Последний кирасир

                            К середине августа 1920 г. после боев
                  в Северной Таврии, в Лейб-эскадроне
                  осталось в живых  всего 17 кирасир…
                 (Ю.К.Мейер «Записки последнего кирасира»)

Дробили подковы гранитную твердь:
«Не верь кирасирам, лейб-гвардам не верь!
Сейчас-то мы братья, но в миг роковой
От пули закроется всадник тобой».

Летели галопом, стлались наметом
И в пыль оседали у пулеметов...
Или  же в вечность, и в небо, с обрыва… 
Аж разметая созвездия гривой.

Цокали пули по скалам стаккато.   
Каждая пуля искала солдата.
И находила возмездия тенью
Всем обещая и честь, и прощенье.

Каждая пуля искала солдата…
Но кони-то, кони, чем виноваты?
Они, подчиняясь хозяйской узде,
Не ждали медалей, не знали идей.

Кони храпели... Трещали подпруги...
Конь - не слуга! Нет надежнее друга!
Труба полковая играла отбой – 
Он все закрывал кирасира собой!

Может быть в небо – и проще, и выше,
Если взлететь, то, наверное, выжить!
Ведь там не стреляют, покой, благодать…
Но юный корнет не умеет летать…

Сбиты подковы. Пробита кираса.
Сломаны белые крылья Пегаса…
А юный корнет, пока взгляд не угас,
Молился и плакал: «Прости, мне, Пегас…!»

«Дружба – за дружбу!» Награды нет выше!
Эти слова на граните бы высечь!

Стаккато - муз.  О звуках: отрывисто, отдельно друг от друга


Рецензии