Вот такая жизнь

Сорок четвёртый год, война в разгаре,
Зима, мороз, беснуется пурга,
Он молодой тогда, здоровый парень,
В атаку шёл, на запад гнал врага.
Залаял миномёт, осколки градом,
Костлявая с косой гуляет рядом,
Бывает, даже на ухо шепнёт,
Но взвод упрямо движется вперёд.
Фигуры немцев в рамочке прицела,
Он даже и не понял сгоряча,
Удар, как будто топором с плеча
Нога внизу мгновенно онемела,
Упал на снег, и свет в глазах погас,
И голос санитарки, я сейчас !

Бегом под пулями, и рядышком упала,
" Я знаю, больно, милый, не дойти !"
Жгут наложила, перебинтовала,
Сейчас к своим попробуем ползти.
А он терял сознанье то и дело,
Но вытащила, вынесла, сумела!
Девчоночка с косичкою смешной,
Пусть раненый, но всё - таки живой.
Бой кончился, она не отходила,
Взялась до медсанбата провожать,
Как добрая, заботливая мать,
Всё успокаивала, что - то говорила
Прошли года, а он не забывал
И дочку её именем назвал !

А после медсанбат, врачи, сестрички,
Стопу отняли, нет, не сберегли.
Сухие строки в деле на страничке,
Направлен в тыл, ранение ноги.
А дальше поезд, теснота в вагоне
Кто умер - оставляли на перроне,
Зараза, грязь, вонь ударяет в нос,
И снова забытьё, под стук колёс
До Красноярска довезли немногих,
Кто ранен был за Родину в боях,
Кто воевал за совесть, не за страх,
Измотанных цингой, больных, убогих,
Врач осмотрел, из - под бинтов уж гной :
 "Отнимем ногу - будешь ты живой"

Как дальше быть, так на душе тоскливо,
Стать инвалидом в двадцать с малым лет
Сосед в годах : " Павлуша, мы ведь живы !
И это главное, вот мой тебе совет,
Не падай духом, ты же фронтовик,
Всё заново начни, ведь не старик,
На этом жизнь не кончилась, я знаю,
Вот, сам без ног, но видишь, привыкаю !"
Он справился, прогнал хандру долой,
На самом деле нужно дальше жить,
Отстроить дом, жениться, полюбить,
Скорей что ль отпустили бы домой,
Родные стены будут помогать,
И нечего  жалеть себя, лежать!

Победу встретил в госпитале, в мае
Привык почти, ходил на костылях,
Гармонь нашлась, запел и так играет,
Что слёзы выступают на глазах,
Настало время, уезжать собрался,
Всех обошёл, со всеми попрощался,
Благодарил врачей, что он живой,
" Спасибо вам, пора уж мне домой"
Родные ждали, знали что вернётся,
Он в письмах всё подробно написал,
И что на фронте ногу потерял,
Что не один такой, всё обойдётся,
Что партия поможет нам всегда,
Он в это верил искренне тогда. 

Ну вот и дома он, родное место,
Сестра встречает, " Маша, это я,
Ты выросла, совсем почти невеста ",
Она к нему - и слёзы в три ручья,
" Всё хорошо Машуля, я вернулся"
Вздохнул и с облегченьем улыбнулся,
Он ощутил домашнее тепло,
И на душе спокойно и светло
Стоит ведро на стареньком крылечке,
Качели, между выросших берёз,
Вот в полудрёме старый, добрый пёс,
Отец в избе с цигаркой возле печки,
Как раньше всё, в былые времена,
Сейчас лишь понял - кончилась война !

Теперь другая жизнь у нас начнётся,
Так думал он, втянуться бы быстрей,
Работать буду, силушка вернётся,
Протез бы только справить поскорей.
На костылях скакать довольно сложно,
Трудиться, так и вовсе невозможно
Решил дойти в Гор-райвоенкомат,
" Тебе не к нам, иди в партком солдат ",
В парткоме всё сочувственно кивали,
И в партию на фронте он вступал,
За родину и ногу потерял,
" А вы в военкомате узнавали?"
Ещё сходите, там должны помочь ",
Ну а ему, смотреть на них не в мочь.

Сидят коты в овальных кабинетах,
На доп. пайках в войну отожрались,
Пренебреженье слышится в ответах,
" Ко мне? У секретарши запишись".
И фальшь сочувственная в каждом слове,
И фраз дежурных куча наготове,
Культурно отвечают, не грубят,
Но вроде как пинком ему под зад.
А он врага бил, гнал с земли фашистов,
И до войны не видел ничего,
Из школы и скорей на фронт его
Он в справедливость верил, в коммунистов.
Но оказалось это лишь фасад,
Не нужен никому простой солдат !

Он обошёл немало кабинетов,
Не скоро, но добился своего,
Подсмеивался над собой при этом,
" О двух ногах я снова, ничего " !
Работал с инвалидами в артели,
Какой там выбор, что вы в самом деле ?
Сапожником простым, он всё умел,
И дома тоже не сидел без дел.
Поправился, чуть - чуть приободрился,
Стал в клуб ходить, названье " Звуковой"
Там подружился с девушкой одной,
И в своей жизни первый раз влюбился,
Сложилось как - то сразу всё у них,
Вот Верочка - невеста, он - жених !

Жить стали вместе, вроде всё спокойно,
Родился сын Борис в сорок седьмом,
Работали, старались, всё достойно,
Но как - то Павла вызвали в партком,
Бывал он на собраниях не редко,
Критиковал довольно таки метко,
Был прям, бескомпромиссен и суров
И защищал всегда фронтовиков.
Ну а сегодня у него спросили.
Скажи, товарищ, как всё понимать,
Ты партию собрался очернять ?
Он понял всё, к чему они клонили.
Не выдержал, и до того был зол,
Что партбилет им выложил на стол !

Друг выручил, вернул каким - то чудом,
Предупредил - репрессии грядут,
"Ты Паша, вот что, уезжай отсюда,
Не ровен час и за тобой придут " !
Задача непростая в самом деле,
Уехать так, найти чтоб не сумели,
С женой, с ребёнком малым на руках,
Куда ? Не соберёшься ж впопыхах !
Но вспомнил, говорил однополчанин,
В глухой тайге ведь тоже можно жить,
И в гости звал приехать, погостить,
Расстроен Павел был и опечален,
Да как же так, на Родине своей,
Фронтовику скрываться от властей ?!

Но повезло, не всё ж одни невзгоды,
Удача улыбнулась, что скрывать,
Узнал от друга, ставка пчеловода,
Свободна. И его готовы взять.
Профессии нет времени учиться,
Пришлось в библиотеке потрудиться,
Из книг сию науку узнавать,
Экстерном и экзамены сдавать.
Ну вот и всё, с родными попрощались,
И в дальний путь. Что впереди их ждёт ?
Какой им жизнь готовит поворот ?
В решении своём не сомневались,
Но тяжело всё снова начинать,
Кричать хотелось, но пришлось молчать.

Простите, небольшое отступленье,
Читателю хочу я рассказать,
О людях, нравах и о поселеньи,
Где Павлу предстояло проживать.
В глухом краю, лесами отгорожен,
Посёлок лесорубов расположен.
Есть школа, баня, клуб, аэродром,
И люди тоже разные кругом.
Отбывших много, есть переселенцы,
И русские и украинцы есть,
И кто не захотел за правду сесть,
И наконец, с Поволжья просто немцы.
В медпункте даже есть один еврей,
Кто заболеет, те к нему скорей.

Он был не просто врач, а ВРАЧ от Бога,
Мог вывих вправить, роды принимать,
Заботлив, вежлив, встретит у порога -
Сибирь, тайга, всем надо помогать.
В посёлке атмосфера удивляла,
Народу здесь порядком проживало,
Отвергнутые, власти не нужны,
Но удивительно между собой дружны.
Готовы помощь оказать любому,
Такие не способны предавать,
Выгадывать, двурушничать и лгать,
Они ведь не умеют по другому.
Воспитаны и грамотны вполне,
Так почему же здесь, по чьей вине ?

А сразу за посёлком, почти рядом,
Хозяйство пчеловода - ульи, дом.
Навес, омшаник, сгнившая ограда,
Всё правда в запустении большом.
Ну что, не привыкать к труду солдату :
" Всё сделаю, сарай поправлю, хату,
Не сразу, и конечно не за год,
А пасека большая, будет мёд.
Опять же можно завести скотину,
Корову, лошадь, несколько овец,
Ну, что ты, Вера ? Ты же молодец,
Конечно поломаем малость спину.
Не привыкать, ты вспомни как в войну "
Немного Павел подбодрил жену.

Тяжёлый труд крестьянский, всё вручную,
В работе от рассвета до темна,
Дом подрубил, построил мастерскую,
Опять же ульи - на дворе весна.
И Вере нелегко, ведь городская !
Но постепенно, к быту привыкая,
Осознавала - здесь теперь их дом,
Старалась Павлу помогать во всём.
Освоила и косу и двустволку,
Могла и за скотиною убрать,
И с сыном успевала поиграть,
Вдобавок обшивала пол посёлка.
Сорочки, платья, брюки, всё подряд,
А если нужно - свадебный наряд.

Он, починил всё, изгородь поправил,
Поближе познакомился с людьми
И как - то раз жене признался Павел, :
" Мне здесь спокойней, лучше, чёрт возьми !
Ни партсобраний нет, ни кабинетов,
Ни каверзных вопросов без ответов.
Нет никаких возвышенных идей,
Здесь равенство простых, как мы людей .
Одно меня сегодня огорчает,
Родные наши, Вера, далеко
Приходится им точно нелегко,
Сестра с отцом конечно же скучают.
Да и тебе, я вижу по глазам........,
Послушай - ка, а может всем им к нам "?

Подумали, ну что, так и решим,
Давай письмо напишем им сейчас
И в гости всех конечно пригласим,
Пускай посмотрят сами как у нас.
А может быть и по душе придётся,
И вся семья сюда переберётся.
Мария, правда замужем давно,
Ну а твои? Ведь им  не всё равно,
Племянницы, родители, братишка,
На лето пусть приедут на природу,
Что в городе - то, кроме огорода,
Понравится, в посёлке есть домишко.
Они вполне б могли его купить,
Поправить чуть - нормально можно жить.

За пасекой - дорога вдоль оврага,
А дальше по тайге пошла петлять,
И выводила к лагерям ГУЛАГа,
Примерно километров двадцать пять.
Оттуда приезжали офицеры,
За медовухой, пили правда в меру,
Просили Павла спеть и поиграть.
Им тоже приходилось воевать.
И  люди были в общем неплохие,
Всё вспоминали фронтовые дни,
Как защищали от врагов они,.
Свою страну во времена лихие,
Ну а сейчас....? Лицом темнели вдруг,
Нет ясности кто враг есть, а кто друг !

Однажды Павел, дело было летом,
Заметил кровь, в том месте где верстак,
Следы вели к омшанику, что это?
По лестнице и дальше на чердак,
Ружьё из дома захватил, поднялся,
И обомлел - там беглый оказался.
Кровь из ноги течет почти ручьём,
В посёлок надо срочно за врачом .
Он крестника послал - беги скорее,
Сам рану обработал, осмотрел,
Беглец молчал, зубами лишь скрипел,
Пробормотал : " Бывало тяжелее",
Протез увидел :  " Брат, ты воевал ?!
Да вижу я..... Там ногу потерял ?"

Он знал, что обречён и откровенно,
Всё рассказал, как жил, как воевал,
Как ранен был и про побег из плена,
И как в конце концов сюда попал.
Местами замолкал от сильной боли,
А Павел чуть не плакал поневоле,
Кто вправе так ломать судьбу людей ?!
Ведь не преступник парень, не злодей,
А осуждён за что? Как враг народа?!
Мелькнула мысль, наверно я и сам,
Причислен был бы вот к таким "врагам".
Не выучись тогда на пчеловода.
А парень продолжал, всё без прикрас,
Послушайте, вот он, его рассказ :

В бараке полутьма, собаки лают,
Запретка, часовой, прожектора,
И боль в душе никак не отпускает,
Он Прагу брал когда - то на Ура.
И роту поднимал под вой снарядов !
Он воевал за жизнь, не за награды.
И за сестёр своих, и за жену,
За землю ! Ну и что? Да был в плену.
Так ведь бежал, не струсил, не сломался !
Его смогли полуживого взять,
Побои, пытки, всё пришлось узнать,
Но вырвался от них, к своим добрался,
И снова воевал, фашистов гнал.
В Берлине за победу выпивал.

А уже дома, ночью, словно воры,
И отдохнуть не дали от забот,
Пришли " свои", какие разговоры,
Кондратьев ? Собирайтесь, ордер вот !
Не помогли награды и заслуги,
Они ведь кто? Они народа слуги,
В каком году и как ты был пленён ?
Так, ясно, завербован ! Всё - шпион !
Сейчас вот здесь на нарах прозябает,
Герой войны ! И заперт словно зверь !
Опять концлагерь, только свой теперь,
ЗэКа Кондратьев, пятьдесят восьмая .
Немного дали, только двадцать пять,
Пять по рогам, не сметь голосовать.

Кондратьев Коля, капитан - разведка,
Неоднократно в тыл ходил к врагам,
Метал ножи, стрелял довольно метко,
Смог из концлагеря бежать, всё сам.
А для чего, чтоб здесь сейчас загнуться ?
Не для того хотел домой вернуться,
Прошёл войну и ада семь кругов,
Бежать, пока живой, пока здоров.
Никто ещё не вышел с таким сроком,
И в голове побега план созрел,
Немного капитан повеселел,
А то, как будто, в трансе был глубоком,
Побег - ему ведь это не впервой,
Вот только жалко, что нельзя домой.

На лесосплаве осмотрелся осторожно,
Смекнул, если бежать, то по реке,
Собакам след взять будет невозможно,
После проверки, в ночь и налегке.
Запретка, часовые - не преграда,
Сейчас задача вырваться из ада,
Сумел, прополз ужом, теперь водой,
Где вплавь, где как...., но встретился с бедой !
Удачно получилось всё сначала,
Покинул лагерь, вроде бы ушёл.....,
И вдруг корягой ногу распорол,
Из раны кровь толчками вытекала.
Он понял, всё - такому не уйти,
И пасеку увидел на пути.

Доковылял, с трудом наверх поднялся,
И затаился здесь на чердаке,
Ну вот и всё, похоже отстрелялся,
Совсем один , от дома вдалеке.
Он замолчал, с трудом справляясь с болью,
Потом сказал : " Я, Павел  не неволю,
Ты только просьбу выполни мою,
И напиши родным, что я в строю,
Что хорошо всё, мол живой, в порядке,
Больная мама и конечно ждёт,
Пусть хоть она подольше поживёт,
Ты адрес запиши себе в тетрадке ".
Глаза прикрыл, ушёл в себя совсем,
А Павел думал, как же так, зачем?

Ну хорошо, на фронте гибли люди
Понятно всё, тогда была война,
Но почему сейчас ? По чьей  причуде ?
Таких людей должна терять страна !
Они там что в верхах совсем ослепли ?
Страна в разрухе, все деревни в пепле,
Отстраивать ведь надо, возрождать,
А власть умеет лишь  уничтожать !
Уничтожают тех, прекрасно зная,
Кто их в лихие годы защищал,
Кто кровью свою верность доказал,
И на Рейхстаге расписался в мае.
Не предал кто, не лгал и не юлил,
По правде и по совести кто жил !

От этих не весёлых размышлений,
Отвлёк его собачий лай в тайге,
Идут по крови, в этом нет сомнений,
Как поступить ? Не спрячешь в сундуке.
Дом окружили, ворвались без стука,
О Господи ! Какая ж это мука,
Сидеть и безучастно наблюдать,
Готов был глотки им зубами рвать.
Противно всё и до чего ж отвратно,
Ведь ранен парень, сильно ослабел,
Но Николай лицом лишь затвердел,
На лошадь посадили и обратно.
Не удивился что его нашли,
И умер по пути - не довезли.

Страна советов, равенства и братства ,
Есть кнут, есть плеть, смелее - выбирай !
Кругом обман, одно сплошное б ......
Прости ты нас, Кондратьев Николай !
Скрутило душу, в узел завязало,
Смертей ведь Павел повидал не мало,
Но эти здесь, как дикие волкИ !
Нельзя ! Не так всё, нет ! Не по людски!
Все догмы разлетелись на осколки,
Краями рваными вскрывая язвы лжи,
В пустые превращаясь миражи,
Вонзая в сердце острые иголки,
Вдруг сущности своей открыли лик,
Совсем не тот, к которому привык !

Остыл Павлуша и, с тоской во взоре,
Письмо писал, как Коле обещал,
" Здоров ваш сын, и может статься вскоре,
Скостят и срок - кассацию послал.
Что хорошо всё и домой вернётся
Вы, не волнуйтесь, может обойдётся ".
Как мог, так успокаивал он мать,
Пускай не плачет, продолжает ждать.
В неведеньи пусть будет и в надежде,
Ведь слёз пролито - целый океан
А ложь во благо - это не обман,
Нет, не обнимет сын её как прежде
Он сам потом всю жизнь себя корил,
Не выручил, не смог, не подсобил !

Болит в груди и душу рвёт на части,
Ведь сколько жизней, судеб псу под хвост,
Под лозунги про будущее счастье,
Нас молча отправляют на погост.
Пусть нЕ жили нормально, Бог с ним, ладно.
Конечно и обидно, и досадно,
То голод, то война, то лагеря,
Хлебнули лиха, лишь бы не за зря.
Ведь хочется страной своей гордиться.
Чтоб наши дети в будущем, потом,
С бессмысленным не повстречались злом,
Могли и жить достойно и трудиться.
Чтоб мир царил, порядок и закон,
А если нет - последний есть патрон !!!


Рецензии
Ищу продолжение. Спасибо.

Александр Даниленко 4   24.11.2014 19:23     Заявить о нарушении