Спецмашина подъехала.
Около девяти закрывают дверные глазки
в тюремные камеры.
До подвала со смертником – двести шагов пути.
Заключенных не видно, не слышно
– на нарах замерли.
И неважно, кого там поставят
лицом к стене –
приговор приведет в исполнение, как положено,
cимпатичный мужчина /обучен всему в Чечне?/,
но в глазах что-то жутко цепляющее,
тревожное.
Он не мстит за напрасно погибших в больной стране,
за кресты, за награды посмертные /в оправдание/,
за страдания тех... недождавшихся матерей...
Просто в странной работе находит свое призвание.
Подготовка –
/стреляет отлично с любой руки/
вдох...
и выдох глубокий,
дыхание замедляется.
Он сегодня здесь ради… а вовсе не вопреки.
Запах страха подвал заполняет,
и это нравится.
Без контрольного выстрела – насмерть.
Опустит ствол…
Попадание точное. Впрочем,
с хорошей практикой...
Он другого себя в той ненужной войне нашел.
...и работу вполне подходящую...
по характеру.
