До точки сводится закат в абзац,
Знак переноса не имеет правил,
Шуршит под пятками морозный гравий,
Кому там дело до пустой морали?
Есть мир из стен, похлёбка и матрац.
Есть тишина, что давит мимо крыши,
Ещё осадки из пустых основ.
И есть ослы. Ослам не нужно слов,
Как и моих изрытых вдоль стихов,
В которых этот мир на белом вышит.
В котором так невинно полотно,
Нежней и чище снега. Снега - мало,
Чтобы сравнить. Из щёлочки забрала
Я наблюдаю жизнь. Я правлю балом.
Так много стен... Всего одно окно
И то - завешенное плотной шторой,
Пространство, умещённое в ладонь,
В нём штрих-пунктир двоичным кодом вдоль.
Всё непременно обернётся в ноль
И с головы пустой - падёт короной.
А по периметру шагать легко.
Вдоль стен измерить радиус забвенья,
И удивиться своему терпенью.
Крепка ли цепь? Не будет слабых звеньев
На поводке. Белей, чем молоко
Обои мира. Фон для ярких красок,
Чем ниже люди - выше этажи.
Скажи хоть ты - зачем такая жизнь?
Такая жизнь в грязи холодной лжи,
Где правду меряют количеством развязок
В произведении. Будь повесть иль роман -
Ценнее кульминация, чем позы
Героев. Основанье для прогнозов -
Вот и причина написанья прозы.
Я - не писатель! Просто графоман.
Смеясь, я буду жечь свои стихи
И мазать сажей по обоям мира.
Нет, я не выдержу таких надрывов
На фоне белом. И пуста квартира,
И не заходят в гости женихи.
Одним рывком с карниза сдёрну шторки,
В окно пустое ударяясь лбом,
Почувствовав себя вселенским злом
Я мир разрежу надвое стеклом.
А после - просто перекрашу в чёрный.