Адам Загаевский. Ехать во Львов

                          (с польского)

Ехать во Львов. С какого перрона ехать
во Львов, если не во сне, на рассвете,
когда роса на чемоданах и собственно рождаются
экспрессы и торпеды. Вдруг выехать во
Львов, посреди ночи, днем, в сентябре
или в марте. Если Львов существует, под
покровом границ, и не только в моём
новом паспорте, если пропорции деревьев,
ясени и тополя, всё ещё дышат громко,
как индейцы, а ручьи лепечут своим
тёмным эсперанто, а ужи, как знак
мягкий в русском языке, исчезают посреди
трав. Упаковаться и выехать, вообще
без прощаний, в полдень, исчезнуть
так, как теряют сознание панни. И лопухи, зеленая
армия лопухов, а под ними, под зонтами
венецианской кофейни, слизняки беседуют
о вечности. Только кафедра возносится,
помнишь, так вертикально, так вертикально,
как воскресенье и салфетки белые и ведро
полное малины, стоящее на полу и моё
стремление, которого ещё не было,
только сады хвощи и янтарь
черешни и Фредро непристойный.
Было всегда слишком много Львова, никто не мог
понять всех районов, услышать
шёпот каждого камня, спаленного
солнцем, церковь ночью молчала совсем
иначе чем кафедра, иезуиты крестили
растения, листок за листком, а они росли,
росли без памяти, а радость скрывалась
везде, в коридорах и кофейных мельницах,
что сами вращались, в голубых
заварниках и в крахмале, который был первым
формалистом, в каплях дождя и в шипах
роз. Под окном желтел замёрзший первоцвет.
Колокола били и дрожал воздух, корнеты
монахинь, как шхуны плыли под
театром, света было так много, что он вынужден
был бесноваться бесконечно,
публика неистовствовала и отказывалась
покинуть зал. Мои тети ещё
не знали, что их когда-нибудь воскрешу,
и жили так доверчиво и так одиноко,
слуги бежали за свежей сметаной,
чистые и выглаженные, в домах немножко
злости и большая надежда. Бжозовский
приехал на лекции, один из моих
дядек писал поэму под названием «Почему»,
посвящённую Всемогущему, и было слишком много
Львова, он не помещался в посуде,
разрывал стаканы, выливался из
прудов, озер, дымил всеми
каминами, превращался в огонь и бурю,
смеялся молниями, усмирялся,
возвращался домой, читал Новый Завет,
спал на топчане под гуцульским ковром,
было слишком много Львова, а теперь нет
его вовсе, рос стремительно, а ножницы
резали, холодные садовники, как всегда,
в мае, без пощады, без любви,
ах подождите, лишь придёт тёплый
июнь и мягкие папоротники, безграничное
поле лета то есть реальности.
Но ножницы резали, вдоль линии и поперёк
волокна, портные, садовники и цензоры
резали тело и венцы, секаторы неутомимо
работали, как в детской витынанке,
где нужно вырезать лебедя или серну.
Ножнички, ножики и бритвы скоблили,
резали и укорачивали пухлые платья
прелатов и площадей, и каменных домов, деревья
падали беззвучно, как в джунгли,
и кафедра дрожала и прощалось на рассвете
без платков и без слёз, такие сухие
уста, никогда тебя не увижу, столько смерти
ждёт тебя, почему каждый город
должен стать Иерусалимом и каждый
человек Евреем и только теперь в спешке
паковаться, всегда, ежедневно
и ехать безумно, ехать во Львов, ведь
он существует, спокойный и чистый как
персик. Львов есть всюду.


Рецензии
Доброе время суток. Я здесь сразу после прочтения и анализа оригинала данного произведения. И совсем не с лаврами. Прошу послушать.
Перевод у Вас неплохой. Но есть неточности. Поработайте над пунктуацией (польская от русской отличается как-никак). "Пропорции" деревьев Вы как себе представляете? Слово proporzec к большому удивлению переводится совершенно не так. Всё, что угодно, только не "пропорция". Более чем вероятно, автор имел в виду вот это: https://pl.wikipedia.org/wiki/Weksylia то есть, "штандарты". "Кафедру" нужно заменить на "кафедральный собор", ибо это две абсолютно разные вещи, а в русском нет единого слова для понятия польской katedry. "Панни" это вообще коммуна в Италии. Замените на "дамы", если угодно, на "паненки". "Хвощи" недостаточны для перевода слова chwasty, "сорняки" точнее опишут этот концепт. Зачем убили "форзицию"? Тут наблюдается ошибка, обратная "хвощам". Гипонимы и гиперонимы - почему вы их так не любите передавать в стихах? "Корнеты" можете оставить, но лучше не путать читателя и ввести недвусмысленное "головные уборы". "Бесноваться"? Сами подумайте, зачем это делать в театре? Bisować - глагол от слова "бис". "Выходить на бис" - это имел в виду автор. И ничего страшного, что концепт не умещается в одно слово, как это произошло в польском. Не жили тётки одиноко. Критики предлагают версию "каждая сама по себе". (страница 223) Вы когда-нибудь разрывали материал? А стаканы? Вот и я так думаю. "Стаканы лопались". Не дословного перевода не стоит бояться, к слову сказано, "лопал стаканы" не по-русски звучит. Сюрприз! Komin это вовсе не камин, как Вы думали. Это "труба", "дымоход". Заменить! А камин это ognisko, kominek, palenisko. Оставили "тапчан", так оставьте и "килим". За что его ковром-то обзывать? Да и вот досада-то! Тапчан и tapczan всё-таки отличаются (интернет в помощь, обратите внимание на иллюстрации). Пишите "диван". Не ошибётесь. Стоп-стоп. Какие "венцы"? Вы что? "Венки" это. Платья "пухлыми" быть не могут. По крайней мере, в русском языке. Пышные - да. И лучше "убрания", "рясы", а не "платья". Это всё же, священники, а не гомосексуалисты. "Прелатов" можете оставить. Термин исторический. Хотя поляки их "капланами" зовут. "Как в джунглях", имел в виду автор скорее, чем "как в джунгли". Задумайтесь над разницей. Ну вот, кажется, всё.

А для читателей и почитателей совет: выбирайте то, что сами понимаете, чему доверяете и читайте детям. Надеюсь, исправленная версия внесёт больше точности в этот перевод. Хотя оригинал всегда лучше. Переводы теряют в пути много смысла и оформления идеи как таковой, в чём вы только что убедились.

Халтиа Суомалаинен   18.06.2015 17:55     Заявить о нарушении
Здравствуйте! Не могу не поблагодарить за Ваш труд, и за то, что Вы специально для этого зарегистрировались на сайте. Вполне согласен. Немного погодя исправлю.
С уважением,

Александр Медяник 3   19.06.2015 01:39   Заявить о нарушении
На это произведение написаны 2 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.