизнь прожив, узнать…» - и Диогенов,
шумно харкнул на газон примятый,
встал, поправил веточку вербены
на груди: «Ведите, что ль, ребята»
и пошел, дивясь такой фините –
столько сил, а всё, видать, без цели.
Из земли за ним тянулись нити -
от себя не отпускал мицелий…
