Вот они. Племя борцов и членовредителей.
В их ланч-боксах рогалики и анаболики.
Время безжалостно к шлюхам и трудоголикам.
Смотри, как стареют дети твоих родителей.
Смотри, как им вяжут на галстуках санузлы.
Мошонки, машинки, домики, ипотечки,
Девочки крепко держат их за уздечки.
Девочки знают, что делать, когда они злы.
В зеркалах они. Что ни лодыри, так бездельники.
Тысячный раз попадают в крутой замес,
Обещая себе с ближайшего понедельника
Никогда больше не срываться с насиженных мест.
Здесь они. Тьма в их душах стоит глухая.
Если любят, то сочным удушливым виноградом.
Пришли Кёнигсбергом, уходят Калининградом.
Сохнут так от тоски, что годами не просыхают.
Прямо сейчас они. Рандеву у них. Итого
На каждого по кусочку города, холст, тетрадь.
Один уже приходил за всех умирать.
Но все не решились сгинуть за одного
Прикоснись к ним. Тактильный опыт весом втройне.
От них пахнет мхом, дубовой корой. Иногда – пачули.
Любимый довод: «Меня никто не спросил, хочу ли
Я быть рождённым. И если да, то в какой стране».
Неотложно они. Позади они. Ныне. Впредь.
В первый раз не попавшись, решают: «Была, ни была!».
Это, знаешь ли, та ещё каббала.
Вытри зеркало, чтобы чётче их рассмотреть.
