Темно...
Вокруг темно
и одиноко.
Но одиночество во мгле чуть-чуть нежнее.
Поверьте, не умно...
Морочится?
...витать в прозрачном мареве отсрока,
глядеть на звёзды как в магический кристалл,
и верить...
В идеал?
Нет-нет, куда важнее!
В притворный мир искусств?
Какое там… В руно!
/Пророчица.../
Как будто велено
поверить в золото,
в бездумный ритуал...
/Заставили!/
И вот: судьба — расколота,
и жизнь — без чувств...
А хочется?
А хочется южнее.
Cantabile.
Cantabile, non troppo.
Покорно дышит бюст
сквозь терпкое вино
забытых и просроченных пророчеств.
И мысль — как пакостно-корявая синкопа,
как ложный...
Что в задаче?
В задаче?..
Что...
Судьбой попасть на чистый флажолет.
И пусть...
Решенье есть?
Решенья нет —
задача без «дано».
Всё слишком сложно.
/Сложно... сложно... сложно.../
Допустим, но мораль?
Морали — у Эзопа.
И что же? Зависть?
Месть.
Allegro maestoso e vivace!
Чем дышит человечество без чувств?
Чем дышит поколение без отчеств?!
Без нежности!!!
Уж ладно, чем?
Бог весть...
И всё мне жаль...
/Но как, но как иначе?/
Иначе невозможно.
Мир, собственно, гарем —
гарем невежества
и тёмных одиночеств.
