Из цикла РУСЬ, ТЫ БОЛЬ МОЯ!
Зацветёт ли жимолость,
набежит ли мрак –
не промчится мимо нас
прошлое никак,
да и настоящее
мимо не бежит,
сущее и вящее –
тропкой вдоль межи.
Всем, не только избранным,
мытым добела,
Русь красива избами
ранее была;
времена осыпались
дранкой со стены,
откричали выпями
под накат волны.
Смастерит ли плиточник
брекчию-полы,
ряд ли строчек-выточек
обтечёт углы –
каждое деяние
радует глаза
и – за покаяние –
вешняя гроза.
Очищенье совести –
честь, не ритуал;
жизнь из вечных поисков –
это идеал;
эхо отглаголится
тем, что отпоёшь,
будь ты трижды горлицей,
будь ты просто дрожь.
Чернью свет затянется,
закипит ли твердь –
Русь, моя избранница,
в будущее верь!
Зацветёт ли жимолость,
отцветёт ли клён –
явь ты, а не вымысел,
боль моя и стон!
«»»»»»»»»»»»»»»»»»
Из цикла РУСЬ, ТЫ БОЛЬ МОЯ!
Людей без чувства юмора
я не люблю совсем
за комариный зуммер их
в решении проблем –
зудят и ноют, истину
пытаясь паковать
не в семигрань лучистую,
а в скучные слова.
Листаю привередливо
романы и стихи –
надуманные бредни и
созвездья чепухи,
смеюсь вполне язвительно
над философией
сухой и утомительной –
без пользы для людей!
Жизнь, это то, что вижу я,
что пробую на зуб:
подсолнух цвета рыжего
и милой голый пуп,
побоища карьерные,
чиновничий разбой,
тоска рабов-галерников
и грусть икон с мольбой.
Убогие и сирые
(на мой, конечно, взгляд) –
нельзя иронизировать! –
мне часто говорят –
над тем, что болью вылилось
в скрипичную струну,
над тем, что обескрылило
могучую страну!
А мне хоть преисподняя
грозись смолой в котле –
желаю жить сегодня я
и сытым и в тепле,
и хохотать над лекарем
со скальпелем в руке,
зашившим напрочь веки мне
при выходе в пике!
«»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»
