Милая, не разрушай согласие
между мною, миром и тобой,
мы ещё пристенки не докрасили
и замок не вставили в пробой;
не закрылись от неодолимого,
от обычных и волшебных чар
выращенной комнатною примулой
или скрипом нового ключа.
По сырому легче краской пишется,
в новой книге чистые листы,
я тебе в кириллице за ижицу,
фитою утерянною ты.
Не волнуйся, я готов на разное,
мне бы только вычленить себя
из обыкновенного и праздного,
где сердца непразднично трубят...