Кружили огнегривые ветра
над раскаленной юностью планеты.
Кипели недра, твердь рекой текла,
из хаоса рождались самоцветы.
В их твердости — величие веков,
в холодном блеске — огненная ярость.
Кто мы для них? — мельканье мотыльков.
Наш долгий век для них — такая малость...
Но если выбирает самоцвет
меня из всех, пленителен и властен,
шепну ему тихонечко: «Привет!
Ты звал. Я здесь. И наш союз прекрасен!»
