От Матфея и до Иакова повидали мы всякого.
Начитали достаточно. Вплоть до корня четвероякого.
Мы-то знаем, что суть всего – одинакова,
Уж из этого мира нас не изгнать с позором.
Мы ведь если состаримся, это будет смешно и жутко.
Пуэр с Паркинсоном, тату ниже пояса, там же шутки.
Седые старухи вшивают камеру в глаз мишутке,
Потом подарим его юным мальчикам-стриптизёрам.
Да, мы знаем лишь «Russo turisto» и «quanto costa?».
Одним лишь слёзы от крокодила, другим лакосты.
Мы проходили и кризис жанра, и кризис роста.
Теперь же учимся реинкарнировать близких в кошек.
Лучший график: вокзал – новый город – вокзал – такси,
И пока наши Боинги смело гребут под себя шасси,
Мы вертели весь этот мир на земной оси,
Не оставляя от прежних нас даже жалких крошек.
Местечковые дьяволы носят не прада, а сальные треники.
Мы и сами-то сплошь пацифисты и неврастеники.
Вяжет язык от правды, как вяжут веники
В кубинских посёлках русские дезертиры.
Я не брошу потягивать эту репку. Хоть внучки, жучки
Давно разбрелись по домам, поснимали брючки.
Кто бы подумал, что я когда-то дойду до ручки?!
До ручки, что открывает твою квартиру.
