Альфред Теннисон 1809 1892 Леди из Шалота

Альфред Теннисон (1809–1892)

Леди из Шалота

Часть I

 По оба берега реки
 Поля ячменя широки,
 Что к небу тянут колоски;
 Дороги там бегут, узки,
      До башен Камелота;
 И ходят люди, там и тут,
 Смотря, как лилии цветут
 Средь зеленеющих запруд
      Вкруг острова Шалота.

 Бледнеют ивы средь осин,
 Печальный ветерок с вершин
 Дрожит на волнах у быстрин,
 Река, где остров лишь один,
      Течёт до Камелота.
 Четыре, с башнями, стены
 На мир цветов глядят, мрачны,
 Нашла приют средь тишины
      Здесь Леди из Шалота.

 Торговли ради, в ивняке,
 Тянули баржи по реке
 Коняги; лодка вдалеке
 С атласным гротом, налегке,
      Плыла до Камелота.
 Кто взмах руки её узрел?
 В окне стоящей рассмотрел?
 Иль знает вся страна удел
      Той Леди из Шалота?

 Жнецы с окрестных деревень,
 Срезая остистый ячмень,
 Внимают песне целый день,
 Что эхом будоражит сень
      Всех башен Камелота.
 И жнец усталый, при луне
 Снопы взметнувший на стерне,
 Услышав, шепчет в тишине:
      «То фея из Шалота».


 Часть II

 И день, и ночь она весь год
 Узор магический плетёт.
 Ей нашептали тьму невзгод,
 Коль бросив ткать, смотреть начнёт
      На башни Камелота;
 Неведом смысл проклятья ей,
 Она в трудах уж много дней,
 Нет у неё забот важней,
      У Леди из Шалота.

 Пред нею зеркало давно
 Висит – его прозрачно дно,
 Где тени зреть ей суждено:
 Большой дороги полотно
      До башен Камелота,
 Речные омуты вдали,
 Крестьян угрюмых у земли,
 Накидки красные, в чём шли
      Торговки из Шалота.

 Порой девиц весёлый ряд,
 На муле пухленький аббат,
 Пастух – кудрявый парень-хват,
 Иль паж – малиновый наряд –
      Идут у Камелота:
 Бывает, в зеркала просвет
 Подъедет рыцарей квартет –
 Идальго преданного нет
      У Леди из Шалота.

 И всё ж плести увлечена
 Те виды в зеркале она,
 Когда ночная тишина
 Звучаньем похорон полна,
      Огнями Камелота;
 Или когда сидят весной
 Молодожёны под луной;
 «Я стала от теней больной,
      Я, Леди из Шалота».

 Часть III

 На выстрел лука, в свете дня,
 Среди вязанок ячменя
 Скакал он, подхлестнув коня;
 Искрилась медная броня
      На икрах Ланселота.
 Как рыцарь Красного Креста
 Он выбрал Даму неспроста,
 Чьё имя – часть его щита –
      Сияло у Шалота.

 Сверкала геммами узда,
 Как звёзд блестящих череда,
 Что красят Млечный Путь всегда;
 Звенели бубенцы, когда
     Он мчал до Камелота.
 С гербами перевязь, у ног
 Висел серебряный рожок,
 Броня, когда скакал седок,
     Звенела близ Шалота.

 В безоблачной лазури днём
 Седло блестело янтарём,
 Пылали шлем, перо на нём
 Одним сверкающим огнём
      До башен Камелота.
 Так часто сквозь ночной простор,
 Покинув звёзд ярчайший хор,
 Летел хвостатый метеор
      Над зеленью Шалота.

 Сверкал и рыцарь, как литой,
 И конь – подковами, гнедой;
 Под шлемом – локон завитой;
 Наш витязь вьющейся тропой
      Скакал до Камелота.
 Когда же отмели достиг,
 То вспышкой в зеркале возник,
 Звенели над рекой в тот миг
      Напевы Ланселота.

 Она плести уж не могла,
 Она по комнате прошла,
 Глядит на лилии, смела,
 На шлем и блеск его седла,
      На башни Камелота.
 И со станка упала ткань,
 И зеркала разбилась грань,
 Вскричала: «То проклятья длань!» –
      Затворница Шалота.


 Часть IV

 Нависла с запада гроза,
 Опали жёлтые леса,
 Ручей был ясен, как слеза,
 Дождём пролились небеса
      На башни Камелота.
 Она спустилась вниз, к реке,
 Нашла там лодку в ивняке,
 Вкруг носа пишет на доске:
      «Я – Леди из Шалота».

 И, наклонившись над рекой,
 Как бы уловкой ведовской
 Свой путь узрела роковой,
 Смотря с безжизненной тоской
      На стены Камелота.
 А стало лишь кругом темно,
 Сняв цепь, она легла на дно,
 Поток широкий нёс вольно
      Затворницу Шалота.

 И развевался у бортов
 Её белеющий покров –
 Летели листья с ивняков;
 Она плыла на ночи зов,
      К воротам Камелота.
 А после нос её челна
 К полям направила волна,
 Где песнь последняя слышна
      Затворницы Шалота.

 То тихо петь она могла,
 То громко, скорбно весела,
 Пока в ней кровь не замерла,
 И не покрыла очи мгла,
      Скрыв башни Камелота.
 И прежде чем ей на волнах
 Явился первый дом впотьмах,
 Скончалась с песней на устах
      Затворница Шалота.

 Под башней, около аллей,
 У стен садов и галерей,
 Плыл мимо зданий и церквей
 Холодный труп среди огней,
      В тиши у Камелота.
 Придя к причалу: шевалье,
 Сеньоры с дамами в шитье,
 Купцы – прочли все на ладье:
      «Я – Леди из Шалота».

 Но кто ж она? Из мест каких?
 И в освещённом замке стих
 Весёлый королевский стих;
 Крестились все от бед лихих,
      Все воины Камелота.
 Решился Ланселот сказать:
 «Её была прекрасна стать,
 Господь, даруй же благодать
      Ей, Леди из Шалота».


The Lady of Shalott (1842)
By  Alfred, Lord Tennyson 

Part I

On either side the river lie
Long fields of barley and of rye,
That clothe the wold and meet the sky;
And thro' the field the road runs by
       To many-tower'd Camelot;
And up and down the people go,
Gazing where the lilies blow
Round an island there below,
       The island of Shalott.

Willows whiten, aspens quiver,
Little breezes dusk and shiver
Thro' the wave that runs for ever
By the island in the river
       Flowing down to Camelot.
Four gray walls, and four gray towers,
Overlook a space of flowers,
And the silent isle imbowers
       The Lady of Shalott.

By the margin, willow veil'd,
Slide the heavy barges trail'd
By slow horses; and unhail'd
The shallop flitteth silken-sail'd
       Skimming down to Camelot:
But who hath seen her wave her hand?
Or at the casement seen her stand?
Or is she known in all the land,
       The Lady of Shalott?

Only reapers, reaping early
In among the bearded barley,
Hear a song that echoes cheerly
From the river winding clearly,
       Down to tower'd Camelot:
And by the moon the reaper weary,
Piling sheaves in uplands airy,
Listening, whispers " 'Tis the fairy
       Lady of Shalott."

Part II

There she weaves by night and day
A magic web with colours gay.
She has heard a whisper say,
A curse is on her if she stay
       To look down to Camelot.
She knows not what the curse may be,
And so she weaveth steadily,
And little other care hath she,
       The Lady of Shalott.

And moving thro' a mirror clear
That hangs before her all the year,
Shadows of the world appear.
There she sees the highway near
       Winding down to Camelot:
There the river eddy whirls,
And there the surly village-churls,
And the red cloaks of market girls,
       Pass onward from Shalott.

Sometimes a troop of damsels glad,
An abbot on an ambling pad,
Sometimes a curly shepherd-lad,
Or long-hair'd page in crimson clad,
       Goes by to tower'd Camelot;
And sometimes thro' the mirror blue
The knights come riding two and two:
She hath no loyal knight and true,
       The Lady of Shalott.

But in her web she still delights
To weave the mirror's magic sights,
For often thro' the silent nights
A funeral, with plumes and lights
       And music, went to Camelot:
Or when the moon was overhead,
Came two young lovers lately wed:
"I am half sick of shadows," said
       The Lady of Shalott.

Part III

A bow-shot from her bower-eaves,
He rode between the barley-sheaves,
The sun came dazzling thro' the leaves,
And flamed upon the brazen greaves
       Of bold Sir Lancelot.
A red-cross knight for ever kneel'd
To a lady in his shield,
That sparkled on the yellow field,
       Beside remote Shalott.

The gemmy bridle glitter'd free,
Like to some branch of stars we see
Hung in the golden Galaxy.
The bridle bells rang merrily
       As he rode down to Camelot:
And from his blazon'd baldric slung
A mighty silver bugle hung,
And as he rode his armour rung,
       Beside remote Shalott.

All in the blue unclouded weather
Thick-jewell'd shone the saddle-leather,
The helmet and the helmet-feather
Burn'd like one burning flame together,
       As he rode down to Camelot.
As often thro' the purple night,
Below the starry clusters bright,
Some bearded meteor, trailing light,
       Moves over still Shalott.

His broad clear brow in sunlight glow'd;
On burnish'd hooves his war-horse trode;
From underneath his helmet flow'd
His coal-black curls as on he rode,
       As he rode down to Camelot.
From the bank and from the river
He flash'd into the crystal mirror,
"Tirra lirra," by the river
       Sang Sir Lancelot.

She left the web, she left the loom,
She made three paces thro' the room,
She saw the water-lily bloom,
She saw the helmet and the plume,
       She look'd down to Camelot.
Out flew the web and floated wide;
The mirror crack'd from side to side;
"The curse is come upon me," cried
       The Lady of Shalott.

Part IV

In the stormy east-wind straining,
The pale yellow woods were waning,
The broad stream in his banks complaining,
Heavily the low sky raining
       Over tower'd Camelot;
Down she came and found a boat
Beneath a willow left afloat,
And round about the prow she wrote
       The Lady of Shalott.

And down the river's dim expanse
Like some bold se;r in a trance,
Seeing all his own mischance—
With a glassy countenance
       Did she look to Camelot.
And at the closing of the day
She loosed the chain, and down she lay;
The broad stream bore her far away,
       The Lady of Shalott.

Lying, robed in snowy white
That loosely flew to left and right—
The leaves upon her falling light—
Thro' the noises of the night
       She floated down to Camelot:
And as the boat-head wound along
The willowy hills and fields among,
They heard her singing her last song,
       The Lady of Shalott.

Heard a carol, mournful, holy,
Chanted loudly, chanted lowly,
Till her blood was frozen slowly,
And her eyes were darken'd wholly,
       Turn'd to tower'd Camelot.
For ere she reach'd upon the tide
The first house by the water-side,
Singing in her song she died,
       The Lady of Shalott.

Under tower and balcony,
By garden-wall and gallery,
A gleaming shape she floated by,
Dead-pale between the houses high,
       Silent into Camelot.
Out upon the wharfs they came,
Knight and burgher, lord and dame,
And round the prow they read her name,
       The Lady of Shalott.

Who is this? and what is here?
And in the lighted palace near
Died the sound of royal cheer;
And they cross'd themselves for fear,
       All the knights at Camelot:
But Lancelot mused a little space;
He said, "She has a lovely face;
God in his mercy lend her grace,
       The Lady of Shalott."


Рецензии
Блестящий перевод!

Елизавета Судьина   14.03.2015 18:07     Заявить о нарушении
Спасибо. Тем более, что Вы сторонница очень близких и точных переводов:)

Лукьянов Александр Викторович   15.03.2015 16:14   Заявить о нарушении
Здорово получилось).

Ежевикка   25.07.2015 11:24   Заявить о нарушении
На это произведение написаны 2 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.