Велик и великодушен русский народ. Много у него братских народов, много и врагов, но есть один бок о бок шедший с нами на протяжении всей Российской истории – это татарский народ. В трудную минуту всегда мы были вместе. Шли на нас войной немцы, шведы, поляки, турки – татары были рядом.
Так было и в 1242 году, когда левонцы вместе со шведами решили покорить Новгородские земли. А навстречу им шел Александр Невский с дружиной, ополчением и татарской конницей. Вел татар тысяцкий Файзула из стана узбеков, сам из бедной семьи доблестью своей добившийся права водить войско, ехал сейчас стремя в стремя с князем руссов. И было с ним 20 соплеменников и две сотни татар с сотниками братьями – Фатихом и Амруллой. На берегу Чудского озера, на холме в редколесье, соорудили кремль из телег – встали лагерем. Выдвинули вперед по центру ополчение, по флангам расположилась дружина. Конница спряталась в прибрежном лесу по сотни слева и справа. А левонцы уже выходили на позицию, закованные в железо, испытанные в битвах воины видели перед собой русичей в холщевых рубашках и штанах, в лаптях с дубинами и пиками, короткими мечами и деревянными щитами. Жалкое зрелище для закованных в броню немцев, разве могли они разглядеть в этой разношерстной толпе серьезного противника. Быстро перестроившись в клин, с ходу пошли они на приступ. Смять, раздавить, разбить на части, рассеять и добить – вот, что планировали немцы. Но русичи не дрогнули. – Сме-е-ерть! – прокатилось по рядам. Сме-е-ерть! – кричали два брата – Ждан и Зван, встречая дубинами закованного в железо крестоносца. – Сме-е-ерть! – это лучники, расположившиеся за ополчением, принялись осыпать стрелами немецкую «свинью». И все-таки левонцы теснили, ломали строй русичей. Из последних сил бился Ждан, левая рука его висела плетью, а из рваной раны на предплечье сочилась кровь. Брат был радом, прикрывая брата. Но они отступали под напором организованного строя. Казалось, еще немного и немцы разрежут оборону. Воины в голове «свиньи» уже видели кремль на холме и князя руссов с развивающимся рядом с ним штандартом. Близящаяся победа придавала сил, а обессиленные русичи падали, истекая кровью.
- Сме-е-ерть! – это фланговые дружины россов пришли в движение. Профессиональные воины бесстрашно и слаженно ударили с боков. – Сме-е-ерть! – это личная дружина князя пошла на помощь ополчению. – Сме-е-ерть! И ливонская «свинья» встала, с трудом сдерживая атаку, и попятилась, пытаясь выровнять строй. Но это было еще не все. Великий магистр Ливонского ордена вялым движением руки послал в бой свой последний резерв. Полсотни отборных рыцарей, личная конница магистра ринулись в бой. Их кони в устрашающих железных масках, с латами на груди и передних ногах казались неуязвимыми. Они могли бы нанести решительный и переломный удар. Могли бы. Но с нами были татары. – Ур-р-рааа! – это сотня Фатиха, выскочив из укрытия и осыпая на ходу стрелами, как конницу, так и пеших воинов-крестоносцев вступила в бой. – Ур-р-рааа! – это сотня Амруллы сходу врубилась в строй немцев, сминая копытами нерасторопных бойцов. Блеснули на солнце кривые татарские сабли и опустились на головы, разрывая вражеские шлемы, кроша вражеские черепа. И дрогнула немчура, попятилась, бросилась бежать. – Ур-р-рааа! – неслось им вслед, это татарская конница преследовала врагов. – Сме-е-ерть! – это русичи мечами и пиками подгоняли ливонцев. И только обессиленный, истекающий кровью Ждан никуда не спешил. Не стесняясь, ронял он слёзы – мертвое тело Звана, сраженное немецкой стрелой, лежало у его ног.
А немцы бежали, не разбирая дороги по подтаявшему льду Чудского озера. Бежали навстречу собственной смерти и грозное татарское ур-р-рааа преследовало их.
27.02.2005
