я вижу, как свет делит слитое воедино,
как руки тянутся к теплу привычному,
но отталкивает их собственная беспомощность,
умирая в бесконечном одиночестве ...
две зари встали
с одного ложа ночи,
молча скрепляли
смысл многоточий
и заплакали, затрубили, вывернувшись в поединок
дня, вырываемого из красок одуревшей ночи
все мысли и немыслимые "я", все опухшие очи,
в лунной вуали бесполезной светящейся точки,
где затухала, бледнела змея - утренняя звезда
два рассвета
зеркало озер,
нерв поэта
и в душе костер
стелой устремился в небо,
разрыдались выси свежим снегом
и снежинок вечная манерность
расстелилась словом чистым "верность"
два неповторимые сиянья
осознали крылья мирозданья,
ими что всесильно и здорово
в надвигающийся год черного дракона
