Стихи Сергей Вельможко

Поэт.
Публиковался в литературно-художественных альманахах
«Судьба и Слово – 2» (2011 г) и «Судьба и Слово – 3» (2016 г),
выпущенных Ростовским областным литературно-творческим объединением «Дон» имени Е. В. Нестеровой.

                      ВЕЧНОСТЬ

Чуть слышно Вечность выпала с небес,
Застывшая в узорах хлопьев снежных,
Укутав белой шубой спящий лес,
На время отойдя с высот безбрежных.
Владычица космических миров,
Хранящая таинственность пространства,
Находит на планете нашей кров,
Три месяца владея сонным царством.
Весной растает снег и – в океан,
А Вечность отойдёт в свои покои,
Земля наденет лёгкий сарафан
И тело яркой зеленью накроет.

               ПОСЛЕ ДОЖДЯ

Не нужно слов, когда болит душа –
Затворница измученного тела,
Бредёшь по лужам, молча, не спеша,
Тебе ни до чего теперь нет дела.
Спокойно рассекаешь башмаком
Небесную прозрачную водицу,
Глядишь кругом, склоняешься тайком,
Спешишь с ладони облака напиться.
Вдыхаешь полной грудью тишину,
Слепую влагу вольности небесной,
И трогаешь в сознании струну
Глубокой откровенности словесной.

                 ОБЛАКА

Плывут над нами снежные вершины,
Сугробы необъятных облаков,
То головы, то звери, то машины,
В потоке поднебесных сквозняков.
Кудрявые вершины снежных шапок,
Насупившись, над пропастью висят,
Вот только жаль – их век довольно краток.
Небесной влагой землю оросят.
В величии недолгого паренья,
Успев землян красою поразить,
Уйдут они от ветра дуновенья,
Не в силах эту силу отразить.

                        САД

Лохматый сад в цветочных лепестках
Воскрес в моём сознании из детства.
Мы с ним похожи – проседь на висках,
Всё то, что мне останется в наследство.
Черешни, вишни, яблони в цвету.
Его ещё трава не затравила.
Несу в себе немую красоту,
Она меня всего вокруг обвила.
Я помню всё, что было в том саду –
На краешке наш домик одинокий.
Я всякий раз во сне к нему бреду…
Он для меня во сне всегда высокий.

                    ДОМ

Там было очень просто и легко
Для детского сознания и тела…
Мы пили все парное молоко,
Веранда от веселья не пустела.
Мной был изведан каждый шаг двора.
Округа, как ладонь, была знакома.
До поздней ночи шлялась детвора, –
Никто не звал заботливо из дома.
Знаком был в доме каждый уголок.
Вся пыль была обтёрта рукавами.
Был другом мне и пол, и потолок…
Паук, вязавший в доме кружевами.

                ДЕТСТВО

Свернувшись клубочком в постели,
Так хочется детство вернуть,
Когда за окошком метели,
Но можно без страха уснуть.
В печи полыхают поленья,
И лижут лучи потолок,
На улице ждёт потепленья
Забытый в миру уголок.
Родители рядышком где-то
За стенкой сопят в тишине,
И тело заботой согрето,
И в доме уютно вполне.

          СТАРОЕ ФОТО

Там всё так же, как прежде,
Старый дом и крыльцо –
Светлый остров надежды,
Без морщинок лицо.
Не изведаны тропы
Мягкой юной стопой,
Не отрыты окопы
Без мозолей рукой.
Там в глубинах сознанья
Хлебный запах печи.
Там простые желанья
И кузнечик в ночи.

              ПОЛЕ

Всюду вспаханное поле,
А по кругу горизонт.
Звёзды светятся на воле –
Небо, словно чёрный зонт.
Царство вечного простора
И повсюду – тишина.
За экраном «монитора»
Где-то спряталась луна.
Вот где центр всея вселенной!
Он трепещется во мне,
В детской тайне, сокровенной,
Невозвратной стороне.

            САНИ

Вся жизнь, как на ладони,
На памяти моей…
Я – рядом с отчим домом,
На жёрдочках саней!
Не чую холод колкий,
Но снег лежит вокруг,
И смех ребячий звонкий,
И всплеск счастливых рук!
Дорога вдоль сугробов…
Весёлый лай собак.
Нет стройных небоскрёбов
И множества зевак.               

               МЕЧТА

Я б хотел родиться вольной птицей,
Чтоб летать без видимых границ.
Не ходить гуськом и вереницей,
Чтоб не падать от подножек ниц.
Чтоб не ведать о фатальных датах,
Об ушедших в прошлое веках.
Чтоб не знать о горестных утратах,
О морщинах и седых висках.
Мне б хотелось средь морских просторов,
Уловив дыхание ветров,
Отойдя от бесконечных споров,
Обитать на скалах островов.

                СОН

Нам с вами снится детство золотое
Наверно чаще, чем вчерашний день.
Для нас то время – радужно-святое,
И нежное, как на кусту сирень.
Нас возвращает сон в былые годы,
Где мы могли наивно горевать.
Тогда не понимали мы свободы,
Той, что хранила детская кровать!
Остались годы где-то за спиною –
Немою тенью, следуя вослед.
Остаток лет покрыты пеленою,
Как будто их совсем в запасе нет.

            СТАРЫЕ ВЕЩИ

Те вещи, что ты пользуешься ныне,
Останутся целы после тебя,
Когда тебя не будет и в помине –
Такие вот законы бытия.
Они в свой век короткий служат верно
Любому, кто с собою позовёт.
Им радостно прислуживать, наверно,
Но вещь ведь существует – не живёт.
И если вдруг случается такое,
Что ты наследство получаешь сам,
Подумай, что несёт в себе немое?
Что было в прошлом с ним? Что было там?

                  ОКРУГА

Окинув взглядом прошлые века,
Нельзя не видеть в мире перемены,
И даже там, где ширится река,
Ручьём вскрывая на планете вены.
Исток далёк и устье не видно…
Здесь сотни лет крестьяне мыли руки.
Ища ступнями илистое дно,
Купались дети и плескались внуки.
Здесь каждый век менялись племена.
Уход сменял былые поколенья.
В округе их не помнят имена, –
Вся жизнь прошла, как будто бы  мгновенье.               

                     ЖИЗНЬ

Вся жизнь – цветные кадры киноленты,
Остались только в памяти моей.
Отдельных дней прекрасные моменты
С годами вспоминаются трудней.
С трёх лет я помню детские мгновенья:
Родимый дом, стоящий у реки,
И ласковые ветра дуновенья,
Тепло и нежность маминой руки.
Мелькают дни пяти десятилетий,
Лаская душу памятью седин,
А в небе также ярко солнце светит,
Но наслаждаюсь им теперь один.

      УНИКАЛЬНОСТЬ

Уникальность жизни велика!
С этим спорить вряд ли кто захочет.
Омывает берега река,
Пересмешник над собой хохочет.
Волшебство скрывается кругом…
Слой земли немало уникален.
В космосе не носятся бегом –
На земле галоп коней реален.
Ход часов никто не повторит
В глубине галактики, вселенной,
И свеча особенно горит –
Уникальность даже в жизни тленной.

                 КИНОЗАЛ

Мы зрители трёхмерного кино,
Берущего начало в День рождения.
Стихает, коль становится темно,
И рвётся лента без предупреждения.
Мы зрители бесценного кино,
А входим в зал, где фильмы не кончаются
И начаты они давным-давно,
И роли где-то в будущем теряются.
Мы смотрим бесконечный сериал, –
Герои каждый век приходят новые.
Так хочется узнать всему финал,
Но кадры, будто листики кленовые.

          ЛЕКАРСТВО

Неспеша шагаю по росе,
Орошая ноги влагой лунной.
Двигаюсь по звёздной полосе
Под руку с гитарой семиструнной.
Я читаю белые стихи
И цветы ласкаю полевые, –
Остаются от тоски штрихи,
Отпуская точки болевые.
Я нашёл лекарство от тоски,
В трёх шагах от шума городского,
Там, где в поле спеют колоски,
Избегая топота людского.

                 ВЗАЙМЫ

Мы все живём у времени взаймы,
Стремительно несущегося в вечность,
Умом коснувшись краешка каймы
Холста, который вяжет бесконечность.
Секунды собирает время в нить…
Не может быть на время остановки.
Нельзя навечно миг остановить,
Хоть сколько ни приложится сноровки.
Толкает время в спину не спеша,
И мы идём вперёд неторопливо,
Робеем на краю, едва дыша,
Срываясь в пропасть крайне молчаливо.

                    КИНО

У каждого из нас своё «кино»,
А камеры находятся в глазницах.
Всё это нам с рождением дано,
И прелесть та скрывается в ресницах.
У каждого из нас свой взгляд на жизнь –
У лётчика, шахтёра и штангиста…
Хоть краешком их жизнь нам покажись,
Водителя такси иль машиниста.
У каждого из нас своё «кино».
Мы видим мир согласно интеллекта.
Кому-то жизнь познать не суждено…
Для них незрима эта кинолента.

                   ЛИЦО

Куда девалось детское лицо?
Оно в пути меняется с годами,
Как дерево – колечко за кольцом,
На лбах морщины тулятся рядами.
Как в сказке нас меняет естество,
Колдуя над телами днем и ночью.
Воистину – крутое волшебство!
Следим за этим таинством воочию.
За годы много сменено одежд,
Лишь тело мы несём по свету бодро.
Небрежное оно у всех невежд,
У тех прекрасно, кто ступает гордо.

           РОДИТЕЛИ

Как не было родителей моих.
Давно умолк их голос в бездыхании.
Бесед не будет добрых на троих, –
Вдали осталось горькое стенание.
Гляжу назад в историю семьи,
Сижу один, как будто бы в изгнании.
Оставил место на краю скамьи –
Зову присесть в живом воспоминании.
Остаток лет я буду жить один.
Могилы мне украсят одиночество.
Над памятью невольный господин,
Припомню всё – от детства до отрочества.

                МОТЫЛЁК

Я чётко слышал, как затихла мать,
Как был последний ею выдох сделан,
Как тело стало тихо остывать,
Когда ей смерть свой сарафан надела.
Я видел, как навек затих отец,
Как смерть его спокойно поглотила.
Знаком мне этот траурный венец –
Его всепоглощающая сила.
От страха смерти я ещё далек,
Она меня нисколько не пугает.
Лечу на свет как будто мотылёк,
Но время – годы медленно сжигает.

                МОЛЬБА

Мы плачем, глядя вслед ушедшим в тишину
и троекратно молимся, ладони к небу протянув,
как будто в состоянье, обратившись к небесам,
услышать наших милых, самых близких, голоса.

                СЛЕЖКА

За мною смерть ходила по пятам,
С недавних пор устроив нагло слежку.
Тихонько усмехалась тут и там,
А я всё время совершал пробежку.
Я все её повадки изучил,
И понял, что она не так ужасна.
Во многих горьких бедах уличил.
Боязнь её, друзья мои, напрасна.
Когда врага узнаете в лицо,
Тогда намного проще с ним бороться!
Не станет он являться на крыльцо –
Сам может на засаду напороться.

                  ДИАЛОГ

– Какими мы в «рассвете» были!
– Наивность милая внутри…
– Мы на плотах по морю плыли…
– Вернуть бы все на «раз, два, три!»
– Вернуть бы молодость – не детство.
Пускай хотя бы на часок.
– Куда-нибудь на время деться, –
Пусть на пригорочек, в лесок.
– Потрогать волосы и брови…
– Пускай вдали, но от живых…
– Пустить колючкой юной крови…
– Но невозможно...       
– Вы правы.

               ВДВОЁМ

Прекрасен миг уединенья
Вдвоём с любимой при свечах,
Когда нахлынет вдохновенье
От бликов пламенных в очах.
Ладони бархат… Запах ночи.
Волненье нежное в груди…
Трепещет сердце что есть мочи,
А тело просит – остуди.
Легки оковы наслаждений,
Где нет стеснения в речах,
Лишь только волны возбуждений
И трепет пламени в свечах.

        ЯБЛОНЕВЫЙ САД

Ах, как прекрасен аромат
Благоухающего тела!
Цветущий «яблоневый сад», –
В нём чувства спеют до предела.
Здесь зреет искушений плод,
Даруя миру совершенство.
В нём нескончаем хоровод
В невероятное блаженство!
Здесь каждый страстью окрылён,
Желая ласковых объятий.
Блажен, кто истинно влюблён!
К нему течёт поток симпатий.

             ОН И ОНА

Любовь – высокое искусство!
В ней только двое – он, она.
Лишь им подвластно это чувство,
Для прочих высится стена.
Хочу понять порывы страсти.
Вплести в поэзию слова,
Когда душа в любовной власти,
Где с миром рвётся тетива…
Небесный крик, биенье сердца –
Трепещет ангел во плоти.
Влюблённым в Рай доступна дверца
По бесконечному пути!

                   РОДНИК

В объятьях тел родник большой любви –
В слиянии сознания и чувства,
Когда друг друга бережно обвив,
Они во власти сущего безумства!
Блаженство возвращая вновь и вновь,
От пылкой страсти голову теряя,
Лелея нежно плотскую любовь,
Они в купели неземного Рая!

           СОСТОЯНИЕ ПОКОЯ

Осенняя пора любви безбрежной,
Где нет её начала и конца.
Свободой дышишь лёгкой, безмятежной,
Живёшь опекой брачного венца.
Вся жизнь уже устроена тобою –
Размерен быт, житейские дела,
Проблемы все остались за спиною.
Ты столько лет спокойствия ждала!
Мужскою лаской допьяна согрета...
Лежишь, забывшись на его плече.
Лишь в памяти остались краски лета, –
Они играют в солнечном луче.

                ТОЧКА

Как не хочется ставить точку,
Даже если порвалась «нить».
Может, взять у любви отсрочку,
Чтобы после себя не винить?
Попытаться разум послушать.
Вдруг возьмёт и подскажет он.
Может снова «плода» откушать,
Погрузившись в любовный сон?
Разглядеть свысока проблему,
Приподняв себя в облака.
Разобрать, словно теорему
И пойти вновь к руке рука!

                   ГРУСТЬ

У грусти необычное лицо.
Оно манит и словно бы пугает.
Налитое, как будто бы свинцом,
Но всё-таки тем самым умиляет.
Так хочется утешить чем-нибудь…
Обнять, погладить голову ладонью.
Своей щекой уткнуться нежно в грудь,
Дыханием своим сердца наполнить.
Когда даруешь нежность и тепло
В округе грусть сменяется весельем.
Становится душевно и светло,
И на лице как будто новоселье!

             КОРОЛЕВА

Привычно лёгкою походкой,
Не замечая никого,
Идёт дорогою короткой,
Скорей, до дома своего.
Ей этот путь давно приметен –
Пройдёт его, закрыв глаза,
Её б возить домой в карете, –
Иного нечего сказать.
Она и вправду – королева!
В ней мудрость есть и красота…
Её достойна каравелла,
Но жизнь, увы, сейчас не та.

        НЕЛЮБИМАЯ

Стоишь на краешке судьбы,
Желая страсти и объятий.
Скрываешь чувства и мольбы
Своих безудержных симпатий.
Проходят годы без утех –
Одна с утра до поздней ночи.
Давно забыт твой звонкий смех,
Улыбка, так – промежду прочим.
Поймаешь чей-то нежный взгляд,
Но он, несмел, проходит мимо,
Не оценив простой наряд
И не назвав тебя «любимой».

                 УЛИЦА

Ах, улица – знакомая старушка,
Ты столько испытала за века.
Ты многим в мире верная подружка –
Здесь многие идут к руке рука.
Твой облик изменяется с годами.
Меняется количество домов…
Когда-то здесь коров вели стадами
И не было сочней травы кормов.
Теперь асфальт и тротуаров плитка
Скрывают грунт веков и след копыт,
И домик свой рогатая улитка
Уж не несёт, а вид её забыт.

              ДВОРЦЫ

Когда-то здесь кипели страсти
Средь кавалеров и невест.
Они у вечности во власти –
На них снисходит благовест.
Минули годы безвозвратно…
Забыты лица, имена.
Их жизнь мелькнула однократно, –
С коней слетели стремена.
Остались здания, колонны…
Остались улочки, дворы…
Летают серые вороны –
Свидетели былой поры.

                   ПАМЯТЬ

Неизменны памяти страницы,
Как их за края ни тереби.
Необъятны в памяти границы
Детской неприкаянной любви.
В ней полны анналы всех событий –
Всё лежит на полочках судьбы,
Сколько бы ни сделано открытий…
Все, кто помнит, – памяти рабы.
Переплеты их оригинальны,
Все кладутся бережно в архив,
В лоно, где события сакральны,
Во владенье «вех» плакучих ив.

                   ВЕЧНОСТЬ

Солнце скатилось с высот к горизонту.
День отошел, мир покрыт темнотой.
Весь небосвод стал подобием зонту –
Ночь наградила землян слепотой.
Вечность проникла на землю украдкой
В виде мерцания тусклой звезды,
Нас обхитрив этой дивной повадкой,
Не оставляя в полете следы.
Утро наступит, она отряхнется,
Сбросит земные оковы с себя,
Звонкой росой на равнины прольется,
Память оставит землянам любя.

                ОКЕАН

О, как прекрасен океан
В руках бушующего ветра!
Игристых гребней караван
В лучах блуждающего света.
Кудрявых брызг седая россыпь,
Стремглав несущаяся  вдаль,
На берег сброшенная осыпь,
На суше пенная печаль…
Жемчужных бус набрав в ладони,
Снесу домой и сберегу.
Не дам сгореть в пылу агоний,
В волнах растаять набегу.

                        ЛУНА

Какая ясность в этом дивном взоре,
Глядящего с небес из темноты.
Неповторимость космоса в узоре,
Висящего в чертогах немоты.
Свидетель всех процессов на планете,
Хранящий верно тайну бытия,
Он не расскажет никому на свете,
Что было в миллиардах жития.
И день и ночь он славно делом занят –
Читает «Книгу жизни» от землян.
Его к себе земляне в гости манят,
В свои каюты – чудо корабля.

                  ПОЛЕТ

Прекрасен сон благословенный,
Когда взлетаешь к небесам.
Поступок – смело-дерзновенный.
Его не волен вызвать сам.
Полёт до головокруженья!
Сначала вверх, а после вниз,
Каприз земного притяженья,
Обняв у брега легкий бриз.
Не нужно крыльев для полёта
Душе, летящей с ветерком,
Стремясь к чарующим высотам.
Мне с детства сон такой знаком.         

                ВЕТЕР

Взгляни, как ветер многолик
В узорах дивных в поднебесье,
А как в фантазиях велик
В невероятном равновесии:
В песчаных бурях над землёй,
В метель холодною зимою,
В позёмке снежною змеёй,
И в осень, балуясь листвою.
О, как могуч морской прибой,
Когда волна о берег бьётся!
Ведь правда – он хорош собой?
Но всё ж незримым остается.

                    ДРУЗЬЯ

Как сложно отыскать в миру друзей,
Кто станет нам поддержкой и опорой.
Им слово «друг» всегда всего важней, –
Они придут на помощь раньше «скорой».
Друзья помогут в самый трудный час.
Поддержат, если вдруг идти устали.
Друзья поймут и не осудят вас,
Когда вдруг дни «затмения» настали.
Для них нет промедления в делах.
Их щедрости завидует не каждый.
Участие – для них не на словах.
Желаю встретить их и вам однажды! 

           ВОЛШЕБСТВО

Не в нашей власти миг рожденья.
И до момента волшебства
Сменялись в свете поколенья
По высшей воле естества.
Момент зачатия случаен…
Глухи в нём силы до мольбы.
Загадочно необычаен
В слепом прообразе борьбы.
Итог во власти хронологий,
И если ход их изменить,
То не было б для нас дороги, –
Плели б другие жизни нить.

                  ЗВУКИ

Как много дивных звуков в тишине
На этой очень маленькой планете!
Они находят отзвуки во мне,
В закате дня, в ночи, и на рассвете.
В кругу планет безжизненно немых
Звучат земные ноты непреклонно –
Весны и лета, осени, зимы.
Способный слышать слышит удивлённо!
Слышны кругом живые голоса
От пенья птиц до шелеста бумаги,
Звучат в раскате грома небеса
И даже капли поднебесной влаги.

        НЕИЗВЕСТНЫЙ СОЛДАТ

Тишина и темно – очень холодно мне.
Жизнь свою потерял на проклятой войне.
С той поры похоронен в могиле сырой.
Как мне хочется встать и умчаться домой!
Но нельзя мне подняться сквозь толщу земли
Из могилы, что братья мне вырыть смогли.
В миг затишья, средь боя, в глухой тишине
Дали клятву с победой вернуться ко мне.
Клён роскошный растёт над могилкой моей,
Охраняя мой сон пышной кроной своей.               

                ЛЕС

Мне приснился сон под утро…
Лес сосновый в тишине,
Помню все довольно смутно,
И не в здешней стороне.
Хлопья снега сыплет с неба,
Гнутся ветви до земли.
Глянь, вокруг какая небыль!
Сосны, словно корабли…
Звери спрятались в каюты.
Ночь. Застыли паруса.
Реи дугами прогнуты.
Вот такие чудеса!          

       МУРАВЬИ

Я видала на окошке
Маленьких солдат.
Семенили по дорожке,
Словно на парад.
Я им крошек положила,
Думала помочь,
И водичкой освежила,
Те ж умчались прочь.
Я глядела удивленно,
Приоткрывши рот…
Вот бы знать их поимённо
Маленький народ.

                    ПОДАРКИ

Есть у жизни горькие подарки –
Выровняться возрастом с отцом.
Словно ты стоишь под сводом арки,
На краю, пред собственным концом.
Возрастом, который был у мамы
Можно овладеть во всей красе.
Глубину неотвратимой драмы,
Где идёшь к последней полосе.
Не уйти от этого подарка, –
В этом деле выбор невелик.
Только не найти свечи огарка,
Что бросал у изголовья блик.

              МЫШОНОК

Ко мне приходит в спальню гном
С коротеньким хвостом.
Прогрыз он норку под окном,
Поссорившись с котом.
Ночами песенки поёт
Писклявым голоском.
Тихонько зернышки грызёт,
Играя колоском.
Мы с ним хорошие друзья,
Мы – «не разлей вода».
Жаль, в норку мне попасть нельзя,
Наверно никогда.

© Copyright: Сергей Вельможко


Рецензии
Не удержалась, чтобы ни прочитать раздел для взрослых - очень понравилось, уберите, пожалуйста, детские в конце, повтор излишен.
А взрослые как-то бы сгруппировать, а то глаз замыливается. А написано превосходно: образно и нетривиально. И ещё у вас прекрасная лирическая струнка, не слезливая, а с оттенком радуги, это просто завораживает.
Сергей, советую стих "Зима" назвать "Холодная вечность", "Вечность" как-то так.
Новых вам озарений. Рада знакомству! Заходите.

Инесса Митина   19.01.2018 13:44     Заявить о нарушении
Инесса, спасибо Вам за то, что не удержались!)
Спасибо за советы! Я ими уже воспользовался)
Благодарю за пожелание!!!
Взаимно рад знакомству!
С почтением, Сергей

Сергей Вельможко   20.01.2018 17:18   Заявить о нарушении
На это произведение написано 8 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.