Злой ветер упрямо тревогу подбрасывал в грудь,
Поднял обезумевших птиц разжиревшие стаи.
Пускай улетают. Пускай поскорей улетают!
По гнёздам пустым, как туман, в тишине побреду.
Неровно дышу... По глотку… Как в тяжелом бреду.
И лужи кривляются, листья сжирая и перья.
Туманом на этом себя не увижу теперь я,
И только под этим... давно… глубоко… где-нибудь.
То - словно настил из сырых ещё тёплых костей
Едва освежёванных чувств и нелепых мгновений.
Всё это покрыло собой без остатка сомнений:
Любовь будет там… Только там… навсегда… и ничьей.
Лечусь по глотку... как-нибудь... по чуть-чуть... каплей в грудь...
И не исцеляюсь вина опостылевшей болью.
Лишь пьяные бесы восторженно пляшут на воле.
И плачет любовь - невозможно под этим заснуть.
Устала любовь, прогибаясь под тяжестью бреда,
На крылья пытаясь примерить намокшие перья.
Лишь в это лекарство я, даже отчаявшись, верю,
В тумане несу я её по размытому следу