А ведь там совсем не страшно, совсем-совсем, - меня давно ждут, это я сразу поняла, - и молчаливые мужчины, играющие в нарды в соседней комнате, и две женщины - в другой.
Мужчины провожают меня глазами, но не прерывают игры. Костяшки с треском ударяются о покрытое тусклым лаком дерево.
Две женщины, одна из них предпринимает попытку подняться со стула, - она встает медленно, и лицо ее светится, - оно знакомо мне по некоторым снам, - я так давно ждала встречи с ней, - здравствуй, дорогая, говорю, и касаюсь губами ее щеки, - добрые люди пахнут добрым, - отглаженной чистой одеждой, корицей, резедой, домом, в котором черствый хлеб заворачивают в белую тряпицу, а потом сушат сухарики, житние и сдобные. И медовиком, в котором мед - настоящий, акациевый или липовый, а еще печеными яблоками, и маленькими яблочками из райского сада.
Здравствуй, милая, - призносит она, обнимая легкими руками, - и смеется, - ну да, они играли в лото, что еще делать, когда такая тишина, и никто не заглянет, - ночи такие длинные, и дни тянутся как паутина, - давно никто не заходил, не вспоминал, - они ведут меня к столу и долго расспрашивают, и кивают головами, - удивительно, они называют меня дорогой девочкой, а сами совсем не старые, только бесплотные какие-то, будто и не весят ничего.
Я предупреждаю их суету, и достаю коробку конфет, - надо же, шоколад, говорят они, давно мы не ели конфет, улыбаются они и замолкают. Умолкаю и я, сконфуженная касаниями теплых рук, - я так долго шла сюда, а сейчас оттаяла от их голосов, от этой тишины, в которой сухой треск костяшек за стеной кажется особенно оглушительным.
Там, за окнами, цветет персиковое дерево. Розовые лепестки осыпаются, кружатся в воздухе, устилают траву.
Ты голодна? - они сокрушаются и смущенно переглядываются, - есть только зимний супчик, можно сварить картофель, - ведь ты любишь картофель в мундире?
Отчего же зимний, - спрашиваю я осторожно, - отчего же зимний, когда цветут деревья, шумит сад, и солнечные лучи заливают двор, - понимаешь, - у нас всегда зима, и всегда весна, и немножко осень, - смотри, - сейчас подует ветер, ледяной ветер с севера, и персик сбросит свои лепестки, - и потому нам не дождаться плодов персика, мы позабыли, каковы оны на вкус.
Вкус персика - это желание, которое никак не исполнится.
Плодов не должно быть много, - только один или два. Влюбленный разнимет его чуткими пальцами и поднесет к твоим губам. Вдохни его, осязай, пробуй. Вкус его сладок, точно поцелуй, а аромат сводит с ума.
Пробуй его осторожно, - съеденный второпях, он забывается быстро. Нет ничего ужасней, чем груда персиков, съеденных в одиночестве.
Вкус персика, - говорит она и улыбается. Воспоминание о нем сильнее, чем сам вкус, - ты замечала?
Пальцы ее перебирают ножик для разрезания фруктов, маленький ножик с инкрустацией, - точно такой был в моем детстве, - стрелки в настенных часах подрагивают, но не торопятся, - она перехватывает мой взгляд и с грустью кивает головой, - уже уходишь...
В этом месте часы показывают самое точное время, - оно никуда не бежит, и никто никуда не опаздывает, - здесь нет суеты, спешки, волнений.
Здесь все происходит в срок. Уже произошло.
Она смотрит в окно, - слышишь гул? голоса? - к станции подходит поезд, - нам нужно встретить их, измученных долгим ожиданием, разлукой, - бедные, как же они настрадались, - говорит другая и гладит меня по плечу, - иди приляг, отдохни, - когда все будет готово, мы разбудим тебя.
