Припав к распятью жгущих стынью рук,
Сцелуешь снег с венчального кольца,
И вдовий плат, как рясу чернеца,
Уронишь с плеч, и вздрогнешь как-то вдруг...
Бузинной кистью бархатной косы
Напишешь ночь в тени плакучих ив.
Да будет Тьма! Ведь в ней я снова жив,
И можно ждать, не глядя на часы,
И можно звать, теряя бисер слов,
Ловя ответ в метелях за стеной –
Да будет Тьма! – где горечь отходной
Не тронет губ, не выбелит висков.
Огонь в глазах – пронзительно живой,
И мы – одно, завернутое в чернь...
Где пляшет звезд мерцающая зернь,
Там не зажгут свечи за упокой!
.........
На свежий гроб не клади венков,
Не жги души, не целуй крестов,
Застынь!
Исчезнет Смерть, разорвав покров,
Да будет Тьма – вовеки веков!
Аминь.
*Fiat nox! – лат. «Да будет тьма!» (по аналогии с известным выражением «Fiat lux!» - лат. «Да будет свет!»)
