я отдал жизнь за родину, сиречь
за милый Углич (наши где, не наши –
не ведаю), когда бы тут не лечь,
с женой-тверчанкой лёг бы, не узнавши,
что визг стрелы со свистом ковыля
на всём скаку сливаются для слуха,
что лишь с изнанки выстлана земля
для ратников сырым тяжелым пухом,
что кровь во рту кислее молока
с червивой коркой давешних раздоров…
не штука, что кольчужка коротка,
а что живот до ладанки распорот.
