Стихотворения, не вошедшие в основное собрание психоделирики
***
Кому нужны стихи в современном мире?
Кому нужны стихи в совершенном мире?
Кому нужны стихи в самом лучшем мире, -
не печально не-известном лучшем из миров?..
Бодается праздник забитый,
незабытый. Бодается день стиха.
Будто снова я в лавке красивостей или нелепостей,
на голове - колпак
балансирующий тяжеленный пространстранства,
с бубенцом - упс, - пустоты,
пузырьком сомнамбулическим газа.
Как праздник ушибленный между бровей,
подавлен, тяжел, напряжен,
светлее, чем в синие будни.
первый снег прямая речь
Мне - спать и спать, и спать, и спать...
Я - самый первый, самый ранний,
пока не талый (с ноября!).
Придет весна -
я бездыханен.
Вот продержаться бы весну,
и лето продержаться; осень -
уже ноябрь... Ох, как сковала
пронзительная тяжесть-одеяло.
Вот продержусь -
и буду сносен.
***
освежителем воздуха на микрофауну цыкнув
унитаза -
кратковременный смоук он зэ вотэр имею, лишь шпрыкну -
и Аза...
Я не знаю, кому и зачем, и вообще, не пора и
ни к чему...
Небо тут ни при чем, ни к селу и ни к городу, - разве
что как призрак Му-му.
Заметки для Э. Монтале
мне - педали прокручивать в каждой крупице
безнаказанной грунта внимания
(тренажер изнурения: можно разбиться
лишь о собственное послушание, -
неспроста эскапически ценит пожитки
монастырские поп и затворник -
обороты радения сбили почти что
до начала, - сизифивой story
не проникшись, кажись, - так и воздух: попробуй
разбуди, - и напротив - отзывчив,
легок, чист - знай, прокручивается в утробе
неподвижной сатори - как вычет
сатурнический, - цельный, прозрачно-бесцветный,
равно стелющийся, без иллюзий и света).
Для Э. Монтале, 2
Оказалось, что можно ничто отрицать
(без того, чтобы прежде признать безусловно),
а не только не быть себе, минуса стать
гранью жизни-и-смерти синергии новой
большинством своим выбрав. Вот и не ничто ты.
Отчуждений цепочка - без до - от, и от,.. - ты.
Поэт говорит
Когда переходит на "Я",
поэт утверждает: "ты".
Стань эго поэтовым - и
с тобой перейду на "я".
***
Как фантик от конфетки-невидимки,
скребет несмело сухолистник дикий:
Наверно, это - Мебиус. Так тесно
соприкасаются нутро и внешность
холодных излияний проливных да
сухих в остатке - оборотно-кривдных
для каждой из сторон: лицо - изнанка,
изнанка и лицо - прямой осанкой.
***
Снег - это память, снег - это памятка о неизвестном - давеча, пресно и в кои-то веки. Пороги как вехи.
***
пинок марии магдалины
религия по месту жительства
***
Отсутствия случаются, случают
в нас звенья отчуждений - от ничто,
в конечном счете. Добр, опустошен, -
разрушен, блекло-иллюзорен - дух, остаток,
тень автономии былой сквозит
в автоматизме ломаном развалин
***
В завинчивающем-ся птичьем голосе,
в солнцеслепящих трелях
есть что-то от амеб медовоолова,
вечернего предельно.
Под Б-гом топать
Терпимы, всеядны, сердечны вы, -
божественные подопечные,
божественно-беспозвоночные.
Как ни горько платить сверхурочные
сочувственные, - лик досады
поморщившийся - при распятии?.. -
сухой излиянья остаток -
участие как констатация меры участия...
лебедьракищука шахимат
Под руку с любимой:
своенравие частичное, максимум - шах.
С мамой под левую руку, под правую руку - с любимой
(анархии разгул - за голову хватается сердечный караул),
еще и сестра впереди! -
шах и мат. За всеми ведь не уследишь.
А кто-то работает. Кто-то хочет на море...
***
я строю вероятность от противного
сей опыт изумления - what if
вскользь - насухо выделывали ливни там -
потоки откровенности альтернативные -
хлестали и сушили лица ими, - гриф
сентиментальности украдкой соскоблив.
Вот так я строю вероятность от противного
и достигаю результата лицедивного.
***
Этому климату, этим строениям, этому лету
станешь в итоге своим, будешь в кроксах переправляться через потоки машин.
Может, и не поглядишь, как в оливковом масле левацком катается наша Кармель.
Город тебя не полюбит, пожалуй, - не так, по крайней мере, как любит Иерусалим.
***
И, как всегда, поэты развлекают
себя самих и писают, священны,
как местная, с Большого Скотного, буренка, -
ссут мимо писсуара -
по родинам косым дождем идут -
не замочив. И каждый сам свой стол,
свой стул. Под Богом
ходить или под эго суть одно.
Самопасущиеся что обрящут
народы и меньшинства? Верно, верно,
пожалуйста, прошу вас, ближе к тексту, -
с гремушками ярмо, все тот же бич.
Еще - их резать или стричь. Особенно кудрявого араба.
И как всегда, творцы безумно тешат
себя самих - и писают, священны, -
и, их заслышав, млеет-млеет быдло...
в который раз уже изобретая
нужду в кумире. Пусть же, как тогда,
самих себя поэты развлекают,
покуда наконец
фанат с ружьем -
любитель страстный человеколовли, -
не спустит до упора
отвисший, словно челюсть, свой крючОК.
***
Ну, наломает теплокровных дров -
людского леса - подрывник безликий.
Пусть не спасут - осудят. Сцены, крики...
отчеты, компенсации... А кто
посмотрит, что язык ни жив ни мертв
от пытки искажениями?.. Калек
небрежность затяжная, как клеймо
на теле языка, стигмат закалки...
Картина зла
Книга может быть злом, картина - никогда.
С. Дали
когда весь день с собой таскаешь
какое-нибудь произведение искусства, скорее - картину,
тяжеленную, огромную картину, - и в метро, на перекрестках
стоит перед глазами целый день
аленушка, и впрямь глядящая в воду, -
или, скажем, скачал рафинированного рингтону, -
к концу грузного дня
понимаешь как будто: не очень-то мне и нужна,
в смысле, нравится, эта манера письма,
застывшая в рамке, сложившаяся черезмерно
за века (ну, образно так говоря).
Вот только беда: меньшего опция зла - от-клю-че-на;
(зло по природе своей минимааалистично, -
нечто стильное, не более игольного ушка,
зло вопиюще выразительно и за-
разительно
непохоже,
жестоко,
мило'.)
заверните оба, товарищ
Staline.
Скрип-печатка
Качает воздух головой,
кивает сумеркам бесшумным в эээ... в провалах кроны городской,
сварливой кроны зонтиков кафе, и козырьков, и крыш... и все.
Фоночувствительности сон
ежеминутный, тихий, с лесом схож своеобразным, - тиходон
в отключке - так сказать, заворонож, таинственен, заворожен.
Креслошадекачалка даст
ответ в виде чувствительности на слух раздраженный, что stardust
на носоглотке каждого из лазарей, что не взошли сейчас
и здесь, как колоски покоя
из гробового перегноя.
Ветер громко шипит или шепчет,
равнодушно и жарко, а может,
переменно. Зве'зды пылью заносит.
Высокий, протяжный, совсем не скрипучий, металлический скрип,
скрипосви'ст - спиц протяжных с перекрестков,
качающихся в разные стороны. Сиренаволны перекрестков.
Скрипосвист...
"Лишним" вход воспрещен?..
Воспретите проход или памятник ставьте, -
я заметил, в ходу у вас литературный:
перьевой, сетевой и "негроидный", - правда
(в духе самообслуживанья)?.. Редкий ступор
вовлекает в чиновничью - уф.., - волокиту,
сей масштабный громовый процесс, - проволочеК.
примеряя терновый венец, - в сердце - прочерк, -
не бессмертия вдох, так хоть выдох пиита.
Запретите проезд или ставьте на... Невском?..
Или Свойском каком, - в смысле, Мойском, конечно.
Только выдерните из петли - стопу, Путник
многопочестевый! Вот, парю здесь, принц-датский,
да беспамятниковый, как призрак дурацкий,
сын-отец, два в одном, облегчивший рассудок.
Грязный хвост
Что, не тошнит от
разноголосицы и разночувствия реалий?..
Ведь это Край, что припирает вещи к стенке.
где ж коровка наша
люблю это меньшее зло
минималистичное со
злом этим вот мне повезло
зло между огнем и золой
мы злом перебьемся оно
одно лишь досталось нам но
и злу предпочту я ничто
слепо зло как слепа красота
и куда-то глядит в никуда
увели мой свет
увели мой свет
увели мой свет ...
Реалии наши
В бутылке подломился лед.
Спрут пасты - спутанный и нудный,
всплыл на кипящем мелководье,
глядит отвратно, неотводно.
Дрейфуют кроксы до полудни
среди окаменевших вод.
Зиммунитет уже не тот.
Шатается хамсин с наждачкой:
шершавый посвист ветра мрачный,
сомнамбулическая праздность;
и зазевавшихся несчастных
берет нахрапом Новый Год.
***
Известно, когда промышляет депрессия, крошечный, сгорбленный часовщик.
Захохотать готовый счастью перво-встречному,
по сторонам озираешься дико, и в общем и целом все пусто и дико вокруг.
Тотчас город иначе глядит: войлочные невысокие холмики - домики? даже не суть. И тесемка заборчиков,
и в землю глубоко посаженное полотно. Жидкий сумеречный полутон
в полуприкрытый рот заплывает. Сущее захолустье. Впрочем, душа более вывернута и невыделана изнутри в эти дни, будто шкура
подсвеченная неизвестного зверя со свежею первой щетиной, напоминающей колющий снег или пигмейское поселение ночью.
***
Приживалы в любом из миров.
Нету лучших - лишь те, что добрее.
Душу впаривает богослов
и брутальный искон - батька-тренер.
Навязавшись, нарвавшись, - кто как -
невоздержанные содержанки
у оседлых духо'в. Жуй табак.
Размышляй о "душе" спозаранку.
Культивируй известную навь.
Отчуждение - ключ зажиганья.
К черту душу. А тело - оставь.
Отчуждайся. Будь вечно на грани.
***
Денно и нощно
на Бальфур
пахнет перебродившим дождём и былыми носками...
* * *
1.
...празднующим или режущим на Новый Год и Новую войну - напутственное. Формула бессмыслицы: война и мир. Бессмыслицы формула: мир и война.
Слагаемые безразличны к порядку.
Слагаемые на порядок не падки.
Война или мир не касаются нас.
Отложим ножи и поднимем бокалы,
вгрызаясь в ненастные зеркала дали,
синильное "мы" во втором - не по силам,
пожалуй, на скудное "я" перейти нам -
и в третьем - с орлиных-то судя высот -
лице, в отчужденья крошёном масштабе, -
в далёком "они". - Две несхожие капли,
что насухо - насмерть схлестнутся, как сон.
2.
Пустынная атмосфера выходного дня
парализует нервы: поздно, а день как сиял,
так и сияет, только лишь слегка потускнел;
рассыпчатое как желток и цвета желтка, в окне
доисторической реет скрученной лентой плода
время с подсветкою древней полуночи матовой дань.
3.
Дым пустоты усталый на выдохе - типа твоей сигареты. Седины белковые. Куда закатился конец?..
Не бойтесь, углов седые белки. Не страшитесь.
Ну, поздно пускай - в смысле, рано уже, не пора - да когда ещё, как ещё, если уже не сейчас - сейраз по следам
дней.
2чужденье
1.
я устал повторять, говорил ли, не знаю, не знаю,
что' устал повторять, не о том, что устал повторяться,
я устал повторяться... подумайте, в меру реакций -
вам могу предложить лишь разочарованье.
Я могу повторить, суть не слишком-то я и уставший
повторять, мне не влом, я могу повторить, чтоб достало
мне усталости впредь повторять, что устал, - да уж, устал я
повторять. Понимать или нет? - поразмыслите. Даже
если и не сказал - я устал повторять, повторять-ся (re).
Успокоенные кислотою edenтификаций,
в беспробудном легато слияния с высшим - не знаю,
может статься, услышите. - Слушайте, - я повторяю -
я устал повторять, говорил ли, не знаю, не знаю,
что любому присутствию я прихожусь отчужденьем, -
я устал повторять, но, поскольку не влом, повторяю, -
что и небытию прихожусь анти-небытием я.
2.
кислота против слякоти
и против будней - психоделья морось,
и двойное отрицание
против ничто.
Считаем дальше...
3.
предпочтения каждого -
относительно меньшее зло,
каковое, навязано выбором,
отдаёт немедленно приказ
Наслаждаться!
а мы не выбираем
мы против зла
мы против всех
нас - нет.
(скрипучая пластинка)
Психо де Лирико
Джорджо де Кирико
Как гопника порешили
Послушай, ты. Джаз - это косточки чилл-аута. Твердыня транса. Драматический хребет. Луженый лаунж. Запредел. Распад на кванты. Что прибалдел? Смотри не вмерзни в свой шербет.
"Я все сказал. Кончай..." Суди его, Музыка! "Мы подошли из-за угла..." Гоп-стоп. Пришли, как говорится. Лаундж-джаз тебе не шикса. Сейчас басовый под ребро... Пацан, ты влип.
Гоп-стоп. Из джаза вышли мы, - да-да, из джаза.
Ты больно начал зазнаваться - Святый Джазз!
Сейчас тихонько порешим тебя без мазы.
Гад, подыхай... от шоколада. Знай De-Phazz.
*
Death from chocolate by De-Phazz.
Выдержки из одесской "Гоп-стоп. Мы подошли из-за угла..."
***
...рассыпаны, рассеяны Алисой, ждут - в забвении - вестей.
Всего-то карты, с вымороченною важностью мастей.
Суть нечто ограниченное нетрагически. Сначала -
весь этот тёмный фокус с не-двухмерным воплощеньем?.. Что, не жалко
сентиментальности натянутой моей? - Хотя, казалось
бы, что тут проще; плоскостью непринуждённой
своей сомнительную жалость отвращенья всколыхнуть -
оно же разочарование (шестое чувство то есть),
едва ли не развенчивающее всякий путь.
Москва
Лубочной ностальгии уголок;
свояченица всех, кто в ней проездом.
Постмодернизма терем-теремок.
Сусаль, которой обивают бездну.
Расшитый блеском шутовским колпак
соборный как повыскочит из пены
столичной. Чуть сверкнет очками банк.
Излюбленная чертом переменная -
Москва. Под снегом затекла, обволгла.
Всплакнут под вечер офисные стекла.
И к ночи маленький заноет смерти страх.
Чуть-чуть подержит и отпустит до утра.
Знак
из скорлупы, буквально нервно-жидкий,
ухмыляется оранжевый, почти что кровавого цвета желток.
Под неопределенности личиной,
утро предложило любопытным приговор.
Ну, раз решили - знак, - давайте примем, не так ли? ..
фантастический отрывок
Пап, а люди существуют? - Нет, сынок, это фантастика!
Из рекламного ролика
его бил
озноб презрения к мироустройству (самому же обустроить - в сон клонило):
подумать только: чтоб пустяк уладить
из чуждой сферы представлений, нужно в разговорную ввязаться авантюру
Что такое Реальность
Here's a little song I wrote...
Bobby Mackferrin
Реальность - строение об одном кирпиче (плюс по кирпичику в параллельных),
(решительно без цветосвойств, по вкусу - крыша. Небо над - отдельно.
По цвету, по цветоотсутствию, - напоминает осень в целом, -
сырую глиняную осень - ту, что месят застройщики с голограммами планов,
бьющими из головы - из макушки, - пристраивают к чему-то реальность.
Странноватый бесцветный сарайчик, размывающий фокус глядящему в лоб из тумана,
и сна, и печали непомнящей - или явственно пустой, саднящей
периодами деревянной, упорной - оттого широкой будто бы - иглой. Сей образчик
непрошенной крыши по-над головой (ну и что, что без крыши), поехавшей дальше
за непрошенностию. Се, братцы, реальность.
(В мажоре, прошу вас, - под стать Иоганну Себастьяну. Улыбаемся.
***
Некий средней руки юморист
повторил прибежище неспешное наше -
окна тоже едва над землей
и выходят не то что на сад -
куст с успехом его заменял - на местные "штахим",
иначе говоря, на частную территорию.
Намереваясь перекрыть в итоге
нам свет и кислород - бойцы за землю
растят себе цветочки, кустики сажают здесь под носом -
воображаемую озирая стену
перед нашими окнами - предполагаемый каменный сад торжества
частной собственности, по существу же -
разрастающийся аравейник
и в нашем дворе. Соседям напротив праздник дал
разрешенье тянуть дубинушку свою
до полной и величайшей сил потери.
А эти выдохлись едва лишь взяв две ноты.
Известно, однако, что праздники - совесть нации, -
какая-никакая - совесть-таки.
Мира полоса. Одна сторона "диалектики"
выживания спортивной.
В укрытье праздничном
по крайней мере разорвется меньше бомб. Невозможно недооценить
отдохновенья фитилей и нервов. Хотя и нечему особенно радоваться и не с чем поздравлять.
Треть и литься
Вяло курятся времени вольности
(недогляды, небрежности нравов
ли, неких времен или времени сольного);
отпустил ученический страх
к недорощенью приговоренности;
разрубило стезю одним махом,
от собственной хватки издохли, все!
и обмякли в своих же руках.
О приличиях-рамках - плюс-минус -
вяловызвавшейся к ним условившись
на шарнирах действительности, - ну-с,
применили предельно удобную,
гибко-технологичную хватку?..
Вместе с мясом контекста особенным
силы осознавания вырвав повадку.
Дождь в Москве
Дождь в Москве. Проливной. Дождь со снегом.
Дождь - пальто на плечах городских.
Электрической мороси елочка.
Дождь в Москве - то ли джаза раскачка,
то ли авторской песни облом.
Дождь как памятка. Дождь-дежавю.
Дождь приятельский. Дождь исторический.
Хмурый ломаный дождь невпопад.
Риторический дождь. Колонада дождя. Дождь просыпался притчами.
Дождь саднящий - дождь-припоминание,
дождь-подсказка.
Пустой как аффект.
Дождь - толкающий на откровение.
Дождь-апокриф, когда не идет.
психозелье
1.
Потерянный, бездумный, мне навстречу
шарахается пригородный дождь,
как ортодокс, еще, пожалуй, меньше
в уме своем, чем самый этот дождь.
О, бешенство верблюжье - дождь в пустыне!
Напоминая мокрой шерсти клочья,
столбами - до земли, а столб - (как нить с на...)
как нить с нанизанной не раз юлою.
2.
К исходу недели, плюс некий запас
до заграничных деньков Независимой Газеты, к исходу недели
на елке наметилась плешь. Этот с детства
мешал с («)бессонницею(») слово "февраль" - тотальный нездешний снег
(негдешний, раз на то пошло). Картина эта -
за шиворот, в глаза и уши, в ноздри.
Тихонько депрессует елочка к исходу
недели у местных жителей Независимых селений, -
чукча не виноват, чукча весь позитиф.
И вообще, меня не приглашали.
Klassika
избытком брызжет наглости и глупости
классической убожество вселенной человеческой,
никчемностью внушительной зияя
самодостаточной, - вот та самонадеянность,
особенная, избранная та,
что, силе неосиленной взамен,
дана, размноженная до величия,
восторженно питаемая целым светом
и, кровью общей, взращиваемая до сих пор
в молчании согласно-нерешительном ягнят.
На общем языке
"Правый и неупокоенный..."
- Не обещал, что умру.
Что ж, может быть, незаконно
умерший я - слишком "вдруг".
Безымянный циклон
* * *
Европа, вечная туристка,
или внебрачный Новый Свет
грызут, и щелкают, и лузгают Английский
или потягивают Новый свой Завет.
Когда во двор выходят окна -
плывут картинки без числа
и выражения, из них взирает томно
синематического смаку пустота.
* * *
Комната. Ровный, уверенный свет,
цвета желтка вкрутую.
Будто придушенный, жизни в нем нет.
Светит себе - не впустую.
Солнце педалями крутит в листве -
вскользь, по-осеннему невовлеченно.
Светит навылет. Знай колющий свет.
Свет опосредованный, вроде, солнца.
Льет отраженный тягучий гипноз.
Можно по углям ходить - не укусят.
Солнца не светит - лишь светит оно -
косвенно. Солнца не будет.
***
К сведению: "Да, Жуть улыбалась." ( Р. М. Рильке, "Дуинские элегии" )
Дождливая ночь любит джаз и зубной низкий ной.
Теней оригами развертку на черные грани
и отсвета мертвенного вспышки п(лоск)олость, чей ноль
фигурке болезненное сообщает мерцанье.
Беззвучные грозы в неявный берут объектив.
По снам рассылают не то что знакомые фото -
естественно необходимые - умственный воздух:
непрошенное очевидно - скрывая разрыв,
пространство без сна и опоры, - когда выстилает
провал под ногами, в долгу у задержек камланий.
А стоит порой подержать в пустоте, протянуть
аффект фотовспышки "естественной", - милая "Жуть".
***
А напоследок - острых ощущений,
вклейменных двойниками в этот Край -
зеркальный. Корчи вырванных мгновений.
Последок сей не ведает Прощай.
Сегодня у меня - красивый старый дом,
в котором память не слуга дурному вкусу.
И память-то сама как-будто ни при чем -
так, память поневоле, - как уступка музе
старинных аристотелевских дней: с тех пор
соотношенье времени и речи - то же,
и, что имеет место быть, бытует в прошлом
или в страдательном. Громоздкий старый вздор -
вся эта память-опосредство. В доме sweet'ном -
14 грамм заветных легче - пережитком
витает весть об информации - о той,
что обитала тут когда-то. Дом пустой, -
непринужденной анемичной красотой
обжит тактично. Прежде, правда, был пустее, -
и если невообразимое есть то,
чего не-можно не хватиться, - был он дее-
способен, в некотором смысле, больше, чем
сейчас, сегодня - размыванию предела
нет. Только я и не бываю там совсем.
onoff
Вкл/
Включи репрезентацию. Нет, выгляни за дверь!
Вон: в собственные лужи шлепается дождь, от взглядов
внимательных подкашиваясь на лету. Несладко,
на службе проливной курьерской скушав пса, теперь
вдруг... переосмыслению подвергнуться. Отставке?
Ну-ну... Возможно, "первый снег" - подвох. Прошу вас: ставки!
Определим уж, что ли, к дождичку тон отношенья -
текущие настроим нравы-времена. Что "важно",
так это Икс воззрения на то да се -
без, со-бственно, того-сего. Коробка переменной
любого отношения. Формальная "пропажа"/"поклажа"
сентиментальной памяти, и смыслов... и усов.
Выкл
См. Хайдеггер о Крае
Краеведение
Краезаключенье
Краеследование
Краегрызение
и
Краеопрокидывание
на Край
Выкл Выкл Выколол
Колодец меленький зрачка
искусала в сумерки мошкара-тоска
Край...
Край запил.
Что там было за ним, что - за ним...
Понятно, ничего.
Край и запил.
Ничего...
Одно, другое... Много-много ничего.
Абсолютное ничто.
Что ни потом/и/ни другое -
Выкл.
Двойная ночь
* * *
Город снимает одежду с витрин.
Город снимает шляпу
ни перед кем. Всё оставляет, уходит.
Город как будто остался один.
И остался бы, верно, остался один. Не будь он загадкой,
сотканной из сентиментальных жемчужин тумана и пыли,
из проницательных дичковых, подобравшихся
настороженно, с тоской огней; -
сплетённой из влажных колье чем-то тронутой рани -
слезливой и ласкововзорой в одном.
Неловкая печаль
неясным тихим жестом - втайне, за спиной, - жестом дирижёрским подняла
спонтанные былого оболочки
и те, что речью опосредованы, всякой,
до тривиальной степени прошедшести - неполной происшедшести -
непреходящей, бытовой, по-летнему пространно изводящей, -
все эти формы,
лишённые былого, наговоренного содержанья, -
какого бы то ни было. Насыщенные только до краёв
дочеловеческой надеждой первозданной - цвета информации - той,
лица которой
увидеть невозможно, хоронящей свои лица
в плаче-тумане.
Цвета неба, обозначенного парой резких линий -
цвета варварски-голубого.
* * *
oops it's just oopsed again
oops ta ta
oops ta ta ...
Сама собою разумеется,
не подлежит сомненью и вниманию,
"естественному" status quo подобна,
принимается как должное, вслепую,
будто шахматы и сигареты,
иллюзорность, или зыбкость
своеобразная? Предполагает удивление?..
Небрежность, может, в обращении?.. Исчерпывающий упс, -
пузырёк пустоты к поверхности взвился и исчез
для вечного круговорота - из пустого
в порожнее. Репрезентация игристой пустоты
подразумевает: разбить сердце атомной матери - "снова",
конечно.
На трёхмерные+... названия, к тому же, есть у нас и грифель земляной.
* * *
во мраке поблёскивают после дождя
глазка'ми сигнализации
на окнах решётки узорные
с прискорбием: ночь, - заключаю
спохватываясь временами, весь в созерцании мысленном,
буквальное оставив очень скоро - отвернувшись от окна
(меж звёзд наверно маленькая паника и крошечное аффективное удушье):
что с сумасшедших возьмёшь?.. ведь они - не в себе - эти капли, оставшиеся от дождя, поставленные на сигнализацию решётки,(;) -
суетливы, пусты и бесчувственны, сентиментальны,
возможно. Что ещё добавить?.. Ночь. ночь. ночь.
Очень разное
* * *
Монотонный замкнутости сон,
с напряжением тревоги ровным, -
мнимо-произвольный под конец
приноравливания к недугу.
Словно первый опыт похорон. -
Чутко плыть в потоке похоронном, -
тысячи неимоверных игл
чуткости торжественной и топкой,
будто "трип": испуг - и тонешь, тонешь... -
на плаву качают погребальном.
Драма - в расширении зрачков
(если напряжение подскочит). -
Будешь весь - сплошное сердце боли.
Размывания эффект внезапный -
оглушённый, станешь - как пейзаж:
пятна теплокровной акварели -
некий фон, чей слух, под прессом вод,
под конец уже не различает.
Монотонный замкнутости сон, -
избирательный лишь в том, что видишь, -
в форме занятости внешней, - в свете показателен неявном, скрытом, если
делать что-то незаметно долго.
Хайфа, Нижний Город
Дождь. Строгая непринуждённость города, местами сдобренная чёрным перцем.
Далеко в России
Среди зимы и снегопада, на краю бордюра - снег сошёл,
и бурая, ощерившись краями раковыми, тлеет тихо -
в себя осклаблена, проплешина. "Прохода нет"?.. А впереди и
краями ( - ) зыблется бездельничанья благородного лужок.
Местное
Непотопляемой сосулькой дождь
Еще более разное
* * *
Легко
сорваться в скором поезде безумия
в экспрессе сумасшествия прочь мчаться
* * *
Бээр-Шева - город-риталин.
* * *
Прислоняясь головой к стеклу, - осторожно-медленно, пока что - волосами, - чувствуешь, как волосы соприкасаются с волосами другой головы.
* * *
Пройдутся дети и слоны
и по твоим местам.
И по следам твоим ночным,
и - зачарованные вхлам,
свернут, "ведомые", не там.
Эйлат
Неряшливая терпимость
к звездным корчам на всяком кресте,
и стезе полуисповедимой,
накликавшей жестокий успех.
От глуши этой только и глохнуть,
глушью здешней "все лучшее" лишь и глушить.
И всплывает в итоге беспомощном -
виноватом итоге с подвохом - не вызревшее и на треть -
жалкий шифр, -
только льнувшее зыбко к исподу тиши.
Вдохнуть немного атмосферы местной -
великолепной пустотынной спеси, -
и задохнуться от невы
доха
Lost Eylat
Мы в субботе, на курорте - затяжном, что твой гашиш.
Ни движенья, ни души - ни движения души.
Все похерил этот город: - класс людей и класс машин.
Не спасут на сей раз кроксы. Чертов "смысл": ищи-свищи!
МотивацЬи дефицит. - А душа болит, болит...
Типа, смотрит ортодоксой роковая госпожизнь.
Так, непрошенно-нежданно, эскапистски день завис. -
Не за каждой дверцей - тайна, - не ко всякой жизни - смысл.
Окажись мы тут "случайно", на досуге - поглазеть,
"выбраться" на свет - кто знает! - лет до двадцати осесть...
"не по делу", в общем, - ждал бы - да! веселенький прием.
Пальм трепал бы ветер скальпы, - вот и этот, весь - излом, день кончался бы на Ом.
На субботнем на курорте - в неурочный, может, час... -
"Мотивация" ни к черту; - слог лубочный не продаст.
Изгнание из Эйлата
Кто-то вкрадчиво сыплет пустыню -
попустительствуя за спиной
ли, в согласии ли удивленно-невинном,
перед снежными век зеркалами, - все ра'вноравно'.
~~~
Муравейник огней - Тель-Авив
переминается вдали.
Но странно, веру в человека...
Но странно, веру в человека
я на desktop'е сохранил.
И благородная чудинка
с экрана смотрит лаконично,
глядит забавным ярлычком.
Се - толика идеализма
в душе измученной моей. -
Саднит еще, несчастная, страдает, -
но обо всем я забывал, когда
иконку цифровую
я на рабочем лицезрел столе...
Реквием по Городу
Информация - это неизвестное; данные проверяются.
Инфопсихология
- Знаешь, каково это - "выбраться" в свой город?
От города остался мнемолом, - лом памяти и н0ль воспоминаний - и коренная спесь. А весь "облом" ни по кому пришелся, как ни странно,
ни по чему. Ну и чудесно. По определению, казалось, город "владеет информацией", - не "понт" архитектурный, да на поводу историй разнообразных. Город - это тот,
кто знает дату разрушения, а может, и жив одним предвиденьем бомбежки глубинной. Пожелай ему ничто
скорейшего. Формально, без обмана, непринужденный, все, изображая дрейф по улицам изысканным, здесь-там осев, обречены на "пригород поганый".
- Знаешь, какого это, "выбраться" в свой город?
***
Нахохлившись, как голубь на ступеньке, снобским
манером в голубое глядя никуда,
внушительнее, шире в круглых куртки скобках,
пережидаю на диване холода;
сижу так день-другой, - наверно, долго ждать.
передел и синтез реальности
а помнишь, однажды
зияли здесь рвы.
Зажили коллажи
и сняли с них швы.
Эпитафия повторению
Не надо драм и лент ахматовских
на отъезжающем венке.
Не надо заседаний натовских
в твоем смартфоне, налегке.
Да, знаем, знаем - проходили.
Пейзаж что надо на дрове
и без крученых без извилин, -
последних, благо, только две.
Партитуречь. Классическое соло/ Speech-music. Classical solo
вспл/ мн,/ рм/ н,/ най/ нл./ зм,/ онкр,
vspl/ mn,/ rm/ n,/ ni/ nl./ zm,/ onkr,
клавикорд
Как отстраненный - неожиданно/нечаянно ?.._ усталый треск в кости,
далекий, не[йо]бо иссушающий и настроенье, - как
слух царапающий, костный тон пустыни
(осень под стеклом),
непрошенная Шапокляк из прошлого (таким
я вижу "звук" твой, постмодерн, - концепт и воплощенье),
проковылял в процессии увечных, тощих, стертых,
как будто из межзвездья выцветшего, - тех,
кого пытал - шепталось, - Джакомметти, -
пролепетал печатным тоном клавикорд -
весть от безжизненных - от
"Чистых" типографий.
Пара черно-белых стихотворений
Очевидно ведь, чем менее разящее дерьмо, зло, меньшее из зол, куда
предпочтительнее. Выбор, при любом из приближений, по-приятельски безнадежен. Это повод
оттянуться по полной. И никого из этой оргии
провинциальных декадентов не жалеть.
2.
Когда начинает мыслить язык -
осознавать себя, глядеть по сторонам, -
больше уже не сгодится на роль носового платка
или "пеленок гения". Помалкивая пока что,
парализован, в хоре анемичном постмодерна.
Он понимает: как схлестнувшиеся срослись реальности, так
тому и быть. Живая эта данность
не поддается взламыванию путем пе-
рекраивания сложившейся общей картины,
или выкраивания отдельных - "лучших" островков
трансальности. Пускай
отечества дымок не слаще дыма "Moor". -
Все это пресно, пресно.. непереносимо пресно. Прочь,
И только в полную, отвязно-неприязненную меру.-
На сорванных скоростях.
Каким еще быть может чувство меры,
когда реальность суть лишь наивная, естественная установка?..
Я скажу это
Попробую это оформить. На
перерыве дерзнуть вдохновенном. На
умирающем премиум-ленче...
(В вазоне бутоны клонятся, вот-вот захрапят... И печень
заноет в тарелке.) Долгожданное вырвать крещендо
из рук сокрушительных будней полуденных... Облечь, что ли, мускулом речи,
на 80 из слюны состоящим... Пора?
Как думаешь, дядя? Не хочется, право, бумаги черезмерно марать.
Довольно с нас черновиков и мурашек непрошенных шепота.
Как важно серьезным... ты знаешь ли?.. Только молчок!
Всяк шепоток запали-ка свой черновичок.
Не оберешься пологого ропота.
Послушай, дядя.
Все происходит например. И даже, entrenous, пrошу вас, - без лингвистических потерь. Имеет место - тайна, шутка.
Но сколько можно тянуть дурной, в конце концов, шутливый этот тон - сомнительную гумилевскую шутку -
"муку", простите, -
насколько тянуть?..
В голове моей - дождь...
В голове моей - дождь,
а я - круглый ноль
вниманья к пальто,
да и сам стороной.
и юной косности безвременной...
и юной косности безвременной
открывшиеся со спонтанного проста, да не с понта,
а впрочем, равно начерта,
столь многие и столь наперсные
и непреклонные лета.
Полоска неба со скабрезностью
витым шнуром пути змеятся, отстраненная земля,
поигрывая, пыль и грязь
в глаза пускает, тьма реверсуса
затмением глядит; не раз,
однако, мерзость превращения
аффектом забирала дух,
и откровение чернухи сокровенной, хуже мук
сознанья во весь рост, бескрайнего -
как при анестезии, - трюк:
отвлечь внимания внимание,
вменить беспамятство, испуг, и, рыбой днолюбивой, с рук
не глядя память сбыть тем временем, -
... и откровение, не вдруг,
сознайся! за руки хватало,
но так, что "времени" - в преддверии - хватало
увидеть горшее из легендарных "двух" -
изо всего: - сей юной косности безвременной
открывшиеся - ныне ясно - "неспроста"
неисчислимо-непреклонные лета.
И это старческое умиранья тремоло...
***
1.
в лицемерии незрячем
мира старится округа -
дворик с лавочкой и скукой,
влитой в лавочку, и мальчик,
что в песочнице пустынной
окопался бедуином.
А безвозрастная мать
с лавочки не может встать.
2.
при первой же осечке на пути,
перепаханном не раз,
смертельная упала на лицо
серьезность, в гремучей смеси с скепсисом, - но вот -
о, миг благословенный! -
сошла с лица серьезность-наважденье,
и всякое утратил благородство
смех.
Портрет правого толка
Немногим за двадцать,
была она в возрасте бабки своей,
и внушительно старше - как тень нависала над ней -
матери. От известного благотворительного двоемыслия
старясь стыдливо и горько. Плющ левацкий
болезненно цепок, живуч истерически, пускай чистыми
ему немногим за двадцать.
Гневный Бог прямого пути
Гневный Бог прямого пути,
неявлением славен и целен
в неявлении дальнем, с экранов глядит.
Ай-ай-ай, - головою качает беззвучно.
Ай-ай-ай! - вот и все громы-молнии.
[кадр немого кино - негатив, -
светом изобличающе-белым
характерный]
Темное дельце
Ночной автоПравый и неупокослучайноенный...бус на Тель-Авив, среди выцветших песков, напоминаюПравый и неупокоенный...Правый и неупокоенный...щих пену, -
(автобус, если уж на то пошло, на виражах пел дельфином)
а после - позднее, невостребованное до чертиков пробуждение, обнуляющее память о цветах поездки.
По прибытии помню соломку дождя на асфальте и то, что запасы ее не иссякли: кололо лицо временами. Знакомых тонов ночь неровная, с
света-не света проплешинами. Неуверенность сумерек, скорее.
Впрочем, так ли уж редко потуги робкие на приключение, навлекаемое дабы притупить оркестровое не спадающее напряжение боли - любого толка,
внутренней изначально или уже перешедшей в разряд таковой, и стало быть - тотальной,
делают задним числом свое "темное дельце"?..
По наведённым мостам
Что-то хлопает, что-то звонит, дождь стучит ли…
Полусон имитирует звуки пробуждения,
поставленные на автоповтор, -
сторонние, вызывающе громкие,
их можно помыслить и вызвать; узнать – слишком рано.
Они ещё не стали окружением. Слух сомневается,
стоит ли мосты наводить. Колеблется на грани отвращения.
Приметы реальности, всё же, в которой нужно ориентироваться, чтобы
не говорить слишком много, расспрашивая прохожих.
По наведённым мостам, отчего бы,
думаешь, не надломиться им вдруг,
к чайнику, вставши с постели, иду.
К мосткам непривычный. Наверное, снова
пожаловали холода – господа
с цветистой мазнёй вместо лиц. Никогда
к мостам, наведённым над ясной стихией
сознания, мне не привыкнуть. Такие
уж дни. Одичали среди мёртвых душ
и мёртвых явлений.
Только в стихах
...задним числом подержанное бытие. Все отлично вписались в ассорти комиссионной лавки - смотрятся не так натянуто, как бывало; можно вдохнуть полной грудью.
Спохватившись уже вечноотчаявшимся обывателем с одышкой, рыщущим - медвежья повадка горестной некогда, ныне - поверхностно-трогательной бесцеремонности на книжном развале, - в поисках "меньшего "зла", - всё как всегда, ничего необычного, разве что - всё как всегда, как обычно! - "зло" это хуже, чем ничего, каковое возможно ещё со скрипучей натяжкой ничто уподобить, хотя бы и только в стихах.
Три стихотворения
* * *
Бьется рыбой в руках - навстречу и вспять -
особенно непроницаемой после недавних глубин, стекающих пленкой, или мутной воды недавней, -
аффективно-обтекаемо,
открывшееся нутро.
* * *
А ночь позабылась в разгуле реальностей,
порой измененных, с набором реалий
как будто неполным, друг с дружкой повально
играющих в инерциальные шахматы.
Ночь перегорела двойной аффективною лампочкой.
* * *
Величественный - звездный аромат холодов.
Протянулся, высится - на ощупь - древний город ледяной.
Аромат - местами с отголосками апельсинной горечи праздника -
в нем обитает
старый дух обувных коробок.
Ладоней давлю основанием на...
Ладоней давлю основанием на
в веки зашившиеся глаза
что видят яблоки побито-вогнутые, а?
гремуче-фиалковые
гобеленовые озабоченные виды мозга с какого-то верху
проплывают в прострации передо мной
и склоненной моей головой
уйди, уйди, меланхоличный дым смущенный...
сухая и электризующая вид слеза
***
приторный вей-ветерок -
по улицам крутится-вертится, -
воздух тошнотворно-сладковатый,
теплый салона авто.
Веет будущим стареньким,
со страниц с невыразительным
мелким шрифтом весенним
диссидентской фантастики.
Вроде, - считай - полу-осень. -
Влажное, пухлое что-то
в кольце, - ноль слезливый
в металлической круглой оправе.
***
Приелось слово и отъелся постмодерн.
Комфортна нынче речь - что умереть - не сесть.
Таков уж "ларчик", саркофагу не в пример -
сну жречествующей глагольной львицы сей,
что именуют Речью, Письменностью спящих...
Дискурьез
Начнем -
затеем что-нибудь небывалое, к примеру
(реальность без прикрас, - без
замашек плакальщицких мельницеподобных,
где недостаток силы
не компенсируется самомнением здоровым или ангельской кротостью;
без поисков - без хлипких ручек сути,
наспех ввинченных в стену.
Без признаков смерти.
Без жизни-никакой.
Счастливую реальность -
реальность без прикрас.
Без опосредования и обывания,
перерабатывающая, среди прочего,
и мировую худ.мукулатуру.
Ей все одно. Так почему бы и не "повториться"? Почему бы не
заняться "новым", "небывалым"?..)
Затеем - например. "Рискнем" - к примеру.
Зачем? Оставить и ни с чем остаться.
Начнем уж, что ли?.. Или уж оставим?
(Коль уж приперло к дольчефарниенте.)
Снег - кирпич, песок - тропа
* * *
снег - кирпич, песок - тропа
(пенные песка заносы)
категории, что порознь
говорят о том, где past
и куда идти. Пока что
штукатурки лист упал
влажности рукою сорван
вспыхивает спичкой морось
или - резкий струй аврал
а среди антенн вдруг мачты
* * *
И если есть на кухне пачка вафель
значит все не так уж горько в этом энном из миров
(и без вафель ничего)
а небесные все черновики и поделом
размокают как слепые котята
об ангельском воинстве, о душах, о геенне, о небесах, опять-таки,
расскажи еще, Иосиф поздно-говорящий,
в Скандинавии нечаянной обретший брата
в заснеженную смутную пору
(что брат? обедал).
Но если есть в кармане пачка вафель,
в вашем обществе не так пресно.
Поэма без личинки
Любо-дорого наблюдать, как понятия валят всё в одну кучу. В итоге имеем
очень отвязную поэтику - весёлый герметизм.
Кинозарисовка
Струнные озвучивают ненастье и запустение
(берега закушена губа),
сейчас их тремоло свидетельствует о дожде.
[Смолкает] добротная "акустика" подорванной, в сущности, погоды,
изнутри всё яснее доносится бой отчаянный барабана
(кажется, между ударами - отвесные мили отчаянной пустоты),
весенний, продавленный, чистый, как патетика грозы,
(о нём, пожалуй, скажешь, что "глухой"),
отчего-то тотчас в отчаяние погружающий.
(mon Dieu! сплошное отчаянье.)
Гулкая пустота внутри, - вообще присущая весне -
но, кажется, хорошо. (Как много "кажется".)
Снаружи -
гарь с застарелым осени картоном, -
с характерным просторным опрощенья запахом,
почти что разочарования - тупого, правда, - ароматом.
Говорят,
К лучшему, - смешок в зале (с пылью мешочек). Свет.
* * *
Восстань из лотоса, давай уж, поднимись
из полулотоса, ну напустил души,
здесь слишком душно, наконец. Открой ей фортку,
душе своей, не только на макушке, ну же!
Репрезентация пути - ты, верно, спятил.
Реальные, по крайней мере, обретает
плоть очертания. Иначе не бывает.
Не то что "рано или поздно", - раньше - нет.
Осталось только пережить конец пути.
А там откроется, глядишь, и что-то "третье"...
Мы возлюбили информацию - та,
как говорится, навсегда за горизонтом, -
теперь и мы за горизонт ступили. Путь -
путь не бывает слишком долгим. И тянуть
завременье не стоит - можно далеко пойти,
нафантазировать такую бесконечность.
The Carnival is not over
пробуждения поздние, за полдень, причём
ощущаешь, что бодрствуешь ты один, -
другие лишь бредят во сне,
иные своего не догуляли.
[Отвратительно] поздние, простите.
Претензия на изысканность коих -
последний шанс отмыться, оправдаться, -
сродни доисторическому декадансу.
То ли Малер в маске посмертной из снега, пожелтевшего местами, -
это месиво из одеял, оргия неравная сновидцев...
Что, собственно, случилось? Праздник, потрясение, погром
душеприказчиков небесных в атмосфере
сложенья более плотного?.. Оставили в покое здешний свет,
разочаровавшись в идее Конца, и суда?
И можно спать не пробуждаясь и для галочки, ведь правда?..
Текст-гамлет
На обратном пути подумал, было,
что, сюда направляясь, был в темных очках.
Подумал и отбросил мысль, что ни о чем не говорила мне сейчас.
Надел очки,
в тонированном воздухе вечернем,
не замедляя хода, дальше шел,
в какое-то мгновение - казалось, постепенно, -
праздничный уютный холодок из ниоткуда водворился.
(Отголосок праздника, которого не ждешь, который и не наступает.)
* * *
Ганг обмелел...
Т. С. Элиот
... ганг снова обмелел, вздохнул и
весь схлынул, завещав огульно
подобные буйкам печали
свои. От "дядюшки" остались
прогнившие насквозь "легенды"
раскрытых радости агентов, -
зевак иных и ныне радуют, -
глубокой осенью сознания
прозрачность разума утративших,
сплинания плеснувши мании
в стекляшку мозга на два пальца.
В каком-то клеточном беспамятстве,
в запрет/дных отсветах утраты
и вытеснения
необлечённая скитается,
безвестно-несокрыта -
Радость.
* * *
Ты либо дурак, либо суперзвезда
наподобие Иисуса Христа.
вопрос не найден.
Баюкал сначала, качал настроение дискурс
в движении замкнутом, чуть не сбиваясь на время.
Дремлю на волнах авангарда, - дурная привычка -
от некуда деться в нелучшем, но меньшем, - как демон
терпимости полой - сулила "злу" отдохновенье,
а большему - ложный размах. Как потом ни искали -
со всей постановочной тщательностью ностальгии, -
итог: "файл не найден", - о нем забывали мгновенно, -
удел реставрации ли, отпевания ли повальный,
сродни сновидению, вложенному в веки вия.
* * *
многоярусного скорпиона бахаи мерцает протяжная схема
В который раз ночной фасад Кармели напомнил Иерусалим - его выложенные могилами склоны
...В сумерках
выпуклых листьев огромных сухие коробки гремят под ногами
Осторожно: улитки, ступеньки,
заросли пассифлоры
обхватывают шлемом голову - сумерек подвохи
Воздух виноватый кисловатый
Над дверью - колокольчик с начертанием гуа
И-цзинь!
Сонет без одной строчки
В актёры идут по незнанию об исполнении и продолжении роли. Беспечности и безоглядности сольной предел - про себя - за чертой неких проб
отмерив бессрочно - с двояким расчётом - играя не менее, или не более, - калька аффекта в театре настольном грешит чувством меры и гасит исход.
А боль беспричинна, скупа, бесконечна, - пуста, будто лампочка в мыльной метели, -
велик и могуч дадаизм, - то ли дело, что лампочка попросту перегорела.
А боль нестерпимо долга, как осечка.
Поэма без личинки, 2
Сегодня ветер пахнет снегом,
и гром подобен звуку грандиозного крушения.
И градин колких часты суетливые набеги.
Казалось бы, окрашенные тоном отношения,
явления теряют в первозданности. Казалось бы...
И в окна веет хвоей неподдельной, - хвоей? может
быть также, это кипарис, у входа, эхом сложным
несом, благоухает тут над ухом. Ах, да мало ли...
Китайское солнце глазуньи свирепо глядит на меня.
За сомкнутыми - как бы поджатыми - пластинками стеклянных жалюзи - ветром прибитый к окну кусок чёрной фанеры, замерший, как кот в предчувствии опасности.
Слепой обломок, без намерения высчитать душедвижения твои, завалившийся на бок и размокший от дождя.
Дорога, что купается в песках - вечно неживых песках пустыни,
прорублена в прозрачном кирпиче-предупреждении - кирпиче кружащих голову, сияющих пустот.
Что может быть бездумней и одновременно вероломнее музыки?..
к вечеру ветер...
к вечеру ветер теряет надежду на
отсрочку дневного предела ли, суток лимита ли.
Шумит не смолкая травою невидимой
рассеянная повседневность взятых отдельно,
выхваченных из комплекта присутствия
дней или дня. Истончаясь в отчаянии до сквозняка -
натыкаясь на стену за кромкой сумерек - равно и суток, -
не буен черезмерно, заранее зная ничтожность отдачи, покуда в руках
железных безличного шквального "я". Слышишь? Царапает флаг
металлическое блестящее древко, как напряжённая хищная птица
(почти что срывающаяся на ветер - бессмысленно, горько).
И не то прорастают, а может, врастают в асфальт, - пробуждают асфальт
каблуки, отдаваясь в дорожном паху, настойчиво стучат. Силясь вжиться
в ночь?.. И напротив, коснеют на перекрёстках, а то и посреди дороги, корни.
***
Оттягиваю сон - такое чувство, будто
вот-вот засне'жит - проснежи'т насквозь
единственную волю к восприятию.
Наверняка, - я знаю это - где-то
пускай аффектом - или нет, по ту
сторону аффекта - в зазеркалье, -
за спиной, рукой подать -
снег выпал
снег небывалый бессонницы.
***
голубоглазое, а в сущности - мутноглядящее пространство; в воздухе ничто не
препятствует падению сухого дерева.
27.02.2012
Не вошедшее в не вошедшее
* * *
То ли давши-й неловкий откат в
болезненно здоровую самонадеянность, - словно в кресло
силой втолкнули незримой рукой, - то ли -
самовыживательный безропотный тюфяк. Может, также
надеящийся на "роковую релаксацию" - портретики сменить, -
подтасовать - Леонардов червяк, -
герой, накаливающий огонь -
прежде чем накалить сковородку, -
философское кредо крещёных кочевников, впрочем, едва ли
подозревающих о том, что в черепных их коробках
вместе с ними кочует
световое наследие
неудавшейся шутки
сквозной постмодерн. Поговорим о "Руси",
в частности, начистоту.
Повторимся - по законам жанра презентации двояковыпуклой
(о, опосреданности гамма, - с нижним "ре-").
И как всегда, - качества контроль
осуществляют надо всем
относительно свежесгребённые эгрегоры,
что тяге подпевают
к выживанию - трогательно неловкой.
Видеть тяжко - не видя смысла прикладного
в беспафосной растрёпанной бессмыслице - необщего смысла
в разрозненной разноречивой осмысленности.
...Запросто поглазеть
пустовесёлыми глазами -
невесомая мыльная осень - каждый, -
доспев-не доспев - смерть "поспеть" перепеть.
Деревья становятся реками цвета отбеленной малоподвижным томлением кости,
струятся в глазах-пузырях. И в понятия меньшего
ветер нанёс - свалка концептуальная -
понимание непонятой большего. (Только дурак здесь увидит
"великое в малом". [Коль скоро понятие
вмещает большее, чем самоё себя - больше, то бишь, чем в силах
помыслить, тем более - вместить, - как это обстоит
с "великим", с его огромным допущением погрешности -
условности, - то что уж говорить о "малом"].)
Дай, что ли, поглазеть,
чуть с прищуром, подобным осечке той
спорной?.. - славится которой восприятие: пустота,
предельность до востребования и подозрительность -
скупая подозрительность утраты, - ви'дения косящий зрачок.
Дай, что ли, поглазеть, смерть-песенку перепеть -
поспеть-поспеть, - на автомате. Осень впредь.*
*
["Forever autumn"]
* * *
Дождь, -
Каменные обгладывает подоконники, невидимыми хрящями хрустит.
Натасканное на повторениях бездумное, к тому же, обладает туманным свойством карусельной иллюстративности.
Дымят вполоборота, без вопросов,
сфинксы позднего розлива,
нескучного бдения кольца
на луну пуская, потолком глядящую щербатым.
По большому счёту, в музыке ли, в стихотворении ли, как на картине, нет движения, - за исключением линейного заполнения винительного пространства композицией.
"Натюр не морт"
Натюр не морт.
И лук цветёт,
козлеет на стеклянной длани
подноса - рог,
свеж и высок,
другого краше и пространней.
Стакан воды или земля
под ним, - "подскажет", будто спросит,
сторонний глаз.
В стихии вечного стекла
в подвешенном коснеет росте -
торит свой трансцендентный лаз -
козлеет лук. Пара пробок - чёрная и белая - напоминают дамки. Словно из ветреных сплетённый нитей, разломленный живописно чеснок. Блёклая, будто ветреная, рюмка; литой, заветренного одинаково стекла, - взмыленного на ветру стекла - сосуд оливкового масла. И тут же, рядом,
кот-открывалка выгнул спину.
Натюр не морт.
И лук цветёт...
* * *
Есть города, - как правило, столицы
неразбавленные... Города идеальные, -
города, по которым прогулка -
естественный iq-про-тест.
Зеленеют iq-переулки.
То и дело весна информации
нутро металлической стружкой
царапнет, слизистую мозга раздражая.
Города, в которых оживают,
с прохожими играя и лукавя -
с прищуром неявным, словно фотовспышка
среди стального дня - дня-отсвета, -
соловьи стальные.
И где за прошлого горами
эксперимента ретро.
Где солнце невообразимого
чернильной ходит стрелкой,
отсроченное тысячью осечных горизонтов.
Есть города - старинные столицы... -
Старинные столицы будущего и настоящего.
* * *
В заводях глупости здравой, веками прозлаченной,
драма-лягушка глядит, как всегда, неудачницей.
В противоположность обычной эмоциональной всеядности,
тут настояли на чопорности чувств и нервов.
* * *
Жизнь - студийная штука с посмертным релизом.
Век корпеешь, а там - на кровавый дебют.
"Строчки с кровью" - подачка для корешколизов.
Мы не ставили целью здесь сверх протянуть.
А уйти, разминувшись немного с релизом,
так в расцвете - не обязательно лет.
Запереть - опечатать - студию жизни, -
обкорнать бесконечный присутствия спектр.
* * *
Машинальной, сторонней, забывчивой смертью чреватый
внимания ума и внимания тела недостаток.
Вот уж некто Другой на сложившем лёгкие теле
пляшет, всё удаляясь в перспективе другой, - параллельной.
В самом деле, умирали-то, казалось, двое - или оба? -
а пляшет один - точнее, Другой - "удаляясь" от тела, ещё дальше - от гроба.
The Gothic
Death is a good relaxation.
Death is a fatal sensation.
A thing you can't pay no attention
to. Death is the deepest intention.
Profound and naive at the same time,
still, death is a pipe dream obsession.
Death is a matter of fashion.
Death is a gothic invasion,
which you can't pay no attention to.
Still, death has minimal pressure too.
* * *
Здесь вяло борется сионистская мечта
с мечтой американской.
И где-то, так и быть уж, - вписанный в закадровый устав,
верблюжий рёв арабский.
Два полудемона и смугленький бесёнок,
едва лишь выбравшийся из своих пелёнок.
* * *
Меланхоличный ветер вороватый,
небрежен, будто пьян, бросается в глаза,
размашистый и неуклюжий, угловатый,
как крыса, что бежит куда глаза глядят,
агонизируя. Разбить его - и славно, -
с разводами осоловелое стекло.
И через дырку в ветре хлынет день - оравой
потоков ясных, безучастных, - кто кого.
* * *
Йерушалаим, мой друг.
Йерушалаим - праздник присутствия
Йерушалаим случается с тобой
когда плывёт навстречу
субботнего пространства накалённого букет
Йерушалаим - когда
города необычно много
и словно от избытка присутствия
город заговаривает с тобой
Йерушалаим, мой друг.
* * *
Ты уехала в ночь полнолуния.
Нет, я волком не выл оборотным. -
Но случилась со мною безумныя,
безупречная ночь-катастрофа.
* * *
Я музыку писал - как созвездия пишут, -
развертка в пространстве-времени обоих, - эффект нестатичности, усугубляемый мерцаньем, суть только многомерности фигура - фигура гипнотизма.
Как звезды созвездия разом ложатся на темное небо, в речи можно расслышать язык.
Тов. Бокер
Я словно кофе накурился.
И Бокер мой железный тов.
/13/03/2012/
finale
;';
На Бальфур утренний стоячий воздух,
зевая, смотрит кисло на прохожих.
И слышится, как в воздухе застойном
унылая насвистывает соя.
Антисентиментальный явный выпад
являя вялый, - некогда плыла -
в автобусе плыла тоскливо рыба,
тоскливый ароматец свой несла. -
Тогда я этого не знал, не слишком-то
интересовался темой дня.
Однако стоило мне сделать тише,
померкли двойники, и - voila -
как размороженные, зеркала
голодной хлынули весной, - а слюнки -
а слюнки - худосочным ручейком, - на-, -
набросились мышеродящей кучкой
могучею на снегопадаль. В ком не
столкнёшься с некой неизвестной опыта,
которой содержимое лишь статус
дозволенности "в свете" X сулит?
Да не пройдёт ни день, ни враг, ни блитц
в тени присутствия. И не иссякнут
запасы упасительные "попусту".
На Бальфур утренний стоячий воздух,
зевая, смотрит кисло на прохожих.
И слышится, как в воздухе застойном
унылая насвистывает соя.
Коль скоро не бросается... на глаза
Коль скоро не бросается в глаза, -
точнее, на - читай: на амбразуру -
депрессия, - расслабься, светик, вольно,
посмейся, не стыдись. Рассмейся всласть.
(А вот и смехачи. Ну, не робей.)
Не вызвав подозрения и дурой
себя не выставив пред образами боли
укромными, гляжу я, вывалялась вволю
в дурачестве своем. Ну что ж, теперь
вернемся к наказанию. Герр Кафка,
прошу вас, - к Достоевскийму поправки.
X
сухофруктовый снег и вечер,
как безотчетный макияж
на вырожденчески застывших
совсем не масочных чертах
когда б не снег и этот вечер,
парами добродушной желчи
дышать тебе и день и ночь
X (исправленное и дополненное)
сухофруктовый снег и вечер,
как безотчетный макияж
на вырожденчески застывших
совсем не масочных чертах
...
когда б не снег и этот вечер
не их классический посыл:
все повторится, и не суть,
что именно, и вероятней
всего, отсутствие всего
(Каков посыл, а? к солипсизму.
Прозреть и выпить и прозреть.)
...
когда б не снег и этот вечер,
парами добродушной желчи
дышать тебе и день и ночь
на рынке специй
категоричность ароматов рынка специй
сыпучих шепоток печатей вслед
Структура
Редкие деревья, ныне,
правда, одиночки
на правах сенильности, мы
косим вдоль дороги.
Сухих, забывчивых, их косим вдоль дороги
и разгребаем улиц стойкие помойки.
Готовим улицы, налаживаем стоки, -
под упоительную осени застройку.
Опустрошительную осени застройку.
И покатит бойко
голубоглазое с горки -
прост-во голубоглазое - даром что с горки.
Структурутр Аа
* * *
скисшее уже, как джаз
трупное как жилка "Times"
на передовице бледной
слева а помятой первой
растворимой мутной зорькой
лужицей сконфуженной
жмётся к донышку сироткой
гущи сна несуженой
* * *
Бессмыслицы магия - малых излишков
в N-чувствительном пространстве, -
вот магия хаоса во всей подлинной своей красе.
Но стоит личному опыту сравняться с универсальным -
стоит сделать однажды своё дело достаточно хорошо, -
в достойной мере сносно - и прощай, хаос,
и сор отдельно взятых изб в глазах.
шерстистые порывы лая парные удручённо падают
шерстистые парные
порывы лая удручённо падают
в вылинявший настроением воздух вечерний
что в точке незапамятной пространства
помним-помним сорок восемь мин.
назад и вовсе не вдруг схватило в поянице не разогнуться
воздуху нет и нет внушительно свело -
металл замысловатый -
силы тантры
три концентрация включение и невообразимое
се, гласит передовица
дня забыть или забыться
что там сносней что там ближе
мгзлая -утренняя жижа !
шерстистые порывы лая парные удручённо падают
в вылинявший настроением воздух воздух вечерний и
Йерушалаим
Иерусалим - город с двумя неизвестными.
* * *
Паленая дождичка шерстка
повисла смущенно на уровне глаз.
Не квартира - нарыв,
когда прорывает (снаружи).
Свежевымытый пол
платным пахнет туалетом.
В целом... И так далее.
Это значит,
мертвых оборвать на полуслове.
Умирающих призвать к ответу.
Это ничего не значит.
Извинения с оглядкой
на райские сырняки - пройдут, так и быть.
Но только это ничего не значит.
А не что и не не-что - залог равновесия,
условие равенства.
* * *
Бела со сна, со - снега?.. - недосыпу
бесснежная бессонница-зима.
Коснеют сучья бороды. Уу,
коснеют сучья бороды, надыбав
в свой спектр смертоподобного туману.
И, незапамятно скользнув однажды, -
змея - луна - соль - язычок, - кто знает -
скользит, должно быть, до сих пор, кто знает, -
струится иней тайный по руке.
И - ночь. И кошки безбоязненно переходят дорогу.
Смеется пустыня - "осечка"-другая песка -
раскупоренная депрессией. Стелется сухо.
* * *
На виду у все-X беседует с собой.
Часто кажется, он будто медитирует в общественных местах,
обобщающих слепые пятна теплоты
скорее грезящегося лета,
беспорядочные пятна в воздухе
(воздух - зеркало тотального обзора).
Он откровенно упоён. Ещё он говорит:
Ну это же лето, подслеповатое лето.
Лето, великан осоловелый. Пьяный полубог, -
что на виду у всеX беседует с собой,
и словно медитирует в местах слепого обобщения,
напоминающих собою череп с замазанными мазутом глазами.
Ну это же лето, подслеповатое лето. Да что там -
слепое прекрасное лето.
Он знает, что он говорит. Недаром -
Недаром упоён. А ночью - ночью лето -
сущая тарабарщина.
* * *
Лимон и фиолетово-седые космы чеснока.
Гармошкой небрежно распался - расслоившейся стенкой
разморенной - "сенча"
в мелко разукрашенных пакетиках.
Цельность, приподнесенная
на стеклянной ладони подноса.
Спустился ли вечер
Спустился ли вечер
или влажность ознобная день осадила летний
слов ли лепечущий прах норовит безуспешно к подошвам прилипнуть
тантра ли слов винтовая
норовит позвоночник обвить
витальность - извечные чистки
сокровенные чистки
неутомимые чистки святые с отдачей любовной
и спустится вечер
и влажность несущий озноб претворится
благодарностью летней
и вечер спустился...
24
Шаббатний штиль среди недели,
и Света Звёздного (не нового,
хотя не старого) - рассеянность -
пожалуй, что средь бела дня, -
напоминающего вкратце
цепей податливость цветочных всё -
весеннюю живую ветхость -
непрояснённость голубую -
(сплошь "неустойчивая" к-ость -
сырая глиняная кость.), -
так, сухожилия цветов,
разморенные "передышкой".
античные проломленные шлемы скорлупы яичной
в длинноволновой траве тяжёлой лука,
в мусорном ведёрке на столешнице, покрывшейся гусиной кожей после
незапамятного к вечеру мытья посуды. Спать.
Концентрация суть настоящее, будущее - включенье non-
stop, концепт неразборчивый "ничто" ("всеядный"?) - невообразимое
(вообразить). Субботний штиль - субботний штиль
срединедельный. Света Звёздного (не нового)
Под самым = низким потолком мутных
чайник бровей напустил.
Кипенье буйство парусов и/или крыльев.
24
Были в гостях у А. Услышал балладу?.. в исполнении Юдит Равиц. Слышал и раньше. Но тогда, у А., стало ясно, что голос её - как гулковыглядящий, тусклый, выпукло-пустой фонарь в ночной горбатой перспективе (перспективе - наподобие пересохшего, как будто влажного, - волосатого языка), давший течь в виде жидкого, - какими бывают волосы - блёклого, как уже говорилось, света. Течь, которая суть ничто иное, как нереализованная, ускользнувшая трагичность повода к исполняемому. Оттого и радость этого голоса бледна, хотя и вполне убедительна.
24
26
...
28
.
.
.
.
.
... .
Лето Ха-ха
Лето
напоминает выходной.
Трубы по Паркеру запой.
А "солнце" - увалень слепой,
смущенный, темный и тупой.
Поговорим не проецируя
("избавившись" заранее от полых идее-носителей - идей-носителей, - поскольку все идеи суть только носители, - со-стороны-казалось бы,
нечто вроде концептуальной живой свалки ничто: -
обилие опыта - концептом -
не_переваренного, не укладывающегося ни во что;
обратная реприза; двустороннее включение-развертка: включение большего - больше себя - и всего. - Концепт живой ничто! -
от полых идее-носителей,
провоцирующих проецирование, проекции.)
Ха-ха.
Возвращение
пожар, в смыкании таящийся
пчелиных сот. Холодный жара
оскал. Ритмодробящая, спонтанная
короны неподвязанная челюсть.
Возвращение - сначала блудной жалкой
душонки, после - самоактуализированной цельности.
Да, это возвращение, но возвращение ни с чем -
возврат к тотальному отсутствию, не содержащему в себе
ничто -
склоненье несклоняемого - для антитезы.
сандал
просторный, бессмысленный запах одежды
и терпкая горечь мыльной воды
Не то что Anonymous
Лицо носить
на самом видном месте. Ай-яй-яй!
Ахмэд, тебе не стыдно?
Ну да ладно. Прощевай.
О-чизастное
Величавая меланхолия! -
говорю ли, безмолвствую ли -
ночи занавесом ментоловым
очи застит мне - затхлым, ментоловым -
очи застит - чарующим, плотным - мне, -
гипнотически-плотным, пронзительным, -
очи застит мои -
застит очи...
Миг Временович
Тик-так. Осечка. Некий миг -
Что в имени? - остановился;
зациклился, завис; поник
как будто. Временович с мыса
самоубийцы. Встал, и вмиг
незачехлёнными людьми -
ни саванов тебе, ни тёмных
платков на лицах нерождённых -
обставили гостиный край.
Так-так. Осечка тоже выстрел.
Даром что остановился
Временович Миг. За раз -
столько мебели, гораздой
поболтать и поглазеть.
И вот уже рукой бесстрастной
ложится сон на веки мне...
В гагатово-тусклых вампира глазах
спички вспыхивают миров безответно,
кто-то комкает звёзды.
Полумиф становляется мифом,
ну, а после - и мифа нет впомине.
Вот он скомкал глаза, как перчатки.
Постелил наизнанку лицо (и белела изнанка,
и луковица на столе - как оторванная голова),
поставил соль, и негорящую белёсую свечу, и...
пожалуй, всё (пока что)
НОЧ
Ночь
началась с неприличия: прохожий
с покупками из продуктового
испортил удачно картину
наведя на туманную мысль
об отсутствии у ночи вкуса
впрочем,
ночь
в очередной раз ночь
никчёмность и косность подчёркивает миров
сгорбленные парализует муравейники
по всему свету - останки безмыслия
мелькающие перед взором поехавшим
но по-прежнему твёрдым
непрошенного ночевидца
муравейники
бугрятся неостановимой дрожью
проходящей шестернями крупных волн
по отшельническим чёрным спинам
муравейники миры пустые соты
в мерцании тлеющие сухом
готовые быть смятыми
естественно раз - навсегда
полуночной лихой ладонью походя
найдётся ли раз Громовой
смести эти лисьи постройки?
Лёгкий бред. Бред - на грани? - безмыслия.
Беглый бред; бред летучий, как дым сигареты -
на спонтанный, напоминающий дрейф, снос ветром.
Не по трупам ошибок и проб.
И однако же, бред ни о чём -
сущий бред: бред даётся с трудом;
пресловутым ли "смыслом" захлёб
или так, - то есть как? - бред тяжёл;
бред востребован; может быть, жёлт.
Сначала читалось...
Сначала читалось; потом пробегал глазами.
Позднее глаза избегали и сами
со страницей встречаться. Словом,
творилась история в срочном порядке строчном. -
Ради остовов - лавок и спичечных спин - худосочных
осушали церковные топи сентиментализма.
Экспонировали свежеопустошённые избы -
прародительницы неотёсанные хай-тэка.
Обнажая тем самым
присущий культуре опальный фатализм,
каковая, себе не принадлежа, не становится ничьей судьбою,
или хотя бы смирением.
А в нутрах парных стихотворения
Можно преть внутри стихотворения -
сходное с предчувствием предчувствия
чувство, - из сидячей полупраздной
позы изготовившись мгновение
изловить -
полое мгновение -
глупое мгновенье-попугай, - тем самым
притупляя "формы" ожидание
(и не ждёшь, а только допускаешь,
междустрочия межи расширив
до мерцания зазора здесь-сейчасности. -
А уверившись в явленье формы -
осознать - принять как полагается,
с почестями восприятия).
К счастью, это только настроение -
настроение стихостроения -
точка отправления или отмены стихотворения.
А в нутрах парных стихотворения -
Снова
ничто. Несчетное ничто. Округлившаяся единица.
И - холодные ливни множества ничто.
И - счет-противостояние, непорядковое 2-3-4 ...
Условность речи, позволительная с истиной,
тут не проходит, - и всплывает третья крайность:
ДА - НЕТ - 3. И это 3 не есть "Другое". Это 3. Это -
многодваждыничто. Дваждымногоничто.
И - в речи прозревают 3ечь.
Но (тр)и тречь тр_нсцендирует - кажется? Да.
3ансцендирует тречь. _ Отпусти снова - снова
отпусти - не иначе - инаково, - (тр)и не триначе. -
Отпусти и это.
И речь трансцендирует - речь трансцендирует речь трансцендирует
речь
Снова
черный кропот
невзрачный мелкий черный чай
(английский)
не черный - серый что твой дождь -
глотками точечными пьется
по глотке семенит
о, черный кропот
расчветает черный мак
Свет - открытка для зевак
Битлз - "нэскафэ"
Что маяк для фей
расцветает черный мак
Газ из оду...
Блейк брал на мушку -
охота на прозрение
в стертой среде,
был бухгалтером.
А в лестничной клетке
внизу
сокрушается
реинкарнация Фета.
...он пришел к тебе с приветом,
рассказать, что смерти нет.
_опустя'шить,
опушить
до одуванчика
колючее соцветие пустот
под грифом
Совершенно Вселенно.
О, газ из одуванчиков.
О, газ из оду..
О газ из о...
Добыча!
Пропойца ночь...
Пропойца ночь (с приходом сумерек, известно,
подкатывает к горлу лета сырость) -
Пропойца ночь глотает крепкий дым -
колючий бурый дым сигары скрытой, -
тот горек словно черт, да и черт с ним, -
покачиваясь, в дыме проплывает
широкобедрый блюзмобиль, и с ним
проходит нечто в веселящей тьме -
Вселенная формата дежа-вю.
Ни слова о настоящем
Лёгкий серый смертности снежок
тает на лету -
снег-ультрамарин. Током
нескончаемой агонии
сотрясает, глушит изнутри
разложенья слякоть в тучах.
...Казалось, прежде
как будто ёжилась от облегчения душа.
etc
"Что вверху, то и внизу." "Путь вверх и путь вниз..."
Руководство к действию или повод в который -
незапамятный - раз опустить руки.
Это значит: стяжать незабвенные лавры проекции.
А между небом и землей
повис туманом неопознанным
своеобразный выдержанный бред безмыслия:
улыбкой складываясь елеуловимой.
шершавит малость поступь о блака...
шершавит малость поступь о'блака -
из внедорожников пути.
Побито эхо улепётывают
моадзинных поездов.
Цепляет поздние автобусы
бахайский скорпион.
Набухают прозрачные, светящиеся стенки
ночного пузыря, -
пока не лопается
ночь
навстречу -
чему-то всему.
Улыбка Ларошфуко
снова жаль слова - безмысленно и удовлетворённо, -
как можно пожалеть
пачку только опустевшую сигарет, -
довольно новую на вид, но(?) с вмятиной продольной,
не то старящей, не то напрягающей
приблизительный лоб. Ещё больше
себе соболезнуешь,
повествующему об отношении к словам словами -
и пригвождающему оные, как всякое
формальное безмыслие, имеющее свой предел,
к планке конца.
Если же что-то стоит за словами -
грош им цена. На улице нашей
сплошь экстрасимволично всё и вся -
безмыслия степени большие и маленькие.
Небо - в дюйме над головой...
Небо - в дюйме над головой.
Поодаль, между деревьями,
желтый лотос влажно сочится, -
в течении его
обозначено горло кольчатое ручья.
***
я петли делал, аджну огибая
был мне белый аромат партагас
и так далее - так далее не может продолжаться
Да, подожди, - из только выкуренной трубки вишнёвой доносились образы комнаты с камином эфирным.
....всё превратилось в воспоминание, из-под которого выдернули время и пространство, - в воспоминание - вдохнули пустоту - не мгновенно прояснённую.
п ст-раз(ВВК)
