(Гастрономические размышления по поводу последнего пакета чайниз нудлз,
на высоте тысяча двести этажей над средним уровнем личного моря,
без страховки и дизель-генератора)
Сижу на крыше мира, ничего не знача,
на пирамиды зырю и на стены плача,
читаю надписи, считаю числа зверя.
Вверху луна висит, глазам своим не веря:
– Чему ты рад, откуда столько кайфа в венах?
Всё - стены, брат. Иди, пиши на стенах.
Ты меланхолик. Я твоя основа.
Я говорю:
– Сама такое слово!
Вот, брат-луна, сижу и камешки кидаю.
Твой жёлтый лик напоминает о Китае.
Так у кого из нас с тобой в глазу изъян?
Ты видишь ян да инь, я вижу инь да ян.
Судьба бесстрастна, как шанхайский повар, -
всё улыбается, но не упустит повод
в десерт готовый уксусу подлить,
добавить хрен в коньяк и раны посолить.
А я всё рад и рад, чему – убей, не знаю.
Такая кухня, брат-луна, и не иная.
Дык вот, сижу я, горным воздухом дышу я.
Всё по феншую мне, всё до феншуя.
