Джон Мильтон. Потерянный рай. Книга V

John Milton. Paradise Lost. Book V
© John Milton, 1667
© William Blake, иллюстрация, 1808
© Александр Андреев, перевод, 2014

*

Содержание

Приближается утро, и Ева рассказывает Адаму свой тревожный сон; сон ему не
нравится, но он её утешает; они приступают к повседневным делам; их утренний
гимн у дверей жилища. Бог, желая лишить Человека каких бы то ни было
оправданий, посылает Рафаила напомнить ему о послушании, о его свободе, о
близком враге - кто он, и почему враг, - и обо всём прочем, что Адам захочет
узнать. Рафаил спускается в Райский сад; описывается, как он выглядит. Адам
замечает его издалека, сидя на пороге жилища; идёт его встретить, ведёт в
свою хижину, угощает отборными фруктами Райского сада, собранными Евой. Их
разговор за столом: Рафаил передаёт послание, сообщает Адаму о его свободной
воле и о его враге; по просьбе Адама рассказывает, кто его враг и как он стал
таковым, начиная с его первого восстания в Раю и тогдашних событий: как он
повёл за собой легионы на север, и там склонил их восстать вместе с ним,
убедив всех, кроме серафима Авдиила, который в споре возражает и противится
ему, а затем его покидает.

Розовым светом западные склоны
Покрыло утро, жемчуг взяв с востока.
Адам привычно встал; ведь сон его
Воздушно-лёгок от чистейшей пищи,
Умеренных паров: лишь звуки листьев [ 5 ]
И бурные ручьи, веер Авроры,
Его встревожат, или ранний крик
Птиц на ветвях. Вот он и удивился,
Увидев непроснувшуюся Еву:
Волосы спутаны, щёки горят, [ 10 ]
Как от тревожных снов. Он рядом с ней
Склонился на колено и глядел,
И наслаждался красотою милой,
Которая во сне ли, наяву ль
Смотрела странно; голосом мягчайшим, [ 15 ]
Чем тот, которым Флоре пел Зефир,
Коснувшись щёк её, шепнул: "Проснись,
Красавица, супруга, моё счастье,
Чудесный дар небес, отрада взгляда!
Проснись! сияет утро, и поля [ 20 ]
Зовут; рассвет пропустим, не увидим,
Как зелень буйствует, растёт лимон,
Что мирра или бальзамин роняют,
Как красит всё природа, как пчела
Садится на цветок с нектаром сладким". [ 25 ]

От шёпота проснувшись и увидев
Адама, Ева обняла его.

"О, ты, одна отрада моих мыслей,
О, слава, совершенство! рада видеть
Лицо твоё и утро; этой ночью [ 30 ]
(Такая ночь впервые) снилось мне -
Если спала я - не ты, как обычно,
Не старые труды, не планы новых:
Проступок и беда, каких мой мозг
Не знал доныне. Мне казалось, кто-то [ 35 ]
Над самым ухом звал меня гулять
Приятным голосом; думала, ты:
"Зачем ты, Ева, спишь в такое время?
Прохладно, тихо, если не считать
Ночной пичуги, что поёт любви [ 40 ]
Сладкие песни; полная луна
На небе правит и приятным светом
Подчёркивает тени лиц - всё зря,
Если не смотришь. Рай во все глаза
Ищет - кого же, если не тебя, [ 45 ]
Природы радость, в чьих очах всё - счастье,
Привлечено твоею красотой?"
Я встала, но тебя нигде не видно;
И я тогда пошла тебя искать
И, кажется, задумавшись, зашла, [ 50 ]
Сама не ожидая, к древу Знанья
Запретного. Оно казалось милым,
Куда милее для меня, чем днём.
Вот я смотрела, а под ним стоял
Кто-то крылатый, словно те из Рая, [ 55 ]
Кого частенько видим; кудри пахли
Амброзией. И он глядел на древо.
"О, древо милое, - сказал, - плодами
Нагружено, а их никто не ест -
Ни Бог, ни Человек. Презренно знанье? [ 60 ]
Мешает зависть, или что другое?
Кто запретит, кто смеет мне не дать
Добро, да и зачем тогда оно?"
Сказав, он вмиг решительной рукой
Сорвал и съел. Я вся похолодела [ 65 ]
От дерзких слов и дерзкого поступка.
А он в восторге: "Фрукт как божество!
Ты сладок сам, но сорванным ты слаще;
Ты запрещён, ты только для богов,
Но можешь и людей богами сделать! [ 70 ]
А почему бы нет? они ведь лучше
Всё будут понимать, богаче станут -
Создателю хвала, а не позор.
О, ангельское, милое созданье,
Отведай, Ева: счастлива ты, но [ 75 ]
Счастливей можешь стать, и ты достойна.
Отведай, и среди богов ты станешь
Богиней; не к земле приговорённой,
Но в воздухе порой, как мы; порой
Достоинство тебя поднимет в небо, [ 80 ]
Богов увидишь, так же будешь жить".
Сказав, он подошёл и протянул
К моим губам часть сорванного фрукта:
Приятный вкусный запах так разжёг
Мне аппетит, что поневоле я [ 85 ]
Отведала. И сразу к облакам
Взлетела с ним, увидела внизу
Простёршуюся Землю - вид широкий
И разный; и полёт, и возвышенье
Меня так восхитили, но внезапно [ 90 ]
Мой гид исчез, а я упала вниз
И вновь заснула; как же рада я
От сна очнуться!" Так сказала Ева
О странной ночи. И Адам в печали:

"Мой лучший образ, дорогая часть! [ 95 ]
Твой тяжкий сон сегодняшнею ночью
Тревожит и меня; мне не по нраву
Сон непривычный, он, боюсь, от зла;
Но зло откуда? от тебя - не верю:
Ты чистой рождена. Но знай - в душе [ 100 ]
Так много мелких черт, что служат главной -
Разуму. Где-то близко среди них
Фантазия: она из всех вещей,
Которые пять чувств нам преподносят,
Лепит мираж, воздушные фигуры, [ 105 ]
А разум их то разобьёт, то склеит,
Заключит в рамку и на суд представит
Нашему мненью, чтобы тут же скрыться
В келье, пока природа отдыхает.
Чуть он за дверь, фантазию уж тянет [ 110 ]
К его делам; но, грубо подражая,
Она во сне творит подчас кошмары,
Не схожие ни с древним, ни с недавним.
И в сне твоём я вижу сходство с тем,
Что вечером вчера мы обсуждали, [ 115 ]
Но с добавленьем странным. Не печалься:
Зло может посещать ум человека
И Бога без вреда, не оставляя
Пятна позора; вот я и надеюсь,
Что сделанное в сне там и осталось, [ 120 ]
Что так ты не поступишь наяву.
Так не грусти, не омрачай свой взор:
Он может быть и веселей, и ярче,
Чем утреннего солнышка лучи;
Давай же подниматься - заждались нас [ 125 ]
Источники, деревья и цветы:
Тебе одной от ночи сберегли
Они изысканные ароматы".

Так утешал её он; а она,
Утешившись, роняла всё же слёзы [ 130 ]
Из глаз, и волосами утирала;
Две драгоценных капли, что остались
В глазах хрустальных, он, не дав упасть,
Остановил нежнейшим поцелуем,
Боящимся обидеть невзначай. [ 135 ]

Всё прояснив, они пошли в поля.
Но прежде, из-под тени мощных крон
Едва явившись на открытом месте,
Где только что поднявшееся солнце,
Край колеса купая в океане, [ 140 ]
Пускало низко влажные лучи,
Враз освещая во всю ширь восток
Эдема и счастливые равнины, -
В восторге преклонившись, завели
Свои хвалы, что по утрам дарили [ 145 ]
По-разному; но ведь ни разность слов,
Ни святость их хвалить не вынуждали
Создателя столь громогласно, петь
Столь непосредственно; такая лёгкость
С их губ срывалась, прозой или гибким [ 150 ]
Стихом, которым лютня или арфа
Давали сладость; начинали так:

"Славны твои труды, добра родитель,
О, Всемогущий! Этот мир чудесен,
В нём всё чудесно: сколь чудесен ты! [ 155 ]
Невыразимо! ты сидишь над небом,
Невидимый для нас иль чуть заметный
В делах мельчайших; но и в них видны
Божественная доброта и мощь.
Вы лучше всех скажите, дети света, [ 160 ]
Ангелы - вы же рядом с ним, и песней,
Симфонией хоральной неусыпно
Его трон окружаете в Раю;
Земные твари, славьте его первым,
Последним, посредине, без конца. [ 165 ]
О, звёзды яркие на сходе ночи,
Уж если вы не часть рассвета или
Дня, увенчавшего улыбку утра
Яркой короной, славьте в вашей сфере
Его, когда настанет ясный час. [ 170 ]
Глаз и душа большого мира, солнце,
Признай, что выше он; хвали его
На всём своём пути - когда встаёшь,
Когда в зените и когда садишься.
Луна, столь близкая с восточным солнцем [ 175 ]
И звёздами, застывшими на тверди;
И пять огней блуждающих, что пляшут
Волшебный танец с песней, - восхвалите
Того, кто создал свет из темноты.
Воздух и вы, исконные стихии, [ 180 ]
Природы дети, чья четвёрка водит
Свой хоровод, богатством форм питая
Всё сущее, пусть ваши перемены
Творца всего по-новому прославят.
Туманы, испаренья, что восходят, [ 185 ]
Неясны, серы, от озёр и гор,
Пока вас солнце не окрасит златом,
Чтоб подчеркнуть Создателя величье;
Сливаясь с облаками в сером небе
Или орошая жаждущую землю, [ 190 ]
Всходя иль падая, его хвалите.
Хвалите, ветры с четырёх сторон,
Его своим дыханьем; славьте, сосны
И все растения, клонясь под ветром.
Ключи, журчащие истоком вод, [ 195 ]
Мелодией журчащей его славьте.
Сливайте голоса, живые души;
Вы, птицы, поднимаясь с пеньем к Раю,
На крыльях возносите похвалу.
Вы, что в воде плывёте, что идёте [ 200 ]
Величественно, что едва ползёте,
Свидетельствуйте вечно, если смолкну,
Горе, долине, тени и истоку,
Песни моей несите похвалу.
Славься, Владыка мира! Нам неси, [ 205 ]
Как прежде, лишь добро; и если ночью
Зло соберётся, разгони его,
Как ныне свет твой разгоняет тьму".

И так, благодаря мольбе невинной,
Мир и покой в их мысли возвращались. [ 210 ]
Их ожидал тем утром сельский труд
Среди цветов росистых, где ряды
Лесных деревьев простирали ветви
Так далеко ради объятий рук
Бесплодных; и вели они лозу [ 215 ]
На свадьбу с вязом, чтобы обвивала
Руками женскими, неся с собой
Гроздья в приданое, и украшала
Голые листья. Тут их пожалел
Небесный царь и подозвал к себе [ 220 ]
Общительного духа - Рафаила,
Что Тобиасу помогал жениться
На деве, что жената лишь семь раз.

Сказал: "Ты слышишь, Рафаил, как землю
Из Ада убежавший Сатана [ 225 ]
Встревожил райским шумом, как нарушил
Покой людей; он хочет через них
Всё человечество разрушить разом.
Иди же; и сегодня же, как друг,
Поговори с Адамом, коль в укрытье [ 230 ]
Найдёшь его сбежавшим от жары,
Чтоб от трудов передохнуть, поесть;
И говорить с ним постарайся так,
Чтоб он природу счастья мог понять:
Он волен счастия желать, желанья - [ 235 ]
В его же воле, воля есть желанье,
Но переменчива. Не дай ему
Предаться беззаботности: скажи,
Угроза есть; скажи, откуда: враг,
Из Рая павший, ныне замышляет [ 240 ]
Падение других из их блаженства.
Насильем? нет: ему дадут отпор;
Но хитростью и ложью. Упреди,
Если поддался он и примет вид
Застигнутый врасплох и неготовый". [ 245 ]

Так справедливо вечный наш Отец
Сказал. Крылатый вестник ждать не стал,
Заданье получив: из середины
Толпы небесных духов он, расправив
Прекраснейшие крылья, воспарил [ 250 ]
И полетел сквозь Рай; ангелов хоры
Все расступились, чтобы дать дорогу
По райскому пути; когда ж к воротам
Рая он подлетел, те распахнулись,
На петлях повернувшись золотых, [ 255 ]
Как высший Архитектор и задумал.
Отсюда, где ни облачко, ни звёзды
Не заслоняют взор его, он видит
С сияющими схожую шарами
Землю, и Божий сад, и кроны кедров, [ 260 ]
Что выше гор: как ночью Галилей
В своё стекло с сомненьем наблюдал
Неведомые области Луны;
Или как штурман посреди Киклад
Вдруг замечает Делос или Самос [ 265 ]
Пятном неясным. Он летит всё ниже,
Быстрее, и в огромных небесах
Плывёт среди миров, его крыла
Уже в ветрах полярных; резким взмахом
Он мягкий воздух рвёт, среди орлов [ 270 ]
Парящих кажется единственным
Фениксом, к изумленью всех вокруг
В египетские Фивы устремлённым,
Чтоб в храме Солнца схоронить останки.
В Райском саду он на скале восточной [ 275 ]
Садится, тут же снова обернувшись
Крылатым серафимом. Крыльев - шесть,
Божественный наряд: пара свисает
С широких плеч на грудь и украшает
Царским орнаментом; средняя пара [ 280 ]
Как звёздный пояс, окружает бёдра,
Спускаясь на колени золотым
Тисненьем райским; третья его ноги
До самых пяток перьями скрывает
Небесной выделки. Как Майи сын, [ 285 ]
Стоял он, и от перьев исходил
Небесный запах. Вмиг его признали
Ангелы-стражи, караул почётный
Построив для него и для посланья,
Решив, что он несёт посланье свыше. [ 290 ]
Идёт он сквозь блестящие шатры
В блаженные поля по рощам мирры,
Запахам кассий, нарда и бальзама,
По дикой сладости: природа там
Столь буйно расцвела, вовсю играя [ 295 ]
Фантазией невинной, сладкой, мощной,
Благословеньем большим, чем искусство.
Его, идущего сквозь пряный лес,
Адам заметил, сидя у двери
Прохладного жилища; солнце сверху [ 300 ]
Лучами вертикально прогревало
Земли утробу: для Адама - слишком;
А Ева там готовила внутри
На ужин фрукты: вкус вознаграждал
Их аппетит, а жажду утоляли [ 305 ]
Глотки нектара из молочных струй,
Ягоды, виноград. Адам позвал:

"Гляди-ка, Ева, видишь: на востоке
Среди деревьев славный силуэт
К нам движется; как будто среди дня - [ 310 ]
Новое утро. Может, он несёт
Из Рая весть и хочет погостить
У нас сегодня. Так что поспеши,
И всё, что есть, неси и наливай
Побольше, чтоб с достоинством принять [ 315 ]
Райского гостя; можем мы нести
Дары дарителям, из львиной доли
Дать долю львиную: растёт природа
Обильней, плодородней, отдавая;
И это учит нас не экономить". [ 320 ]

Ева ему: "Адам, земли запасы,
Богом даны, нам служат круглый год
Для пропитания: срывай и ешь;
А если что-то от храненья стало
Излишне твёрдым, то вбирает влагу. [ 325 ]
Но я потороплюсь, и с каждой ветки
Отборнейших плодов я наберу,
Чтоб убедился ангельский наш гость,
Что Землю наградил Бог изобильем
Не меньшим, чем в родном его Раю". [ 330 ]

Сказав, она задумчиво глядит
Вокруг, гостеприимно выбирая,
Что взять, чтоб получился лучший вкус,
Как сочетать всё так, чтоб не смешать
Несовместимое, но подчеркнуть [ 335 ]
Оттенки вкусов тонкой переменой;
Затем, решившись, с каждого ростка,
Что мать-Земля так щедро производит
В Индии и Вест-Индии, в понтийских,
Пунических краях и в Алкиноя [ 340 ]
Владениях, разнообразных фруктов -
То в кожице, то в шкурке, в скорлупе -
Берёт повсюду и на стол бросает
Щедрой рукой. В питьё - из винограда
Сок выжимает, лёгкий мёд и морс [ 345 ]
Из ягод, добывает нежный крем
Из сладких ядрышек, чтоб наполнялись
Её сосуды; украшает землю
Розами с ароматнейших кустов.
Тем временем наш предок, чтобы встретить [ 350 ]
Божественного гостя, держит путь
К нему, и с ним - одно лишь совершенство;
Достоинство всё было в нём самом -
Красноречивей помпы, что встречает
Князей, когда несутся кавалькады [ 355 ]
Из лошадей и грумов в позолоте
И поднимают на уши толпу.
Приблизившись, Адам, хоть не робея,
Но из покорности и уваженья,
Как перед высшим, низко поклонившись, [ 360 ]
Сказал: "В Раю рождённый (никакое
Другое место славу не рождает)!
Раз ты спустился к нам от райских тронов
И счёл наши счастливые места
Желанными, и нас почтил, побудь [ 365 ]
В гостях у нас двоих, кому дана
Эта земля в подарок, отдохни
В тенистой хижине, плодов отведай
Изысканных из сада: переждём
Полдневный жар, пусть станет попрохладней". [ 370 ]

И ангел мягко отвечал ему:
"Адам, вот я пришёл. Ты создан так,
И это место таково, что могут
Довольно часто посещать тебя
Райские духи. Так веди же в тень, [ 375 ]
В своё жилище: до заката я
Свободен". И пошли они в лесную
Обитель, как Помонины деревья,
Наряженную цветом, в ароматах;
А Ева, чей наряд - она сама, [ 380 ]
Краше и нимф лесных, и трёх богинь,
Стоявших обнажёнными на Иде,
Ждала райского гостя; без покровов,
Но добродетель не пускала к ней
Дурные мысли. Ангел же её [ 385 ]
Приветствовал, как через много лет
Вторую Еву привечал - Марию:

"О, матерь человечества, чьё чрево
Наполнит мир детьми обильней, чем
Наполнили плодами этот стол [ 390 ]
Деревья Бога!" Стол их поднимался
В густой траве, а мох служил сиденьем,
И до краёв наполнила весь стол
Златая осень, и весна с ней шла
Рука в руке. Чуток поговорили, [ 395 ]
Ведь ужин не остынет; и наш предок
Так начал: "О небесный незнакомец,
Отведай тех даров, что наш Кормилец,
Безмерно одаряющий нас всем,
Для нашего питанья и услады [ 400 ]
Земле велел отдать; для райских духов,
Возможно, несъедобно; но я знаю:
Отец небесный помнит обо всех".

Ангел: "А значит, то, что он даёт
(Вовеки славен) человеку для [ 405 ]
Духовных сил, прекрасно подойдёт
Тончайшим духам: этим существам
Питанье нужно так же, как и вам,
Материальным; все в себе несут
Простые чувства: ими слышат, видят, [ 410 ]
Вкушают, нюхают и осязают,
В себя включают то, что обрели,
И плоть в бесплотное преображают.
Всё созданное требует еды,
Поддержки; грубый элемент питает [ 415 ]
Все тонкие: Земля питает Море,
Земля и Море - Воздух, Воздух - все
Огни небесные, с Луны начав;
И пятна на лице её - лишь пар,
Ещё не превращённый в вещество. [ 420 ]
Да и Луна послать не замедляет
Питание своё для высших сфер.
Светящее всем Солнце получает
От всех питательные испаренья
И вечером садится с Океаном [ 425 ]
За ужин; пусть в Раю несут деревья
Фрукты с амброзией, текут нектаром,
Пусть с каждой ветки утром там стряхнёшь
Росу - и на траве находишь жемчуг;
Но Бог здесь так разнообразил все [ 430 ]
Свои дары, что вспоминаешь Рай -
Так всё похоже; так что я отведать
Не против". И тогда они уселись
За блюда; ангел ел не напоказ
И не в тумане, как толкуют все [ 435 ]
Теологи, но настоящий голод
Показывал, стремленье запастись
Энергией: всё съеденное в духе
Пресуществляется, уж раз огнём
Алхимики способны превращать [ 440 ]
(Или твердят, что могут) все простые
Металлы в золотые самородки
Из рудника. А Ева за столом
Служила обнажённой, наполняя
Ликёром вазы; о, её невинность [ 445 ]
Достойна Рая! в тот миг дети Бога
Вполне простительно могли влюбиться
С первого взгляда; только в их сердцах
Любовь жила без похоти, без ада,
Каким для любящих бывает ревность. [ 450 ]

Когда покончили с питьём и пищей,
Для тела не тяжёлыми, Адаму
Пришло на ум: не упустить момент,
Великой встречей данный, разузнать
О том, что выше, и о существе, [ 455 ]
В Раю живущем, чьи достоинства
Столь превосходны, формы столь лучисты
Божественным сияньем, и чья мощь
Так превосходит человечью; вот
Как обратился он к посланцу Неба: [ 460 ]

"Живущий с Богом, знаю я теперь,
Что оказал ты милость человеку;
Под крышу низкую к нему войдя,
Отведав тут земных обычных фруктов:
Не ангельская пища, но ты принял [ 465 ]
Охотно то, что на пирах в Раю
Не подают: и как же их сравнить?"

Крылатый иерарх ему ответил:
"Адам, ведь Бог один: и от него
Всё происходит, и к нему идёт, [ 470 ]
Если не сбито с верного пути;
Всё идеальным создано: одна
Материя, пусть в разных формах, с разной
Весомостью и разной силой жизни;
И тоньше, чище и духовней те, [ 475 ]
Кто рядом с ним расположился, или
Кто действует в одной из ближних сфер,
И тело истончается до духа
В границах каждого. Так от корней
Зелёный ствол растёт полегче, листья [ 480 ]
Воздушней, совершеннейший цветок
Благоухает; и цветок, и плод,
Питая человека, истончаясь,
Идут и к духу, и к животным силам,
И к разуму; дают и жизнь, и смысл, [ 485 ]
Фантазию и пониманье: к душам
Приходит разум, он и есть их суть
В словах и в интуиции: слова
Обычно ваши, наше - остальное:
По уровню различны, суть одна. [ 490 ]
Так не дивись, что Божий дар тебе
Я не отверг, преобразив, как ты,
Его в материю. Придёт день - люди
Станут как ангелы, для них не будет
Еды неподходящей или лёгкой, [ 495 ]
И от телесной пищи, может быть,
Ваши тела все превратятся в дух,
Со временем улучшатся, и крылья
Приобретут, как мы, и смогут жить
Где захотят - и здесь, и в небесах; [ 500 ]
Если послушны будете, и крепко
Удержите огромную любовь
Того, чей род вы. Так что наслаждайтесь
Своим достатком и тем счастьем, что
Способны осознать; другое тщетно". [ 505 ]

На это патриарх людей сказал:
"О добрый дух, о благосклонный гость,
Как хорошо ты показал нам путь
Познания, и дал масштаб природы
От центра до окружности, где мы, [ 510 ]
Раздумывая о творенье, можем
Подняться к Богу. Но скажи, что значит
Предупреждение - "если послушны
Будете"? Как послушными не быть,
Как потерять любовь свою к тому, [ 515 ]
Кто поднял нас из праха, поселив
Здесь и блаженство подарив, какое
Сам человек не мог бы и представить?"

На это ангел: "Сын Земли и Неба,
Послушай! Счастьем ты обязан Богу; [ 520 ]
Но продолженьем счастья - лишь себе
И послушанью своему; держись.
Предупреждён ты; слушайся совета.
Ты совершенен, но не неизменен;
Ты создан добрым, но преуспеванье [ 525 ]
В твоих руках, Бог создал твою волю
Свободной, не слабее, чем судьба
И даже жёсткая необходимость.
Он требует лишь добровольной службы,
Не обязательной: такая в нём [ 530 ]
Не встретит одобренья; разве можно
Понять, свободно ли движенье сердца,
Если решает за него судьба,
А не само оно свободно выбрать?
И я, и войско ангельское, что [ 535 ]
Стоит у трона Бога, - как и ты,
Мы счастливы, пока ему послушны.
Одно незыблемо: свободно служим,
Ибо свободно любим; в нашей воле
Любить иль не любить, хоть стой, хоть падай; [ 540 ]
И кто-то пал, ослушавшись, из Рая
В глубины Ада. О, кошмар паденья
С высот блаженства в горестную бездну!"

Великий предок наш: "Твои слова,
Божественный инструктор, я ловлю [ 545 ]
Внимательно и с большим наслажденьем,
Чем песни херувимов, что в ночи
Слышны с холмов окрестных. Я не знал,
Что нам дана свобода дел и воли;
А то, что мы должны всегда любить [ 550 ]
Создателя, блюсти его завет
Единственный, мне кажется разумным
По-прежнему. Но то, что, как сказал ты,
В Раю стряслось, вселяет и сомненья,
И главное - желанье прояснить, [ 555 ]
Коль ты не против, весь тот странный случай,
Достойный, чтобы слушать в тишине;
У нас есть целый день, ведь солнце только
Дошло до середины, и ему
Осталось полпути в огромном небе". [ 560 ]

Так попросил Адам, и Рафаил,
Чуть-чуть подумав, начал говорить.

"Задачку ты мне задал, Человек,
Тяжёлую и грустную; как сделать
Понятными людскому разуменью [ 565 ]
Боренья духов? как без сожаленья
Вспомнить паденье многих, столь прекрасных,
Пока стояли? или как открыть
Тайны другого мира, что, возможно,
Не для огласки? Но тебе на благо [ 570 ]
Этот рассказ; и то, что человеку
Доступно, я охотно расскажу,
Духовное представив материальным,
Чтоб лучше объяснить; но вдруг Земля -
Лишь тень Небес, и вещи там и тут [ 575 ]
Похожи больше, чем привыкли думать?

Когда Мир не возник ещё, и Хаос
Царил там, где и Небо, и Земля
Сейчас покоятся, в один из дней
(Ведь время даже в вечности течёт [ 580 ]
И измеряет всё, что длится в прошлом,
В текущем и в грядущем), в славный день
Большого года в Небесах весь сонм
Небесных ангелов по зову свыше,
Бесчисленный, со всех концов Небес [ 585 ]
К трону Всевышнего явился в строгом
Порядке и с вождями во главе.
Сто тысяч тысяч поднятых штандартов,
Хоругвей, флагов от фронта до тыла
Под ветром реют, чтобы различать [ 590 ]
Все степени, отличия и ранги;
А кое-где полотнища несут
Святые знаки, отраженье дней
Любви и рвенья. И когда они
Построились необозримым кругом, [ 595]
Друг друга заслоняя, наш предвечный
Отец, с кем рядом Сын сидел во славе,
Как из горы пылающей с вершиной
Невыносимо яркой, произнёс:

"Слушайте, ангелы, о, дети Света, [ 600 ]
Престолы, силы, власти и начала,
Вот мой указ отныне и навеки!
Сегодня я родил и возвещаю
Единственного сына - вот он, справа, -
И на святой горе я перед вами [ 605 ]
Его помазал. Он - глава над вами,
Клянусь собой; и перед ним в Раю
Склонятся все, и богом назовут.
Объединитесь под его правленьем
В одну большую целостную душу, [ 610 ]
Счастливую вовек. Ослушавшийся
Предаст меня, союз нарушит и
Тотчас же будет изгнан прочь от Бога
В сплошную бездны тьму, и эта ссылка
Без искупленья будет, без конца". [ 615 ]

Казалось, Всемогущего словам
Все рады; только кто-то - лишь для вида.
В тот день, как и в другие, все плясали
И пели на священной той горе -
Танец мистический, больше всего [ 620 ]
Напоминавший сферу на колёсах
Планет и звёзд; эксцентриков движенья,
Запутанные, были равномерны
Там, где неравномерными казались;
И в них сама гармония так нежно [ 625 ]
Смягчала тон свой, что Господни уши
Ей наслаждались. Приближался вечер
(У нас и вечер есть, и утро, только
Как удовольствие, а не потребность),
И после танца к трапезе приятной [ 630 ]
Все перешли; кругами, как стояли,
Столы возникли, ангельской едой
Наполнившись внезапно, и нектар
Потёк в рубины, в золото и в жемчуг -
Чудесное вино с райской лозы. [ 635 ]
Лёжа в цветах, в веночках из цветов,
Едят и пьют, и делят сообща
Бессмертие и радость - без излишеств,
Хоть изобилье там близко к избытку,
Перед Царём небесным, что даёт [ 640 ]
Горстями полными и делит радость.
Вот ночь душистая - чьи облака
С божьей горы, что дарит свет и тень -
Сменила неба яркое лицо
На нежный сумрак (ночь там не несёт [ 645 ]
Вуаль темнее), сонная роса
Склонила в сон глаза всех, кроме Бога,
По всей долине, шире, чем по круглой
Земле на распростёршихся полях
(Таков двор Бога); ангелов ряды, [ 650 ]
Разбившись, там устроили привал
По берегам, среди деревьев жизни -
Бесчисленные павильоны, строй
Шатров небесных, где все мирно спали
Под свежим бризом - кроме тех, кто пел [ 655 ]
Всю ночь мелодии прекрасных гимнов
У трона Бога. Но и Сатана
(Теперь он так зовётся - его имя
В Раю забыто) не дремал; из первых,
Если не первый некогда Архангел, [ 660 ]
Могучий и возвышенный, поддался
Зависти к сыну Бога (что в тот день
Помазан был отцом, провозглашён
Мессией), ощутил укол гордыни,
Почувствовал приниженным себя. [ 665 ]
Тогда, отдавшись злобе и презренью,
Как только полночь опустила тьму
Для сна и тишины, решился он
Собрать свои войска, уйти подальше,
Не подчинившись, Трону изменить [ 670 ]
Высокомерно; и соратнику
Ближайшему шепнул он, разбудив:

"Ты спишь, друг дорогой? как может сон
Глаза твои закрыть? помнишь, вчера
Новый указ нам огласили губы [ 675 ]
Владыки Рая? мысли доверял
Тебе свои я, а ты мне свои;
Мы просыпались вместе; как же можешь
Отдельно спать? вот новые законы;
Законы могут вызывать вопросы [ 680 ]
У тех, кто служит, и дебаты могут
К сомненьям привести. Нам в этом месте
Уже не безопасно. Собери же,
Как вождь, все мириады наших войск;
Скажи, что по команде, пока ночь [ 685 ]
Не снимет полог, я потороплюсь,
И верные пусть развернут знамёна:
Летучим маршем мы уйдём в свои
Владения на север, подготовим
Приём достойный нашему Царю, [ 690 ]
Великому Мессии, и команде,
Что хочет быстро проскочить в царьки
И издавать уже свои законы".

Лживый архангел этими словами
Вселил дурное в неокрепший дух [ 695 ]
Соратника; тот тут же созывает
Силы и власти, по одной и скопом,
Ему подвластные, и повторяет им,
Что по команде свыше этой ночью,
Пока ночь с Рая не сняла покров, [ 700 ]
Штандарт вождя поднимется в поход;
Всем сообщает повод, и гремит
Словами ревности, чтоб раздразнить
И пробудить разлад; все подчинились
Сигналу от начальства, этот голос [ 705 ]
Высшим сочтя: столь славным было имя,
И ранг его в Раю был так высок:
Его обличье утренней звезды,
Ведущей звёзды, их смутило: треть
Сил Рая он увлёк своею ложью. [ 710 ]
А в это время Вечный Глаз, чей взор
Видит все мысли тайные: с горы ли
Святой, из золотых ли ламп, горящих
Всю ночь, - он и без света разглядел
Мятеж: кто поднимал, и кто склонился [ 715 ]
Из сыновей зари, какие массы
Готовы воспрепятствовать указу;
И, улыбнувшись, сыну так сказал:

"О сын, в котором блещет моя слава,
Могущества наследник моего, [ 720 ]
Теперь пришла пора нам подтвердить
Всю нашу мощь, решить, каким оружьем
Нам защитить то, что зовём издревле
Империей, божественностью: враг
Встаёт неслабый, хочет трон воздвигнуть, [ 725 ]
Нашему равный, в северных просторах;
И более того, решил в бою
Оспорить нашу мощь и наше право.
Давай держать совет, и срочно звать
На помощь все оставшиеся силы, [ 730 ]
Чтоб по беспечности не потерять
Святилище, вершину нашу, гору".

На это сын в божественном сиянье
Спокойно и на диво безмятежно
Ответил: "Верно ты, отец, смеёшься [ 735 ]
Над нашими врагами, безопасно
Высмеиваешь тщетность их затей:
Мне - дело чести, и меня украсит
Их ненависть к той власти, что ты дал мне
Назло им; вот теперь смогу узнать, [ 740 ]
Способен ли я усмирить мятеж -
Или и вправду худший я в Раю".

Так Сын сказал; но Сатана изрядно
Продвинулся с крылатыми войсками
Бесчисленными, словно звёзды ночью [ 745 ]
И утренние звёзды - та роса,
Что солнце шлёт листочкам и цветам.
Они прошли громадные пространства
Господств, и серафимов, и престолов
В трёх иерархиях - от тех владений [ 750 ]
Твои, Адам, не больше доли малой,
Как этот сад - от всей земли и моря,
Огромного всего земного шара,
Растянутого в долготу; пройдя,
Они в пределы севера вошли, [ 755 ]
И Сатана воссел на царский трон свой,
Высокий и манящий, как гора
На гору: пирамиды, башни из
Алмазов ярких, в скалах золотых -
Дворец владыки Люцифера (так [ 760 ]
Зовут постройку на людском наречье);
То место вскоре он, во всём пытаясь
О равенстве с Всевышним заявлять,
Горе той подражая, где Мессия
Провозглашён был на глазах всего [ 765 ]
Рая, Горой собрания назвал.
И тут собрал он всю свою команду,
Чтоб якобы совет держать совместно
О том, как лучше принимать Царя,
Что скоро ожидается, и лживой [ 770 ]
Коварной клеветой пленил их уши.

"Престолы, власти, силы и господства,
Если все ваши громкие чины -
Не просто звук: ведь нынешним указом
Другой себе заполучил всю власть [ 775 ]
И нас затмил от имени царя
Помазанного; для него вся спешка
Ночного марша, спешка этой встречи:
Посовещаться, как бы нам получше
Принять его и почести воздать [ 780 ]
К его приходу: неоплатный долг
Оплатим, на коленях распростёршись!
Как много одному! но вот их двое -
Он и недавно освящённый образ.
Но, может, здесь найдётся хитрый ум [ 785 ]
И нас научит, как ярмо нам сбросить?
Подставите ли шеи и согнёте
Покорные колени? нет, коль вас
Я знаю, и вы знаете себя,
Вы, дети Рая, не покорены [ 790 ]
Никем, пусть не равны, зато свободны,
Равно свободны; иерархии
Свободе не мешают - помогают.
Так кто же примет, в здравом-то уме,
Монархию над теми, кто по праву [ 795 ]
Равны - пусть уступая мощью, блеском, -
Равны свободой? может ли он дать
Законы нам - тем, кто и без законов
Не ошибается? быть нам владыкой,
Ждать поклоненья, попирая наши [ 800 ]
Высшие титулы, что нам даны,
Чтоб мы рулили, а не подчинялись?"

Он смелой речью завладел вниманьем
Собравшихся, но тут из серафимов
Авдиил, бесподобный в поклоненье [ 805 ]
Богу и в исполнении приказов,
Встал и, огнём божественного рвенья
От ярости сгорая, дал отпор:

"Гордыню слышу, ложь и богохульство!
Слова, совсем нежданные в Раю; [ 810 ]
Особо от тебя, неблагодарный,
Ведь выше ты соратников своих!
Неужто ты предашь столь нечестиво
Божий указ, которым он велел,
Чтобы его единственному сыну [ 815 ]
Со скипетром державным все в Раю
Смиренно поклонялись и считали
Его царём? Ты говоришь: нечестно
Законом связывать свободных, плохо
Власть равному над равными давать, [ 820 ]
Чтобы один всегда над всеми правил.
И хочешь навязать законы Богу?
И будешь спорить о свободе с тем,
Кто создал и тебя, и власти Рая,
Как он хотел, и указал им путь? [ 825 ]
По опыту мы знаем, как он добр,
О нашем благе и достоинстве
Заботится, не хочет умалять нас;
Склоняемся мы, чтобы возвеличить
Всё наше счастье, под одним началом [ 830 ]
Объединившись. Разве справедлив ты,
Твердя, что равный равному - монарх:
Себя ты, мощный, славный, не забыл,
И всю природу ангельскую вместе
С ним, Сыном, наравне, через кого, [ 835 ]
Как через Слово, сотворил Отец
Всё? и тебя, и райских духов всех
Он создал в светлых иерархиях
И славой увенчал, дав титулы
Престолов, сил, господств или властей - [ 840 ]
Мощных властей, их он не затеняет,
А освещает; он ведь, голова,
Одним из нас становится, из меньших:
Его законы - наши; его слава
К нам возвращается. Забудь свой гнев, [ 845 ]
Не искушай; скорее повинись
Пред возмущёнными Отцом и Сыном,
Со временем простят они, быть может".

Но яростного ангела порыв
Никто не поддержал, сочтя нелепым [ 850 ]
И единичным; и возликовал
Отступник, и ответил с новым пылом:
"Так, значит, созданы мы? мы - поделка
Рук чьих-то, и задача перешла
От отца к сыну? Странная идея! [ 855 ]
Мы знали бы об этом. Кто же видел
Творение? Ты сам-то помнишь, как
Тебя творили, жизнь в тебя вдыхая?
Неведомо нам время до того;
Никто неведом - сами родились, [ 860 ]
Силой своей взросли, когда судьба
Замкнула круг, провозгласив рожденье
Родного Рая: вечности мы дети.
Вся наша мощь - лишь наша; наши руки
Научат нас всему, покажут в деле, [ 865 ]
Кто равен нам: тогда и ты узнаешь,
Надумали ли мы просить прощенья,
И к трону Всемогущего придём
Молить иль осаждать. Неси ответ наш
Царю-помазаннику, и спеши, [ 870 ]
Пока зло не прервало твой полёт".

Сказал; и, словно из глубоких вод,
Согласный ропот эхом стал словам
В несметном войске; но, не испугавшись,
Пылавший серафим в кольце врагов [ 875 ]
Возвысил громкий одинокий голос:

"О, дух проклятый, о, богоотступник,
Забывший всё добро! Твоё паденье,
Как видно, решено, и твой отряд,
Замешанный в измене, заразится [ 880 ]
И преступленьем с наказаньем; впредь
Не беспокойся, как ярмо Мессии
Вам сбросить: наши мягкие законы
Не для тебя теперь; других указов
Почувствуешь ты вскоре остриё; [ 885 ]
Тот скипетр золотой, что ты отверг,
Прутом железным станет и сломает
Неподчиненье. Твой совет хорош,
Но улетаю я не от совета,
Не от угроз: палаток ваших шторм, [ 890 ]
Что вскорости огнём на них нагрянет,
Не пощадит: да, вскоре ожидайте
На головы свои огня и грома.
Тогда узнаете, кто создал вас,
Когда увидите, кто вас разрушит". [ 895 ]

Вот Авдиил, вот верный серафим:
Он верным был один среди неверных;
Средь лжи всеобщей - непоколебим,
Не потрясён, не совращён, бесстрашен,
Верность хранил, любовь свою и рвенье; [ 900 ]
И даже многочисленный пример
Не мог его с пути прямого сбить -
Единственного. Через эту толщу
Враждебную он шёл, и превосходство
Его хранило, отгоняя страх; [ 905 ]
С презреньем повернулся он спиной
К твердыням гордым, вскоре обречённым".

Конец пятой книги.

*

John Milton. Paradise Lost. Book V

The Argument

Morning approacht, Eve relates to Adam her troublesome dream; he likes it
not, yet comforts her: They come forth to thir day labours: Thir Morning
Hymn at the Door of thir Bower. God to render Man inexcusable sends Raphael
to admonish him of his obedience, of his free estate, of his enemy near at
hand; who he is, and why his enemy, and whatever else may avail Adam to
know. Raphael comes down to Paradise, his appearance describ'd, his coming
discern'd by Adam afar off sitting at the door of his Bower; he goes out to
meet him, brings him to his lodge, entertains him with the choycest fruits
of Paradise got together by Eve; thir discourse at Table: Raphael performs
his message, minds Adam of his state and of his enemy; relates at Adams
request who that enemy is, and how he came to be so, beginning from his
first revolt in Heaven, and the occasion thereof; how he drew his Legions
after him to the parts of the North, and there incited them to rebel with
him, perswading all but only Abdiel a Seraph, who in Argument diswades and
opposes him, then forsakes him.

Now Morn her rosie steps in th' Eastern Clime
Advancing, sow'd the earth with Orient Pearle,
When Adam wak't, so customd, for his sleep
Was Aerie light, from pure digestion bred,
And temperat vapors bland, which th' only sound [ 5 ]
Of leaves and fuming rills, Aurora's fan,
Lightly dispers'd, and the shrill Matin Song
Of Birds on every bough; so much the more
His wonder was to find unwak'nd Eve
With Tresses discompos'd, and glowing Cheek, [ 10 ]
As through unquiet rest: he on his side
Leaning half-rais'd, with looks of cordial Love
Hung over her enamour'd, and beheld
Beautie, which whether waking or asleep,
Shot forth peculiar graces; then with voice [ 15 ]
Milde, as when Zephyrus on Flora breathes,
Her hand soft touching, whisperd thus. Awake
My fairest, my espous'd, my latest found,
Heav'ns last best gift, my ever new delight,
Awake, the morning shines, and the fresh field [ 20 ]
Calls us, we lose the prime, to mark how spring
Our tended Plants, how blows the Citron Grove,
What drops the Myrrhe, and what the balmie Reed,
How Nature paints her colours, how the Bee
Sits on the Bloom extracting liquid sweet. [ 25 ]

Such whispering wak'd her, but with startl'd eye
On Adam, whom imbracing, thus she spake.

O Sole in whom my thoughts find all repose,
My Glorie, my Perfection, glad I see
Thy face, and Morn return'd, for I this Night, [ 30 ]
Such night till this I never pass'd, have dream'd,
If dream'd, not as I oft am wont, of thee,
Works of day pass't, or morrows next designe,
But of offense and trouble, which my mind
Knew never till this irksom night; methought [ 35 ]
Close at mine ear one call'd me forth to walk
With gentle voice, I thought it thine; it said,
Why sleepst thou Eve? now is the pleasant time,
The cool, the silent, save where silence yields
To the night-warbling Bird, that now awake [ 40 ]
Tunes sweetest his love-labor'd song; now reignes
Full Orb'd the Moon, and with more pleasing light
Shadowie sets off the face of things; in vain,
If none regard; Heav'n wakes with all his eyes,
Whom to behold but thee, Natures desire, [ 45 ]
In whose sight all things joy, with ravishment
Attracted by thy beauty still to gaze.
I rose as at thy call, but found thee not;
To find thee I directed then my walk;
And on, methought, alone I pass'd through ways [ 50 ]
That brought me on a sudden to the Tree
Of interdicted Knowledge: fair it seem'd,
Much fairer to my Fancie then by day:
And as I wondring lookt, beside it stood
One shap'd and wing'd like one of those from Heav'n [ 55 ]
By us oft seen; his dewie locks distill'd
Ambrosia; on that Tree he also gaz'd;
And O fair Plant, said he, with fruit surcharg'd,
Deigns none to ease thy load and taste thy sweet,
Nor God, nor Man; is Knowledge so despis'd? [ 60 ]
Or envie, or what reserve forbids to taste?
Forbid who will, none shall from me withhold
Longer thy offerd good, why else set here?
This said he paus'd not, but with ventrous Arme
He pluckt, he tasted; mee damp horror chil'd [ 65 ]
At such bold words voucht with a deed so bold:
But he thus overjoy'd, O Fruit Divine,
Sweet of thy self, but much more sweet thus cropt,
Forbidd'n here, it seems, as onely fit
For God's, yet able to make Gods of Men: [ 70 ]
And why not Gods of Men, since good, the more
Communicated, more abundant growes,
The Author not impair'd, but honourd more?
Here, happie Creature, fair Angelic Eve,
Partake thou also; happie though thou art, [ 75 ]
Happier thou mayst be, worthier canst not be:
Taste this, and be henceforth among the Gods
Thy self a Goddess, not to Earth confind,
But somtimes in the Air, as wee, somtimes
Ascend to Heav'n, by merit thine, and see [ 80 ]
What life the Gods live there, and such live thou.
So saying, he drew nigh, and to me held,
Even to my mouth of that same fruit held part
Which he had pluckt; the pleasant savourie smell
So quick'nd appetite, that I, methought, [ 85 ]
Could not but taste. Forthwith up to the Clouds
With him I flew, and underneath beheld
The Earth outstretcht immense, a prospect wide
And various: wondring at my flight and change
To this high exaltation; suddenly [ 90 ]
My Guide was gon, and I, me thought, sunk down,
And fell asleep; but O how glad I wak'd
To find this but a dream! Thus Eve her Night
Related, and thus Adam answerd sad.

Best Image of my self and dearer half, [ 95 ]
The trouble of thy thoughts this night in sleep
Affects me equally; nor can I like
This uncouth dream, of evil sprung I fear;
Yet evil whence? in thee can harbour none,
Created pure. But know that in the Soule [ 100 ]
Are many lesser Faculties that serve
Reason as chief; among these Fansie next
Her office holds; of all external things,
Which the five watchful Senses represent,
She forms Imaginations, Aerie shapes, [ 105 ]
Which Reason joyning or disjoyning, frames
All what we affirm or what deny, and call
Our knowledge or opinion; then retires
Into her private Cell when Nature rests.
Oft in her absence mimic Fansie wakes [ 110 ]
To imitate her; but misjoyning shapes,
Wilde work produces oft, and most in dreams,
Ill matching words and deeds long past or late.
Som such resemblances methinks I find
Of our last Eevnings talk, in this thy dream, [ 115 ]
But with addition strange; yet be not sad.
Evil into the mind of God or Man
May come and go, so unapprov'd, and leave
No spot or blame behind: Which gives me hope
That what in sleep thou didst abhorr to dream, [ 120 ]
Waking thou never wilt consent to do.
Be not disheart'nd then, nor cloud those looks
That wont to be more chearful and serene
Then when fair Morning first smiles on the World,
And let us to our fresh imployments rise [ 125 ]
Among the Groves, the Fountains, and the Flours
That open now thir choicest bosom'd smells
Reservd from night, and kept for thee in store.

So cheard he his fair Spouse, and she was cheard,
But silently a gentle tear let fall [ 130 ]
From either eye, and wip'd them with her haire;
Two other precious drops that ready stood,
Each in thir Chrystal sluce, hee ere they fell
Kiss'd as the gracious signs of sweet remorse
And pious awe, that feard to have offended. [ 135 ]

So all was cleard, and to the Field they haste.
But first from under shadie arborous roof,
Soon as they forth were come to open sight
Of day-spring, and the Sun, who scarce up risen
With wheels yet hov'ring o're the Ocean brim, [ 140 ]
Shot paralel to the earth his dewie ray,
Discovering in wide Lantskip all the East
Of Paradise and Edens happie Plains,
Lowly they bow'd adoring, and began
Thir Orisons, each Morning duly paid [ 145 ]
In various style, for neither various style
Nor holy rapture wanted they to praise
Thir Maker, in fit strains pronounc't or sung
Unmeditated, such prompt eloquence
Flowd from thir lips, in Prose or numerous Verse, [ 150 ]
More tuneable then needed Lute or Harp
To add more sweetness, and they thus began.

These are thy glorious works, Parent of good,
Almightie, thine this universal Frame,
Thus wondrous fair; thy self how wondrous then! [ 155 ]
Unspeakable, who sitst above these Heavens
To us invisible or dimly seen
In these thy lowest works, yet these declare
Thy goodness beyond thought, and Power Divine:
Speak yee who best can tell, ye Sons of Light, [ 160 ]
Angels, for yee behold him, and with songs
And choral symphonies, Day without Night,
Circle his Throne rejoycing, yee in Heav'n,
On Earth joyn all ye Creatures to extoll
Him first, him last, him midst, and without end. [ 165 ]
Fairest of Starrs, last in the train of Night,
If better thou belong not to the dawn,
Sure pledge of day, that crownst the smiling Morn
With thy bright Circlet, praise him in thy Spheare
While day arises, that sweet hour of Prime. [ 170 ]
Thou Sun, of this great World both Eye and Soule,
Acknowledge him thy Greater, sound his praise
In thy eternal course, both when thou climb'st,
And when high Noon hast gaind, and when thou fallst.
Moon, that now meetst the orient Sun, now fli'st [ 175 ]
With the fixt Starrs, fixt in thir Orb that flies,
And yee five other wandring Fires that move
In mystic Dance not without Song, resound
His praise, who out of Darkness call'd up Light.
Aire, and ye Elements the eldest birth [ 180 ]
Of Natures Womb, that in quaternion run
Perpetual Circle, multiform; and mix
And nourish all things, let your ceasless change
Varie to our great Maker still new praise.
Ye Mists and Exhalations that now rise [ 185 ]
From Hill or steaming Lake, duskie or grey,
Till the Sun paint your fleecie skirts with Gold,
In honour to the Worlds great Author rise,
Whether to deck with Clouds th' uncolourd skie,
Or wet the thirstie Earth with falling showers, [ 190 ]
Rising or falling still advance his praise.
His praise ye Winds, that from four Quarters blow,
Breathe soft or loud; and wave your tops, ye Pines,
With every Plant, in sign of Worship wave.
Fountains and yee, that warble, as ye flow, [ 195 ]
Melodious murmurs, warbling tune his praise.
Joyn voices all ye living Souls; ye Birds,
That singing up to Heaven Gate ascend,
Bear on your wings and in your notes his praise;
Yee that in Waters glide, and yee that walk [ 200 ]
The Earth, and stately tread, or lowly creep;
Witness if I be silent, Morn or Eeven,
To Hill, or Valley, Fountain, or fresh shade
Made vocal by my Song, and taught his praise.
Hail universal Lord, be bounteous still [ 205 ]
To give us onely good; and if the night
Have gathered aught of evil or conceald,
Disperse it, as now light dispels the dark.

So pray'd they innocent, and to thir thoughts
Firm peace recoverd soon and wonted calm. [ 210 ]
On to thir mornings rural work they haste
Among sweet dewes and flours; where any row
Of Fruit-trees overwoodie reachd too farr
Thir pamperd boughes, and needed hands to check
Fruitless imbraces: or they led the Vine [ 215 ]
To wed her Elm; she spous'd about him twines
Her marriageable arms, and with her brings
Her dowr th' adopted Clusters, to adorn
His barren leaves. Them thus imploid beheld
With pittie Heav'ns high King, and to him call'd [ 220 ]
Raphael, the sociable Spirit, that deign'd
To travel with Tobias, and secur'd
His marriage with the seaventimes-wedded Maid.

Raphael, said hee, thou hear'st what stir on Earth
Satan from Hell scap't through the darksom Gulf [ 225 ]
Hath raisd in Paradise, and how disturbd
This night the human pair, how he designes
In them at once to ruin all mankind.
Go therefore, half this day as friend with friend
Converse with Adam, in what Bowre or shade [ 230 ]
Thou find'st him from the heat of Noon retir'd,
To respit his day-labour with repast,
Or with repose; and such discourse bring on,
As may advise him of his happie state,
Happiness in his power left free to will, [ 235 ]
Left to his own free Will, his Will though free,
Yet mutable; whence warne him to beware
He swerve not too secure: tell him withall
His danger, and from whom, what enemie
Late falln himself from Heav'n, is plotting now [ 240 ]
The fall of others from like state of bliss;
By violence, no, for that shall be withstood,
But by deceit and lies; this let him know,
Lest wilfully transgressing he pretend
Surprisal, unadmonisht, unforewarnd. [ 245 ]

So spake th' Eternal Father, and fulfilld
All Justice: nor delaid the winged Saint
After his charge receivd; but from among
Thousand Celestial Ardors, where he stood
Vaild with his gorgeous wings, up springing light [ 250 ]
Flew through the midst of Heav'n; th' angelic Quires
On each hand parting, to his speed gave way
Through all th' Empyreal road; till at the Gate
Of Heav'n arriv'd, the gate self-opend wide
On golden Hinges turning, as by work [ 255 ]
Divine the sov'ran Architect had fram'd.
From hence, no cloud, or, to obstruct his sight,
Starr interpos'd, however small he sees,
Not unconform to other shining Globes,
Earth and the Gard'n of God, with Cedars crownd [ 260 ]
Above all Hills. As when by night the Glass
Of Galileo, less assur'd, observes
Imagind Lands and Regions in the Moon:
Or Pilot from amidst the Cyclades
Delos or Samos first appeering kenns [ 265 ]
A cloudy spot. Down thither prone in flight
He speeds, and through the vast Ethereal Skie
Sailes between worlds and worlds, with steddie wing
Now on the polar windes, then with quick Fann
Winnows the buxom Air; till within soare [ 270 ]
Of Towring Eagles, to all the Fowles he seems
A Phoenix, gaz'd by all, as that sole Bird
When to enshrine his reliques in the Sun's
Bright Temple, to Aegyptian Theb's he flies.
At once on th' Eastern cliff of Paradise [ 275 ]
He lights, and to his proper shape returns
A Seraph wingd; six wings he wore, to shade
His lineaments Divine; the pair that clad
Each shoulder broad, came mantling o're his brest
With regal Ornament; the middle pair [ 280 ]
Girt like a Starrie Zone his waste, and round
Skirted his loines and thighes with downie Gold
And colours dipt in Heav'n; the third his feet
Shaddowd from either heele with featherd maile
Skie-tinctur'd grain. Like Maia's son he stood, [ 285 ]
And shook his Plumes, that Heav'nly fragrance filld
The circuit wide. Strait knew him all the Bands
Of Angels under watch; and to his state,
And to his message high in honour rise;
For on Som message high they guessd him bound. [ 290 ]
Thir glittering Tents he passd, and now is come
Into the blissful field, through Groves of Myrrhe,
And flouring Odours, Cassia, Nard, and Balme;
A Wilderness of sweets; for Nature here
Wantond as in her prime, and plaid at will [ 295 ]
Her Virgin Fancies, pouring forth more sweet,
Wilde above Rule or Art; enormous bliss.
Him through the spicie Forrest onward com
Adam discernd, as in the dore he sat
Of his coole Bowre, while now the mounted Sun [ 300 ]
Shot down direct his fervid Raies, to warme
Earths inmost womb, more warmth then Adam needs;
And Eve within, due at her hour prepar'd
For dinner savourie fruits, of taste to please
True appetite, and not disrelish thirst [ 305 ]
Of nectarous draughts between, from milkie stream,
Berrie or Grape: to whom thus Adam call'd.

Haste hither Eve, and worth thy sight behold
Eastward among those Trees, what glorious shape
Comes this way moving; seems another Morn [ 310 ]
Ris'n on mid-noon; Som great behest from Heav'n
To us perhaps he brings, and will voutsafe
This day to be our Guest. But goe with speed,
And what thy stores contain, bring forth and poure
Abundance, fit to honour and receive [ 315 ]
Our Heav'nly stranger; well we may afford
Our givers thir own gifts, and large bestow
From large bestowd, where Nature multiplies
Her fertil growth, and by disburd'ning grows
More fruitful, which instructs us not to spare. [ 320 ]

To whom thus Eve. Adam, earths hallowd mould,
Of God inspir'd, small store will serve, where store,
All seasons, ripe for use hangs on the stalk;
Save what by frugal storing firmness gains
To nourish, and superfluous moist consumes: [ 325 ]
But I will haste and from each bough and break,
Each Plant and juiciest Gourd will pluck such choice
To entertain our Angel guest, as hee
Beholding shall confess that here on Earth
God hath dispenst his bounties as in Heav'n. [ 330 ]

So saying, with dispatchful looks in haste
She turns, on hospitable thoughts intent
What choice to chuse for delicacie best,
What order, so contriv'd as not to mix
Tastes, not well joynd, inelegant, but bring [ 335 ]
Taste after taste upheld with kindliest change,
Bestirs her then, and from each tender stalk
Whatever Earth all-bearing Mother yields
In India East or West, or middle shoare
In Pontus or the Punic Coast, or where [ 340 ]
Alcinous reign'd, fruit of all kindes, in coate,
Rough, or smooth rin'd, or bearded husk, or shell
She gathers, Tribute large, and on the board
Heaps with unsparing hand; for drink the Grape
She crushes, inoffensive moust, and meathes [ 345 ]
From many a berrie, and from sweet kernels prest
She tempers dulcet creams, nor these to hold
Wants her fit vessels pure, then strews the ground
With Rose and Odours from the shrub unfum'd.
Mean while our Primitive great Sire, to meet [ 350 ]
His god-like Guest, walks forth, without more train
Accompanied then with his own compleat
Perfections; in himself was all his state,
More solemn then the tedious pomp that waits
On Princes, when thir rich Retinue long [ 355 ]
Of Horses led, and Grooms besmeard with Gold
Dazles the croud, and sets them all agape.
Neerer his presence Adam though not awd,
Yet with submiss approach and reverence meek,
As to a superior Nature, bowing low, [ 360 ]

Thus said. Native of Heav'n, for other place
None can then Heav'n such glorious shape contain;
Since by descending from the Thrones above,
Those happie places thou hast deignd a while
To want, and honour these, voutsafe with us [ 365 ]
Two onely, who yet by sov'ran gift possess
This spacious ground, in yonder shadie Bowre
To rest, and what the Garden choicest bears
To sit and taste, till this meridian heat
Be over, and the Sun more coole decline. [ 370 ]

Whom thus the Angelic Vertue answerd milde.
Adam, I therefore came, nor art thou such
Created, or such place hast here to dwell,
As may not oft invite, though Spirits of Heav'n
To visit thee; lead on then where thy Bowre [ 375 ]
Oreshades; for these mid-hours, till Eevning rise
I have at will. So to the Silvan Lodge
They came, that like Pomona's Arbour smil'd
With flourets deck't and fragrant smells; but Eve
Undeckt, save with her self more lovely fair [ 380 ]
Then Wood-Nymph, or the fairest Goddess feign'd
Of three that in Mount Ida naked strove,
Stood to entertain her guest from Heav'n; no vaile
Shee needed, Vertue-proof, no thought infirme
Alterd her cheek. On whom the Angel Haile [ 385 ]
Bestowd, the holy salutation us'd
Long after to blest Marie, second Eve.

Haile Mother of Mankind, whose fruitful Womb
Shall fill the World more numerous with thy Sons
Then with these various fruits the Trees of God [ 390 ]
Have heap'd this Table. Rais'd of grassie terf
Thir Table was, and mossie seats had round,
And on her ample Square from side to side
All Autumn pil'd, though Spring and Autumn here
Danc'd hand in hand. A while discourse they hold; [ 395 ]
No fear lest Dinner coole; when thus began
Our Authour. Heav'nly stranger, please to taste
These bounties which our Nourisher, from whom
All perfet good unmeasur'd out, descends,
To us for food and for delight hath caus'd [ 400 ]
The Earth to yeild; unsavourie food perhaps
To spiritual Natures; only this I know,
That one Celestial Father gives to all.

To whom the Angel. Therefore what he gives
(Whose praise be ever sung) to man in part [ 405 ]
Spiritual, may of purest Spirits be found
No ingrateful food: and food alike those pure
Intelligential substances require
As doth your Rational; and both contain
Within them every lower facultie [ 410 ]
Of sense, whereby they hear, see, smell, touch, taste,
Tasting concoct, digest, assimilate,
And corporeal to incorporeal turn.
For know, whatever was created, needs
To be sustaind and fed; of Elements [ 415 ]
The grosser feeds the purer, Earth the Sea,
Earth and the Sea feed Air, the Air those Fires
Ethereal, and as lowest first the Moon;
Whence in her visage round those spots, unpurg'd
Vapours not yet into her substance turnd. [ 420 ]
Nor doth the Moon no nourishment exhale
From her moist Continent to higher Orbes.
The Sun that light imparts to all, receives
From all his alimental recompence
In humid exhalations, and at Even [ 425 ]
Sups with the Ocean: though in Heav'n the Trees
Of life ambrosial frutage bear, and vines
Yield Nectar, though from off the boughs each Morn
We brush mellifluous Dewes, and find the ground
Cover'd with pearly grain: yet God hath here [ 430 ]
Varied his bounty so with new delights,
As may compare with Heaven; and to taste
Think not I shall be nice. So down they sat,
And to thir viands fell, nor seemingly
The Angel, nor in mist, the common gloss [ 435 ]
Of Theologians, but with keen dispatch
Of real hunger, and concoctive heate
To transubstantiate; what redounds, transpires
Through Spirits with ease; nor wonder; if by fire
Of sooty coal the Empiric Alchimist [ 440 ]
Can turn, or holds it possible to turn
Metals of drossiest Ore to perfet Gold
As from the Mine. Mean while at Table Eve
Ministerd naked, and thir flowing cups
With pleasant liquors crown'd: O innocence [ 445 ]
Deserving Paradise! if ever, then,
Then had the Sons of God excuse to have bin
Enamour'd at that sight; but in those hearts
Love unlibidinous reign'd, nor jealousie
Was understood, the injur'd Lovers Hell. [ 450 ]

Thus when with meats and drinks they had suffic'd
Not burd'nd Nature, sudden mind arose
In Adam, not to let th' occasion pass
Given him by this great Conference to know
Of things above his World, and of thir being [ 455 ]
Who dwell in Heav'n, whose excellence he saw
Transcend his own so farr, whose radiant forms
Divine effulgence, whose high Power so far
Exceeded human, and his wary speech
Thus to th' Empyreal Minister he fram'd. [ 460 ]

Inhabitant with God, now know I well
Thy favour, in this honour done to man,
Under whose lowly roof thou hast voutsaf't
To enter, and these earthly fruits to taste,
Food not of Angels, yet accepted so, [ 465 ]
As that more willingly thou couldst not seem
At Heav'n's high feasts to have fed: yet what compare?

To whom the winged Hierarch repli'd.
O Adam, one Almightie is, from whom
All things proceed, and up to him return, [ 470 ]
If not deprav'd from good, created all
Such to perfection, one first matter all,
Indu'd with various forms, various degrees
Of substance, and in things that live, of life;
But more refin'd, more spiritous, and pure, [ 475 ]
As neerer to him plac't or neerer tending
Each in thir several active Sphears assignd,
Till body up to spirit work, in bounds
Proportiond to each kind. So from the root
Springs lighter the green stalk, from thence the leaves [ 480 ]
More aerie, last the bright consummate floure
Spirits odorous breathes: flours and thir fruit
Mans nourishment, by gradual scale sublim'd
To vital Spirits aspire, to animal,
To intellectual, give both life and sense, [ 485 ]
Fansie and understanding, whence the Soule
Reason receives, and reason is her being,
Discursive, or Intuitive; discourse
Is oftest yours, the latter most is ours,
Differing but in degree, of kind the same. [ 490 ]
Wonder not then, what God for you saw good
If I refuse not, but convert, as you,
To proper substance; time may come when men
With Angels may participate, and find
No inconvenient Diet, nor too light Fare: [ 495 ]
And from these corporal nutriments perhaps
Your bodies may at last turn all to Spirit,
Improv'd by tract of time, and wingd ascend
Ethereal, as wee, or may at choice
Here or in Heav'nly Paradises dwell; [ 500 ]
If ye be found obedient, and retain
Unalterably firm his love entire
Whose progenie you are. Mean while enjoy
Your fill what happiness this happie state
Can comprehend, incapable of more. [ 505 ]

To whom the Patriarch of mankind repli'd,
O favourable spirit, propitious guest,
Well hast thou taught the way that might direct
Our knowledge, and the scale of Nature set
From center to circumference, whereon [ 510 ]
In contemplation of created things
By steps we may ascend to God. But say,
What meant that caution joind, if ye be found
Obedient? can we want obedience then
To him, or possibly his love desert [ 515 ]
Who formd us from the dust, and plac'd us here
Full to the utmost measure of what bliss
Human desires can seek or apprehend?

To whom the Angel. Son of Heav'n and Earth,
Attend: That thou art happie, owe to God; [ 520 ]
That thou continu'st such, owe to thy self,
That is, to thy obedience; therein stand.
This was that caution giv'n thee; be advis'd.
God made thee perfet, not immutable;
And good he made thee, but to persevere [ 525 ]
He left it in thy power, ordaind thy will
By nature free, not over-rul'd by Fate
Inextricable, or strict necessity;
Our voluntarie service he requires,
Not our necessitated, such with him [ 530 ]
Finds no acceptance, nor can find, for how
Can hearts, not free, be tri'd whether they serve
Willing or no, who will but what they must
By Destinie, and can no other choose?
Myself and all th' Angelic Host that stand [ 535 ]
In sight of God enthron'd, our happie state
Hold, as you yours, while our obedience holds;
On other surety none; freely we serve
Because we freely love, as in our will
To love or not; in this we stand or fall: [ 540 ]
And Som are fall'n, to disobedience fall'n,
And so from Heav'n to deepest Hell; O fall
From what high state of bliss into what woe!

To whom our great Progenitor. Thy words
Attentive, and with more delighted eare [ 545 ]
Divine instructer, I have heard, then when
Cherubic Songs by night from neighbouring Hills
Aereal Music send: nor knew I not
To be both will and deed created free;
Yet that we never shall forget to love [ 550 ]
Our maker, and obey him whose command
Single, is yet so just, my constant thoughts
Assur'd me and still assure: though what thou tellst
Hath past in Heav'n, Som doubt within me move,
But more desire to hear, if thou consent, [ 555 ]
The full relation, which must needs be strange,
Worthy of Sacred silence to be heard;
And we have yet large day, for scarce the Sun
Hath finisht half his journey, and scarce begins
His other half in the great Zone of Heav'n. [ 560 ]

Thus Adam made request, and Raphael
After short pause assenting, thus began.

High matter thou injoinst me, O prime of men,
Sad task and hard, for how shall I relate
To human sense th' invisible exploits [ 565 ]
Of warring Spirits; how without remorse
The ruin of so many glorious once
And perfet while they stood; how last unfould
The secrets of another World, perhaps
Not lawful to reveal? yet for thy good [ 570 ]
This is dispenc't, and what surmounts the reach
Of human sense, I shall delineate so,
By lik'ning spiritual to corporal forms,
As may express them best, though what if Earth
Be but the shaddow of Heav'n, and things therein [ 575 ]
Each to other like, more then on earth is thought?

As yet this World was not, and Chaos Wilde
Reignd where these Heav'ns now rowl, where Earth now rests
Upon her Center pois'd, when on a day
(For Time, though in Eternitie, appli'd [ 580 ]
To motion, measures all things durable
By present, past, and future) on such day
As Heav'ns great Year brings forth, th' Empyreal Host
Of Angels by Imperial summons call'd,
Innumerable before th' Almighties Throne [ 585 ]
Forthwith from all the ends of Heav'n appeerd
Under thir Hierarchs in orders bright
Ten thousand thousand Ensignes high advanc'd,
Standards and Gonfalons twixt Van and Reare
Streame in the Aire, and for distinction serve [ 590 ]
Of Hierarchies, of Orders, and Degrees;
Or in thir glittering Tissues bear imblaz'd
Holy Memorials, acts of Zeale and Love
Recorded eminent. Thus when in Orbes
Of circuit inexpressible they stood, [ 595 ]
Orb within Orb, the Father infinite,
By whom in bliss imbosom'd sat the Son,
Amidst as from a flaming Mount, whose top
Brightness had made invisible, thus spake.

Hear all ye Angels, Progenie of Light, [ 600 ]
Thrones, Dominations, Princedoms, Vertues, Powers,
Hear my Decree, which unrevok't shall stand.
This day I have begot whom I declare
My onely Son, and on this holy Hill
Him have anointed, whom ye now behold [ 605 ]
At my right hand; your Head I him appoint;
And by my Self have sworn to him shall bow
All knees in Heav'n, and shall confess him Lord:
Under his great Vice-gerent Reign abide
United as one individual Soule [ 610 ]
For ever happie: him who disobeyes
Mee disobeyes, breaks union, and that day
Cast out from God and blessed vision, falls
Into utter darkness, deep ingulft, his place
Ordaind without redemption, without end. [ 615 ]

So spake th' Omnipotent, and with his words
All seemd well pleas'd, all seem'd, but were not all.
That day, as other solemn dayes, they spent
In song and dance about the sacred Hill,
Mystical dance, which yonder starrie Spheare [ 620 ]
Of Planets and of fixt in all her Wheeles
Resembles nearest, mazes intricate,
Eccentric, intervolv'd, yet regular
Then most, when most irregular they seem,
And in thir motions harmonie Divine [ 625 ]
So smooths her charming tones, that Gods own ear
Listens delighted. Eevning now approach'd
(For wee have also our Eevning and our Morn,
Wee ours for change delectable, not need)
Forthwith from dance to sweet repast they turn [ 630 ]
Desirous, all in Circles as they stood,
Tables are set, and on a sudden pil'd
With Angels Food, and rubied Nectar flows
In Pearl, in Diamond, and massie Gold,
Fruit of delicious Vines, the growth of Heav'n. [ 635 ]
On flours repos'd, and with fresh flourets crownd,
They eate, they drink, and in communion sweet
Quaff immortalitie and joy, secure
Of surfet where full measure onely bounds
Excess, before th' all bounteous King, who showrd [ 640 ]
With copious hand, rejoycing in thir joy.
Now when ambrosial Night with Clouds exhal'd
From that high mount of God, whence light & shade
Spring both, the face of brightest Heav'n had changd
To grateful Twilight (for Night comes not there [ 645 ]
In darker veile) and roseat Dews dispos'd
All but the unsleeping eyes of God to rest,
Wide over all the Plain, and wider farr
Then all this globous Earth in Plain out spred,
(Such are the Courts of God) th' Angelic throng [ 650 ]
Disperst in Bands and Files thir Camp extend
By living Streams among the Trees of Life,
Pavilions numberless, and sudden reard,
Celestial Tabernacles, where they slept
Fannd with coole Winds, save those who in thir course [ 655 ]
Melodious Hymns about the sovran Throne
Alternate all night long: but not so wak'd
Satan, so call him now, his former name
Is heard no more in Heav'n; he of the first,
If not the first Arch-Angel, great in Power, [ 660 ]
In favour and praeeminence, yet fraught
With envie against the Son of God, that day
Honourd by his great Father, and proclaimd
Messiah King anointed, could not beare
Through pride that sight, & thought himself impaird. [ 665 ]
Deep malice thence conceiving and disdain,
Soon as midnight brought on the duskie houre
Friendliest to sleep and silence, he resolv'd
With all his Legions to dislodge, and leave
Unworshipt, unobey'd the Throne supream [ 670 ]
Contemptuous, and his next subordinate
Awak'ning, thus to him in secret spake.

Sleepst thou, Companion dear, what sleep can close
Thy eye-lids? and remembrest what Decree
Of yesterday, so late hath past the lips [ 675 ]
Of Heav'ns Almightie. Thou to me thy thoughts
Wast wont, I mine to thee was wont to impart;
Both waking we were one; how then can now
Thy sleep dissent? new Laws thou seest impos'd;
New Laws from him who reigns, new minds may raise [ 680 ]
In us who serve, new Counsels, to debate
What doubtful may ensue; more in this place
To utter is not safe. Assemble thou
Of all those Myriads which we lead the chief;
Tell them that by command, ere yet dim Night [ 685 ]
Her shadowie Cloud withdraws, I am to haste,
And all who under me thir Banners wave,
Homeward with flying march where we possess
The Quarters of the North, there to prepare
Fit entertainment to receive our King [ 690 ]
The great Messiah, and his new commands,
Who speedily through all the Hierarchies
Intends to pass triumphant, and give Laws.

So spake the false Arch-Angel, and infus'd
Bad influence into th' unwarie brest [ 695 ]
Of his Associate; hee together calls,
Or several one by one, the Regent Powers,
Under him Regent, tells, as he was taught,
That the most High commanding, now ere Night,
Now ere dim Night had disincumberd Heav'n, [ 700 ]
The great Hierarchal Standard was to move;
Tells the suggested cause, and casts between
Ambiguous words and jealousies, to sound
Or taint integritie; but all obey'd
The wonted signal, and superior voice [ 705 ]
Of thir great Potentate; for great indeed
His name, and high was his degree in Heav'n;
His count'nance, as the Morning Starr that guides
The starrie flock, allur'd them, and with lyes
Drew after him the third part of Heav'ns Host: [ 710 ]
Mean while th' Eternal eye, whose sight discernes
Abstrusest thoughts, from forth his holy Mount
And from within the golden Lamps that burne
Nightly before him, saw without thir light
Rebellion rising, saw in whom, how spred [ 715 ]
Among the sons of Morn, what multitudes
Were banded to oppose his high Decree;
And smiling to his onely Son thus said.

Son, thou in whom my glory I behold
In full resplendence, Heir of all my might, [ 720 ]
Neerly it now concernes us to be sure
Of our Omnipotence, and with what Arms
We mean to hold what anciently we claim
Of Deitie or Empire, such a foe
Is rising, who intends to erect his Throne [ 725 ]
Equal to ours, throughout the spacious North;
Nor so content, hath in his thought to try
In battel, what our Power is, or our right.
Let us advise, and to this hazard draw
With speed what force is left, and all imploy [ 730 ]
In our defense, lest unawares we lose
This our high place, our Sanctuarie, our Hill.

To whom the Son with calm aspect and cleer
Light'ning Divine, ineffable, serene,
Made answer. Mightie Father, thou thy foes [ 735 ]
Justly hast in derision, and secure
Laugh'st at thir vain designes and tumults vain,
Matter to mee of Glory, whom thir hate
Illustrates, when they see all Regal Power
Giv'n me to quell thir pride, and in event [ 740 ]
Know whether I be dextrous to subdue
Thy Rebels, or be found the worst in Heav'n.

So spake the Son, but Satan with his Powers
Far was advanc't on winged speed, an Host
Innumerable as the Starrs of Night, [ 745 ]
Or Starrs of Morning, Dew-drops, which the Sun
Impearls on every leaf and every flouer.
Regions they pass'd, the mightie Regencies
Of Seraphim and Potentates and Thrones
In thir triple Degrees, Regions to which [ 750 ]
All thy Dominion, Adam, is no more
Then what this Garden is to all the Earth,
And all the Sea, from one entire globose
Stretcht into Longitude; which having pass'd
At length into the limits of the North [ 755 ]
They came, and Satan to his Royal seat
High on a Hill, far blazing, as a Mount
Rais'd on a Mount, with Pyramids and Towrs
From Diamond Quarries hew'n, and Rocks of Gold,
The Palace of great Lucifer, (so call [ 760 ]
That Structure in the Dialect of men
Interpreted) which not long after, he
Affecting all equality with God,
In imitation of that Mount whereon
Messiah was declar'd in sight of Heav'n, [ 765 ]
The Mountain of the Congregation call'd;
For thither he assembl'd all his Train,
Pretending so commanded to consult
About the great reception of thir King,
Thither to come, and with calumnious Art [ 770 ]
Of counterfeted truth thus held thir ears.

Thrones, Dominations, Princedoms, Vertues, Powers,
If these magnific Titles yet remain
Not meerly titular, since by Decree
Another now hath to himself ingross't [ 775 ]
All Power, and us eclipst under the name
Of King anointed, for whom all this haste
Of midnight march, and hurried meeting here,
This onely to consult how we may best
With what may be devis'd of honours new [ 780 ]
Receive him coming to receive from us
Knee-tribute yet unpaid, prostration vile,
Too much to one, but double how endur'd,
To one and to his image now proclaim'd?
But what if better counsels might erect [ 785 ]
Our minds and teach us to cast off this Yoke?
Will ye submit your necks, and chuse to bend
The supple knee? ye will not, if I trust
To know ye right, or if ye know your selves
Natives and Sons of Heav'n possest before [ 790 ]
By none, and if not equal all, yet free,
Equally free; for Orders and Degrees
Jarr not with liberty, but well consist.
Who can in reason then or right assume
Monarchie over such as live by right [ 795 ]
His equals, if in power and splendor less,
In freedome equal? or can introduce
Law and Edict on us, who without law
Erre not, much less for this to be our Lord,
And look for adoration to th' abuse [ 800 ]
Of those Imperial Titles which assert
Our being ordain'd to govern, not to serve?

Thus farr his bold discourse without controule
Had audience, when among the Seraphim
Abdiel, then whom none with more zeale ador'd [ 805 ]
The Deitie, and divine commands obeid,
Stood up, and in a flame of zeale severe
The current of his fury thus oppos'd.

O argument blasphemous, false and proud!
Words which no eare ever to hear in Heav'n [ 810 ]
Expected, least of all from thee, ingrate
In place thy self so high above thy Peeres.
Canst thou with impious obloquie condemne
The just Decree of God, pronounc't and sworn,
That to his only Son by right endu'd [ 815 ]
With Regal Scepter, every Soule in Heav'n
Shall bend the knee, and in that honour due
Confess him rightful King? unjust thou saist
Flatly unjust, to binde with Laws the free,
And equal over equals to let Reigne, [ 820 ]
One over all with unsucceeded power.
Shalt thou give Law to God, shalt thou dispute
With him the points of libertie, who made
Thee what thou art, and formd the Pow'rs of Heav'n
Such as he pleasd, and circumscrib'd thir being? [ 825 ]
Yet by experience taught we know how good,
And of our good, and of our dignitie
How provident he is, how farr from thought
To make us less, bent rather to exalt
Our happie state under one Head more neer [ 830 ]
United. But to grant it thee unjust,
That equal over equals Monarch Reigne:
Thy self though great and glorious dost thou count,
Or all Angelic Nature joind in one,
Equal to him begotten Son, by whom [ 835 ]
As by his Word the mighty Father made
All things, ev'n thee, and all the Spirits of Heav'n
By him created in thir bright degrees,
Crownd them with Glory, and to thir Glory nam'd
Thrones, Dominations, Princedoms, Vertues, Powers, [ 840 ]
Essential Powers, nor by his Reign obscur'd,
But more illustrious made, since he the Head
One of our number thus reduc't becomes,
His Laws our Laws, all honour to him done
Returns our own. Cease then this impious rage, [ 845 ]
And tempt not these; but hast'n to appease
Th' incensed Father, and th' incensed Son,
While Pardon may be found in time besought.

So spake the fervent Angel, but his zeale
None seconded, as out of season judg'd, [ 850 ]
Or singular and rash, whereat rejoic'd
Th' Apostat, and more haughty thus repli'd.
That we were formd then saist thou? and the work
Of secondarie hands, by task transferd
From Father to his Son? strange point and new! [ 855 ]
Doctrin which we would know whence learnt: who saw
When this creation was? rememberst thou
Thy making, while the Maker gave thee being?
We know no time when we were not as now;
Know none before us, self-begot, self-rais'd [ 860 ]
By our own quick'ning power, when fatal course
Had circl'd his full Orbe, the birth mature
Of this our native Heav'n, Ethereal Sons.
Our puissance is our own, our own right hand
Shall teach us highest deeds, by proof to try [ 865 ]
Who is our equal: then thou shalt behold
Whether by supplication we intend
Address, and to begirt th' Almighty Throne
Beseeching or besieging. This report,
These tidings carrie to th' anointed King; [ 870 ]
And fly, ere evil intercept thy flight.

He said, and as the sound of waters deep
Hoarce murmur echo'd to his words applause
Through the infinite Host, nor less for that
The flaming Seraph fearless, though alone [ 875 ]
Encompass'd round with foes, thus answerd bold.

O alienate from God, O spirit accurst,
Forsak'n of all good; I see thy fall
Determind, and thy hapless crew involv'd
In this perfidious fraud, contagion spred [ 880 ]
Both of thy crime and punishment: henceforth
No more be troubl'd how to quit the yoke
Of Gods Messiah; those indulgent Laws
Will not now be voutsaf't, other Decrees
Against thee are gon forth without recall; [ 885 ]
That Golden Scepter which thou didst reject
Is now an Iron Rod to bruise and breake
Thy disobedience. Well thou didst advise,
Yet not for thy advise or threats I fly
These wicked Tents devoted, least the wrauth [ 890 ]
Impendent, raging into sudden flame
Distinguish not: for soon expect to feel
His Thunder on thy head, devouring fire.
Then who created thee lamenting learne,
When who can uncreate thee thou shalt know. [ 895 ]

So spake the Seraph Abdiel faithful found,
Among the faithless, faithful only hee;
Among innumerable false, unmov'd,
Unshak'n, unseduc'd, unterrifi'd
His Loyaltie he kept, his Love, his Zeale; [ 900 ]
Nor number, nor example with him wrought
To swerve from truth, or change his constant mind
Though single. From amidst them forth he passd,
Long way through hostile scorn, which he susteind
Superior, nor of violence fear'd aught; [ 905 ]
And with retorted scorn his back he turn'd
On those proud Towrs to swift destruction doom'd.

The End of the Fifth Book.


Рецензии
какой же это рай, если там война...

спасибо, ценная работа. напоминание такое, что рая не бывает.

Ольга Соколова-Зуева   03.07.2014 19:54     Заявить о нарушении
А вот такой вот рай. Потерянный...
Вам спасибо!

Александр Анатольевич Андреев   08.07.2014 19:27   Заявить о нарушении