на жёстком диске памяти души — четыре ноты, восемь многоточий... июльский резус к августу подшит. билет обратный загодя просрочен. у патефона стёртая игла. она заместо слёз играет шимми. а вместо фонарей горит маглайт. когда высотки не были большими, а только доходили до колен вертящихся тарелок телебашен, — кружились чайки а-ля шевроле, и не расслышать было лав ю раша.
на жёстком диске памяти души — сплетённая авоська, а не аська. и кажется, рогалик накроши — стремглав к порогу прибежит савраска зимы со снегом, звоном бубенцов и столбиками дыма по подворьям. сквозь изморозь мерещится лицо читающего сказ про лукоморье. и хитро щурит глаз на печке кот, как будто вхож за тайные покровы — каким путем уходит старый год, в какой упряжке прилетает новый.
на жёстком диске памяти души — семья большая, стол под абажуром. и голос у поющего дрожит от будущего в кожаной тужурке...