Кассандра

Я никем не любима: я сильная.
Я, наверное, справлюсь. Двужильная.
Я, похоже, нисколько не женщина.
Я лишь с вещими снами обвенчана.

Я не буду просить снисхождения.
Я — одна, в смертях и в рождениях.
Но из всех неиспрошенных милостей
лишь о сладкой свободе молилась бы.


- -

Что знаешь ты о пророчествах,
о Кифаред?
Мне, чей удел одиночество —
в бездну смотреть.

Дар — он не твой, он как молния,
ты же — лишь ствол,
пламенем лёгким наполненный,
гол как сокол.


- -

Одиночество – это игра на вылет.
Чёт ли, нечет — кого-нибудь точно выбьет.
Либо ты остаёшься в кругу,
либо за чур изгнан.
То ли сам уподоблен божку,
то ли в жертву избран.


- -

У меня ни кола ни двора.
Моя Троя сгорела дотла.
Псы гуляют в руинах дворца.
Догрызают останки отца.

Мою мать увели на цепи,
а сестру в честь Ахилла сожгли.
Ни под лирные струны воспеть,
ни в предсмертном бреду прохрипеть.

Я безумною лгуньей слыла,
хоть пыталась кричать, как могла.
Но слепцы отгоняли меня
от чреватого смертью коня.

- - -

Я не мстительница, я пророчица.
Таково моё ремесло.
Изречённое не отсрочится,
даже если не знать число.

Мне пифийские ваши двусмысленности
не по нраву и не по уму.
Только смертным не нужно искренности.
Предпочтут войну и чуму.


- - -

Гея грозная,
мать матерей,
покарай же царя царей.
Не за воинов, павших в бою —
они выбрали участь свою.
Не за мерзость сограждан моих —
боги брани попутали их.
А за попранный древний закон:
кто припал к алтарю — спасён.


- - -


Ну, и как ты меня убьёшь,
храбрый муж, над вождями вождь?
И куда ты меня возьмёшь,
коль в дому твоём — блуд и ложь?

Ты не понял ещё, герой,
что привёз свою смерть с собой?
Очи — цвета волны морской,
тело — бело, как тот прибой.

Кинут под ноги нам багрец.
Я смиренно сниму венец.
Слеп как крот, пойдёшь во дворец.
Тут-то сказочке и конец.

- - -


У меня не будет надгробия.
Грубый камень без пышных слов.
Там волчица — моё подобие —
будет прятать своих волчков.

Ни охотник, ни пёс не приблизится
к месту, проклятому людьми.
Спи, несчастная, спи, провидица,
угомон же тебя возьми.

Круторогой Гекаты чарами
охраняется твой покой.
Что ж ты снова блажишь с волчарами,
испуская утробный вой?

Всякий, слышавший плач Гекубы,
вздрогнет, вмиг разобрав слова.
Так не могут — звериные  губы:
«Все погибли, а я жива!»


- - -


Через несколько тысяч лет
я опять появлюсь на свет.
Подберут для души сосуд —
и по капельке перельют.

Оглянусь — не сразу пойму,
где я, кто я, зачем, к чему.
Только имя оставят мне,
опалённое в той войне.

Дабы я не смогла сказать —
я не помню, как меня звать,
и каков мой гибельный дар:
предвещать мировой пожар.

Я пока что мала и слаба.
Но убить меня вам не судьба.
Не младенцу же — царская месть?
Боги знают: я уже здесь.


- - -

Я — Кассандра, глядящая в зеркало
всех времён, навылет, насквозь.
Мое зрение не померкло
за века, что мне спать пришлось.

Мой язык не отвык от вкуса
желчной горечи вещих слов.
Но теперь мои сёстры Музы
облекают их плотью стихов.

Я уже не кликушей отчаянной
надрываюсь на площадях.
Я клеймлю вас печатью Каиновой —
рифмой хлёсткою на устах.

Вы меня обезгласить не сможете,
как не смог и сам Аполлон.
В громовом моем имени ожили
все пророчицы всех времен.

Мы, вещающие над трещинами,
в мир струящими адский смрад,
не желаем быть просто женщинами,
что свои очаги хранят.

Нам в любом пепелище видятся
то Освенцим, то Илион.
Я — Кассандра. Ведьма. Провидица.
Голос тех, кто будет сожжён.



- - -


4 января – 4 февраля 2015


Рецензии
Спасибо за хороший стих.
С уважением Геннадий.

Геннадий Трофимов 2   27.03.2017 20:27     Заявить о нарушении
Спасибо, что прочитали и откликнулись.

Лариса Кириллина   03.04.2017 14:24   Заявить о нарушении
На это произведение написано 5 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.