Круть - верть шишку

         Поэма    

           1
Боже! Омедовь уста,
Века, глубь взерцая,
Дай мне новь пролить с листа,
Пошлость порицая.

В сущей правде - не солгу,
Вязь, ведя в тетрадках,
От горшка с вершок в долгу,
Всей душой в заплатках.

Мне и месяц:" Не злословь,
Не кумекай лишку,
А скрути - сверти любовь,
И съеловь в ней - шишку.

Знаю, ты в стихах - мастак,
Нос утрёшь любому.
Светом твой залью верстак,
Шиш, кому другому.

Коли Божий дар уже,
Даден без оплошки,
То, лирической душе,
К людям торить стёжки".

           2
Я, хлеб - соль, из табуна
Хроменькой кобылке.
Не набьёт ли, мне она,
Шишку на затылке?

Хоть она - колхозный ГОСТ,
Ни хвоста, ни гривы,
Ежель ахнусь, мне - погост,
Больно ноги кривы.

Дел поди - на гнутый грош,
Мне рубахой тема,
Всё ж, гусиной кожей, дрожь,
На века - поэма.

           3
Как присватали – дрючка,
Бабоньке степенной.
Говор шёл, у мужичка -
Дышло по колено.

Баб, село, о том – молчок,
Им не понаслышке,
Чем лекарил землячок -
Знахарь по отдышке.

Крякнет утка на пруду -
Шилом в зад немога,
Чёсом, бабам дуть в дуду,
Лекаря от Бога.

И хоша, душой - профан,
И с гвоздя в обновках,
Милке, справь он сарафан,
Чуни - на бечёвках.
                                     
Поп, в одно свенчал сердца,
С них,не взяв полтины,
А прими от молодца,
Дар на именины.

Поп, огладь с мякиной куль,
И, старащь  глазища,
И, лиши себя куркуль,
Клока бородища.

И с лучинным он огнём –
К древности прогресса,
И узри скалыга в нём,
В рясе – сущность беса.

Хрястнув зеркало об пол,
Ссуслив бородище,
Он возрадуй - слабый пол,
Свистом на гульбище.

И пружинка, не одна,
В свахе поразжалась,
И в черёд, попом она,
В стойле возжелалась.

Черни, что – дави клопа,
Корчи святцу рожи,
Годом, круть – верть, на попа,
Дитятки похожи.

           4
Сваха к бабе: «Привечай,
Давеча – икалась.                                                 
На своей транде, уж чай,
Пальцем отыгралась?»

Баба ей: «И рай и ад,
Нету с милым сладу,
Плод запретный - скинул сад,
В нём нашёл усладу».

Сводня к выходу - ужом,
И тряся поддёвкой:
«Квелым бабам - куражом,
Игрища с морковкой».
                                                                                     
В лад бы всё, да вот петух,
И порушь хозяйство,
С лёта он повышиб дух,
Курам без бахвальства.

Всякой бабе под подол,
Зырил одноглазый,
Криком, оглашая дол,
Бестия чумазый.

          5
Рвано - шито, жизнь текла -
Дедовым безменом,
Баба гулюшки пекла,
Торг, глава вёл сеном.

И с мечтой – голубкой, с ней,
Встретила их Тула,
Громом, высверков огней,
Праздного разгула:

Звонами церковными,
Золотом сусальным,
Ходом богомольными,
Ором привокзальным.

Улочками узкими,
Площадью базарной,
Пряниками тульскими,
Медью самоварной.

Рупь за два менялами,
Ворохом пушнинным,
Толстыми журналами,
Боем петушиным.

Красными сапожками,
Барышень осанкой.
Кольцами, серёжками,
Ружьями с огранкой.

Тульскими гармошками,
Светлой брагой - жбанной,
На рессорах дрожками,
Дробью барабанной.

Дудками - погудками,
Смачной перебранкой,
Присказками - шутками,
И на нос - баранкой.

А главой семьи - скопи,
На тулупчик новый,
У цыганена - купи,
Клячу без подковы.

И круть - верть, вёрст двадцать пять,
Под уздцы с ней трактом,
Ветер стал её шатать,
И отпал хвост, как-то.

И в Упёртовке - сваргань,
И сгордись - телегой.
В добрый ливень, тягло - стань,
Из каурой - пегой.
                                                                            
           6
Зорькой, впрыть гнал мужичок,
С клячи, поле – скатерть.
Не скопыть она сучок,
Он, не грохнись – насмерть.

Так, сбедил в кровь мозжечок,
Не стрясалось туже,
Что воскресни бодрячок,
Сам, усоп бы тут же.

Клячу пегую в плетень,
Ткнули без уздечки.
Бабьим рёвом сгаснул день,
За кутьёй у печки.

Жить, да жить бы мужичку,
Пичкать хлеб утробе,
Но сподобился сморчку,
Божий раб во гробе.

Третий день, лишь скрип сверчка,
За печным простенком.
Тлен подёрнул мужичка,
Праховым оттенком.

И в печали, облекла,
Стихшего тряпицей,
И в поклонах свечи жгла,
Лоб набив, вдовица.

И волчицей на село:
«Не-ту-ти кор-миль-ца...»
Горе ногу ей свело,
И скривило рыльце.

Тут умишко напрягла,
Бедная вдовица,
Как же ей, не помня зла,
С родненьким проститься?

           7
У плетня,  поп молодой,
С ёлки, круть – верть, шишку:
«Сбрызну грешного водой,
Ссыплю мзду в кубышку».

Мухой, бабонька - в дела,
Жест еловый, служки,
Стыд прилюдный отмела,
Звоном меди в кружке.

Зная смерок мужичка -
Четверть ниже пупа,
Враз, нащупав челночка,
Взгляд скосила тупо.

И отпрянула она,
С воплем: «Вражья сила!
Кознь подстроил сатана,
Мужу изменила!

У мого, у мужичка,
Шкворень - то с шарошкой,
А у этого сморчка,
Бяка в связке с ложкой».

К пьяным в лапоть мужикам,
Баба подхромала,
С бабьей дури по бокам,
Им накостыляла.

Те, её в разнос: «Чума,
Мат, ввернув и крепче,
В нашей жмурке - вечно тьма,
Взяли гроб полегче»,

И лупешками луп – луп,
Тореной дорожкой,
С ложкой, обменяли труп,
На другой - с шарошкой.

И круть - верть, мастеровать,
В крышке гроба дырку,
Дабы крышкой не сломать,
Стойкую дыбырку.

И рысцой, наискосок,
Выпасом скотины,
Мост, скурочив из досок,
Где ловчат детины.

Гроб, внося в избу – труху,
С родненьким проститься,
В ощип, надо ж, петуху,
С шишки свеселиться.

И на лавку ношу – хлоп,
И в раздумьях, робко:
"Не мужик в избе холоп,
А жена – холопка.

Бабьим долгом - восхвалять,
Пахотную сошку,
Дённо - нощно миловать,
Как за ушком кошку".

Бабы с шёпота – на вой,
В рёв – над изголовьем,
В такт, качая головой,
Не пыша здоровьем.

Хоть зубаст ценой елей,
По лисе и ряса,
Ходко шла смесь киселей,
С хлебной гущей кваса.

За три дня, не смежив век,
Баба до отрыжки,
И насыть себя на век,
Мёдом кочерыжки.

Ей и было в ясном сне,
Прялочном, что кстати,
Свился сокол по весне,
В ров, не на полати.

          8
То, ни буря, ни гроза,
Поп, раздув кадило,
Жаром, сев под образа,
Баб, осыпь - судило.

Так, заблажил скупердяй,
Что зажал Бог уши,
Дверь и вынес негодяй,
Бить на ней баклуши.

Круть - верть, слышалось с долин,
Не чужое в гласе:
"И подряснику ... Аминь,
И пасхальной рясе".
 
          9
Шаль, спустив на синий лоб,
На телеге баба,
С крышкой, окорячив гроб,
Охнула не слабо.

От испуга понеслась,
Кляча в жильность силы,
И вдова весь путь тряслась,
До сырой могилы.

Кабы с шишкой в стынь ли, зной,
Не случись поломки,
Бабы шишке в мир иной –
Венчик из соломки.

И вдовица в голосок:
"Ране, чем крест вмаять,
Дайте с шишки волосок,
Взять и мне на память".

Дно могилы - мелочьём
Выкупа смеднили.
Гроб, лопатным мужичьём,
Под крестом схолмили.

Всю версту от скорбных мест,
К ним, вороча бошкой,
Сирой чудился не крест –
А валуй с картошкой.

           10
Скрипка стоном в три смычка,
С тульскою гармошкой,
Гимном славя мужичка
С плексовой шарошкой.

Брагой полнились горшки,
Птицам – горы крошек,
И набили мужики,
На хрены шарошек.

И горят глазища баб,
Цветом драных кошек.
Хохмой, дуриков осклаб,
С удалью шарошек.

Круть - верть, случай - непростой,
Люди зрели зорко,
Как дедок тащил с водой,
Про меж ног ведёрко.

И живёт, не дуя в ус,
Люд наш по старинке,
Веря в сказочную Русь,
Глядя на картинки.

Сулит властное жульё,
К пенсии надбавку,
Не приделать на неё,
К хрену бородавку.

Вечна бедности сума,
Зрелого поэта,
Проку мало от ума,
Ни гроша за это.

И влачу я свой возок,
С нищенской сумою,
Правя летом – полозок,
Ось колёс – зимою.

Руки вскину к небесам,
Дай Бог жить иначе!
И не круть - верть, ли я сам,
С той, цыганской клячи?

Н - но, родимая, пошла,
Упряжь - лыка скрутки,
Жизни - ниткой удила,
Жить нам в прибаутке.
                                 
        18 октября 2016 года.


Рецензии
На это произведение написано 5 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.